0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

В Библии описано, как Бог кого-то ненавидит… Как же можно называть такого Бога — Любовью?

В Библии описано, как Бог кого-то ненавидит, гневается, приходит в ярость. Как же можно называть такого Бога — Любовью?

Приблизительное время чтения: 3 мин.

В редакцию «Фомы» пришел вопрос читателя: «Как может Бог, Который есть любовь, любить Иакова, а его брата Исава ненавидеть?» Подобное вопросы вызывают и строки Библии, в которых описываются Божьи гнев, ярость и другие чувства, далекие от нашего представления об абсолютной любви. Как же это понимать?

Действительно, читая описания Бога, Его действий, чувств, порывов и желаний в Библии — главным образом, в Ветхом Завете — легко прийти в недоумение. Уж очень по-человечески ведет себя Создатель вселенной. Он любит, гневается, испытывает отвращение, ставит условия, ревнует, наказывает. В книге Притч Соломоновых мы находим подробное перечисление того, что именно ненавидит Бог. Вот шесть, что ненавидит Господь, даже семь, что мерзость душе Его: глаза гордые, язык лживый; и руки, проливающие кровь невинную, сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству, лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями (Притч. 6, 17-19). Из этой же цитаты следует, что Бог имеет душу, а это противоречит Его природе: как существо совершенное Бог прост. Если допустить в нем наличие нескольких элементов (например души), некую метафизическую сложность, они, следуя философской логике, должны предшествовать Богу. Но это невозможно, потому что Бог — начало всего сущего. Как пишет святитель Григорий Палама, «в Боге состоящем из одной неделимой сущности нет ни уменьшения, ни увеличения, ни приложения, ни отъятия; а значит, нет и разделения, которое являло бы нам предшествующую сложность».

Так значит в Ветхом Завете описывается какой-то неправильный Бог?

Нет. Ветхий Завет — это богооткровенная истина, написанная людьми и для людей. Авторы библейских книг жили в определенном историческом и культурном контексте. Для выражения смыслов, полученных ими в божественном откровении, они пользовались теми образами и языковыми приемами, которые были понятны их современникам. Язык Библии образен и метафоричен, наполнен притчами и аллегориями. Эта образность переносится и на Бога.

Не следует сбрасывать со счетов и нравоучительный характер Писания. Святые отцы, толкуя священные тексты, четко указывали, что библейские пассажи, наделяющие Бога антропофорфными свойствами, приписывающие Ему гнев, ярость, ненависть и прочие качества, имеют педагогическое и назидательное значение, поскольку высокие истины о Боге как абсолютной Любви, в своей полноте открывшиеся людям в Новом Завете, с трудом были бы восприняты людьми ветхозаветной эпохи. Вот, например, как пишет об этом святитель Иоанн Златоуст: «Когда ты слышишь слова «ярость» и «гнев» в отношении к Богу, то не разумей под ними ничего человеческого: это слова снисхождения. Божество чуждо всего подобного, говорится же так для того, чтобы приблизить предмет к разумению людей более грубых».

Действительно, в книге пророка Малахии есть фраза, сказанная от лица Господа: Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел (Мал. 1, 2-3). Но дело в том, что данный речевой оборот «это возлюбил, а это возненавидел» в библейском контексте означает «решительно предпочел одно другому». Он не означает, что Бог желал зла Исаву или стремился его уничтожить. Это также не означает, что Исав погиб в вечности. Просто первородство обрел Иаков; именно через него исполнились Божии обетования, именно он стал одним из предков Христа. Почему Бог в этом отношении предпочел Иакова? Очевидно потому, что Исав сам отказался от первородства, предпочтя ему чечевичный суп. По этой же аналогии большинство толкователей Писания рекомендуют понимать и слова Христа: Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником (Лк. 14, 26). Господь говорит тут о приоритетах, а не заповедует нам ненавидеть близких.

У библейской истории про Иакова и Исава есть важное педагогическое значение. Писание дает нам нравственный урок — люди, порой, слишком легко отказываются от великих даров, которые уготовал им Бог, ради «тарелки похлебки» — сиюминутных желаний. Бог никогда не отворачивается от человека Сам, это люди постоянно пренебрегают Им, ненавидят и теряют Его.

1-е послание Иоанна 4:20

Толкования:

Андрей Монах

Ст. 20-21 кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего

Любящий Бога соблюдает Его заповеди, ибо любовь к своему брату есть исполнение божественных заповедей. Не любящий брата своего не сохранил заповедь, а не сохранивший не любит Бога. Ибо лжец — не любящий, но говорящий, что любит.

Архиеп. Евсевий (Орлинский)

Кто говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит

Внушая истинную любовь к Богу, Апостол опять показывает необходимость любви к ближнему. Говорит, что без этой любви нельзя любить Бога, и кто говорит, что он любит Бога, а в то же время питает ненависть к ближнему, тот говорит неправду. Кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец. Почему лжец?

Ибо нелюбящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит? – Прежде сказал святой Иоанн: Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас ( 1Ин. 4:12 ) . Каждый ближний наш носит в себе образ Божий; взирая на сей образ и помня заповедь о любви к ближнему, можно ли не любить его тому, кто питает в себе любовь к Богу? Чем легче, и чем скорее можем мы выразить свою любовь к Богу, как не любовью к своему ближнему, как образу Божию? Кто, пренебрегая заповедь Божию о любви к ближнему, не любит брата своего, которого видит, которому тем или другим добрым делом всегда может показывать любовь свою: тот как может питать в себе любовь к Богу, которого не видит, для которого непосредственно ничего не может сделать: ибо Он не имеет нужды ни в чем нашем?

Блж. Августин

Ст. 20-21 кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего

Тот, кто не любит своего брата, не пребывает в любви, а тот, кто не пребывает в любви, не пребывает в Боге, поскольку Бог есть любовь.

О Троице.

Почему не видит Бога? Потому что не имеет той самой любви. Потому не видит Бога, что не имеет любви; потому не имеет любви, что не любит брата своего. Значит, по той причине и не видит Бога, что не имеет любви. Ибо если бы он имел любовь, он видел бы Бога, потому что Бог есть любовь, и очищается это око любовью все больше и больше, так что начинает видеть ту неизменную Сущность, присутствие Которой всегда радует, и от этого преисполняется блаженства, навеки соединившись с ангелами.

Блж. Феофилакт Болгарский

кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит

Выше апостол с настойчивостью доказал, что любовь должна быть взаимная, переходящая от Бога к нам и от нас к Богу; присовокупил к сему, что если Бог так возлюбил нас, то и мы должны любить друг друга. Теперь — снова возводит речь к тому же и говорит: так как на нас лежит долг любить брата, по примеру любви Бога к нам, и, воздавая любовью Богу, мы удовлетворяем этому долгу; то нам непременно должно любить брата для совершеннейшего доказательства любви к Богу. Ибо если этого не будет, то не сохранится и любовь наша к Богу, так как будет нарушен долг по отношению к ближним, долг, вытекающий из любви к Богу. Прибавляет и еще более сильное слово на обличение тех, которые хотят извращать божественную любовь. Апостол говорит как бы так: любовь, очевидно, образуется чрез обращение друг с другом; обращение же предполагает, что человек видит своего брата и по обращению с ним еще более привязывается к нему любовью; ибо видение весьма много привлекает к любви. Если же так, то кто ни во что ставит гораздо более влекущее к любви, не любит брата, которого видел, как может быть признан истинным, когда говорит, что любит Бога, Которого не видел, Который ни в обращении с ним, ни объемлется никаким чувством? Если кто-нибудь бесстыдно будет говорить, что Бога любит, а брата ненавидит, тот, извращая божественную любовь, оказывается сверх сего и преступником следующей Его заповеди: по тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою ( Иоан. 13:35 ) . Посему, кто любит Бога и старается быть Его учеником, тот, по заповеди Его, любит и брата своего.

Читать еще:  Богдану 12 лет. Много лет он борется с болезнью. И ему нужна помощь

Еп. Михаил (Лузин)

кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит

Кто говорит и проч.: мы должны любить Бога, но любить Его поистине возможно только тогда, когда мы любим друг друга. Поэтому, кто говорит словом, или языком, или даже в сердце своем, заблуждаясь в совести своей, что любит Бога в сердце своем, и считает себя христианином, исполняющим заповедь Божию и Христову, а брата своего ненавидит ( 1Ин. 2:9 , 11; 1Ин. 3:15 и прим.) в сердце своем и показывает это делами, тот лжец, иное думает и говорит, и иное показывает на деле ( 1Ин. 2:4 ) , видно, что он лжец, что кто не любит брата своего, или ненавидит его ( 1Ин. 2:9 ) , хотя бы он был враг его ( 1Ин. 3:15 ) ,брата своего, которого видит своими глазами (увидел, в подлиннике прошедшее время, для выражения состояния несомненно одинаково всегда продолжающегося; ср. с. 12), Бога, Которого не видит (ст. 12), как может любить? То есть это дело невозможное, чтобы таковой любил Бога. Кто неспособен к более легкому, тот не в силах исполнить более трудное; любить невидимое гораздо труднее, чем любить видимое. Брату своему, которого видит, тем или другим добрым делом всегда может показать любовь; а Бога, Которого не видит и, следовательно, непосредственно не может ничего сделать для Него, — как может любить? Дело это невозможное. Любовь к Богу может только выражаться и свидетельствоваться любовию к ближним. «Любовь очевидно образуется чрез обращение друг с другом; обращение же предполагает, что человек видит своего брата и по обращению с ним еще более привязывается к нему любовию, ибо видение весьма много привлекает к любви. Если же так, то кто ни во что ставит гораздо более влекущее к любви, не любит брата, которого видел, как может быть признан истинным, когда говорит, что любит Бога, Которого не видел, Который ни в обращении с ним, ни объемлется никаким чувством?» (Феофилакт).

Лопухин А.П.

кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит

См. Толкование на 1Ин. 4:19

Прп. Иустин (Попович)

Ст. 20-21 аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть: ибо не любяй брата своего, егоже виде, Бога, Егоже не виде, како может любити? И сию заповедь имамы от Него, да любяй Бога, любит и брата своего

Любовь ко Христу разветвляется на любовь к ближнему, любовь к истине, любовь к святости, к миру, к чистоте, ко всему Божественному, ко всему бессмертному и вечному. Все эти виды любви Божественны, святы и вечны, потому что корень их Божественнен, свят и вечен. И корень этот – любовь ко Христу. Все эти виды любви являются естественными и непременными проявлениями любви ко Христу.

Если не существует этих видов любви, то не существует и любви ко Христу. Если же не существует любви ко Христу, то не существует ни истинного Боголюбия, ни истинного человеколюбия. Христос есть Богочеловек, и любовь к Нему значит всегда: любовь к Богу и любовь к человеку. Она есть человеколюбие в христианстве. Боголюбие и человеколюбие. Человеколюбие есть свидетельство Боголюбия, и Боголюбие – свидетельство человеколюбия. Любовь к Богу проявляется в любви к человеку как к богоподобному существу, то есть как к одухотворенному брату. Поэтому святой Иоанн Богослов приводит следующее изречение: Кто говорит: “я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего. Только человек, который чувствует “в Боге” ближнего, только человек, который видит “в Боге” ближнего, только такой есть одухотворенный брат, есть бессмертный собрат и ближний. Таким образом, чувствует и видит людей только человек, который близ Христа, который близ Бога, который в Его Божественной любви.

Прп. Максим Исповедник

Ст. 20-21 кто говорит: «я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего

Осуществлением и ясным доказательством любви к Богу является искреннее расположение к ближнему, [достигаемое] через добровольное благоволение. Ведь божественный апостол Иоанн говорит: ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? Любовь есть путь истины, и ею называет Себя Слово Божие, Которое представляет Богу Отцу идущих этим путем чистыми от всяких страстей. Она есть дверь, и входящий через нее вступает в Святая святых, став достойным созерцателем недоступной красоты царственной и Святой Троицы.

Православная Жизнь

Действительно, читая описания Бога, Его действий, чувств, порывов и желаний в Библии — главным образом, в Ветхом Завете — легко прийти в недоумение.

В редакцию пришел вопрос читателя: «Как может Бог, Который есть любовь, любить Иакова, а его брата Исава ненавидеть?» Подобное вопросы вызывают и строки Библии, в которых описываются Божьи гнев, ярость и другие чувства, далекие от нашего представления об абсолютной любви. Как же это понимать?

Действительно, читая описания Бога, Его действий, чувств, порывов и желаний в Библии — главным образом, в Ветхом Завете — легко прийти в недоумение. Уж очень по-человечески ведет себя Создатель вселенной. Он любит, гневается, испытывает отвращение, ставит условия, ревнует, наказывает. В книге Притч Соломоновых мы находим подробное перечисление того, что именно ненавидит Бог. «Вот шесть, что ненавидит Господь, даже семь, что мерзость душе Его: глаза гордые, язык лживый; и руки, проливающие кровь невинную, сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству, лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями» (Притч. 6, 17-19). Из этой же цитаты следует, что Бог имеет душу, а это противоречит Его природе: как существо совершенное Бог прост. Если допустить в нем наличие нескольких элементов (например души), некую метафизическую сложность, они, следуя философской логике, должны предшествовать Богу. Но это невозможно, потому что Бог — начало всего сущего. Как пишет святитель Григорий Палама, «в Боге состоящем из одной неделимой сущности нет ни уменьшения, ни увеличения, ни приложения, ни отъятия; а значит, нет и разделения, которое являло бы нам предшествующую сложность».

Так значит в Ветхом Завете описывается какой-то неправильный Бог?

Нет. Ветхий Завет — это богооткровенная истина, написанная людьми и для людей. Авторы библейских книг жили в определенном историческом и культурном контексте. Для выражения смыслов, полученных ими в божественном откровении, они пользовались теми образами и языковыми приемами, которые были понятны их современникам. Язык Библии образен и метафоричен, наполнен притчами и аллегориями. Эта образность переносится и на Бога.

Не следует сбрасывать со счетов и нравоучительный характер Писания. Святые отцы, толкуя священные тексты, четко указывали, что библейские пассажи, наделяющие Бога антропофорфными свойствами, приписывающие Ему гнев, ярость, ненависть и прочие качества, имеют педагогическое и назидательное значение, поскольку высокие истины о Боге как абсолютной Любви, в своей полноте открывшиеся людям в Новом Завете, с трудом были бы восприняты людьми ветхозаветной эпохи. Вот, например, как пишет об этом святитель Иоанн Златоуст: «Когда ты слышишь слова «ярость» и «гнев» в отношении к Богу, то не разумей под ними ничего человеческого: это слова снисхождения. Божество чуждо всего подобного, говорится же так для того, чтобы приблизить предмет к разумению людей более грубых».

Действительно, в книге пророка Малахии есть фраза, сказанная от лица Господа: «Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел» (Мал. 1, 2-3). Но дело в том, что данный речевой оборот «это возлюбил, а это возненавидел» в библейском контексте означает «решительно предпочел одно другому». Он не означает, что Бог желал зла Исаву или стремился его уничтожить. Это также не означает, что Исав погиб в вечности. Просто первородство обрел Иаков; именно через него исполнились Божии обетования, именно он стал одним из предков Христа. Почему Бог в этом отношении предпочел Иакова? Очевидно потому, что Исав сам отказался от первородства, предпочтя ему чечевичный суп. По этой же аналогии большинство толкователей Писания рекомендуют понимать и слова Христа: «Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником» (Лк. 14, 26). Господь говорит тут о приоритетах, а не заповедует нам ненавидеть близких.

У библейской истории про Иакова и Исава есть важное педагогическое значение. Писание дает нам нравственный урок — люди, порой, слишком легко отказываются от великих даров, которые уготовал им Бог, ради «тарелки похлебки» — сиюминутных желаний. Бог никогда не отворачивается от человека Сам, это люди постоянно пренебрегают Им, ненавидят и теряют Его.

В Библии описано, как Бог кого-то ненавидит… Как же можно называть такого Бога — Любовью?

В редакцию «Фомы» пришел вопрос читателя: «Как может Бог, Который есть любовь, любить Иакова, а его брата Исава ненавидеть?» Подобное вопросы вызывают и строки Библии, в которых описываются Божьи гнев, ярость и другие чувства, далекие от нашего представления об абсолютной любви. Как же это понимать?

Читать еще:  Богослужебная утварь передана в малоимущие приходы Черкасской епархии УПЦ

Действительно, читая описания Бога, Его действий, чувств, порывов и желаний в Библии — главным образом, в Ветхом Завете — легко прийти в недоумение. Уж очень по-человечески ведет себя Создатель вселенной. Он любит, гневается, испытывает отвращение, ставит условия, ревнует, наказывает. В книге Притч Соломоновых мы находим подробное перечисление того, что именно ненавидит Бог. Вот шесть, что ненавидит Господь, даже семь, что мерзость душе Его: глаза гордые, язык лживый; и руки, проливающие кровь невинную, сердце, кующее злые замыслы, ноги, быстро бегущие к злодейству, лжесвидетель, наговаривающий ложь и сеющий раздор между братьями (Притч. 6, 17-19). Из этой же цитаты следует, что Бог имеет душу, а это противоречит Его природе: как существо совершенное Бог прост. Если допустить в нем наличие нескольких элементов (например души), некую метафизическую сложность, они, следуя философской логике, должны предшествовать Богу. Но это невозможно, потому что Бог — начало всего сущего. Как пишет святитель Григорий Палама, «в Боге состоящем из одной неделимой сущности нет ни уменьшения, ни увеличения, ни приложения, ни отъятия; а значит, нет и разделения, которое являло бы нам предшествующую сложность».

Так значит в Ветхом Завете описывается какой-то неправильный Бог?

Нет. Ветхий Завет — это богооткровенная истина, написанная людьми и для людей. Авторы библейских книг жили в определенном историческом и культурном контексте. Для выражения смыслов, полученных ими в божественном откровении, они пользовались теми образами и языковыми приемами, которые были понятны их современникам. Язык Библии образен и метафоричен, наполнен притчами и аллегориями. Эта образность переносится и на Бога.

Не следует сбрасывать со счетов и нравоучительный характер Писания. Святые отцы, толкуя священные тексты, четко указывали, что библейские пассажи, наделяющие Бога антропофорфными свойствами, приписывающие Ему гнев, ярость, ненависть и прочие качества, имеют педагогическое и назидательное значение, поскольку высокие истины о Боге как абсолютной Любви, в своей полноте открывшиеся людям в Новом Завете, с трудом были бы восприняты людьми ветхозаветной эпохи. Вот, например, как пишет об этом святитель Иоанн Златоуст: «Когда ты слышишь слова «ярость» и «гнев» в отношении к Богу, то не разумей под ними ничего человеческого: это слова снисхождения. Божество чуждо всего подобного, говорится же так для того, чтобы приблизить предмет к разумению людей более грубых».

Действительно, в книге пророка Малахии есть фраза, сказанная от лица Господа: Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел (Мал. 1, 2-3). Но дело в том, что данный речевой оборот «это возлюбил, а это возненавидел» в библейском контексте означает «решительно предпочел одно другому». Он не означает, что Бог желал зла Исаву или стремился его уничтожить. Это также не означает, что Исав погиб в вечности. Просто первородство обрел Иаков; именно через него исполнились Божии обетования, именно он стал одним из предков Христа. Почему Бог в этом отношении предпочел Иакова? Очевидно потому, что Исав сам отказался от первородства, предпочтя ему чечевичный суп. По этой же аналогии большинство толкователей Писания рекомендуют понимать и слова Христа: Если кто приходит ко Мне, и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником (Лк. 14, 26). Господь говорит тут о приоритетах, а не заповедует нам ненавидеть близких.

У библейской истории про Иакова и Исава есть важное педагогическое значение. Писание дает нам нравственный урок — люди, порой, слишком легко отказываются от великих даров, которые уготовал им Бог, ради «тарелки похлебки» — сиюминутных желаний. Бог никогда не отворачивается от человека Сам, это люди постоянно пренебрегают Им, ненавидят и теряют Его.

Бог ненавидит грех и тех кто служит ему!

Процитирую материал Кайла Батта по этому вопросу:

Большинство верующих людей соглашаются с тем, что Бог ненавидит грех. Неоднократно Библия подчёркивает тот факт, что Богу противно нечестие. Бог сказал пророку Иеремии сообщить израильтянам об их грехе следующее: «не делайте этого мерзкого дела, которое Я ненавижу» (44:4 ). Автор книги Притчей назвал семь грехов, которые ненавидит Господь (6:16-19 ). Пророк Захария объявил, что Бог ненавидит ложные клятвы и зло совершаемое против ближнего человека (8:17 ). Сам Иисус сказал, что ненавидит дела Николаитов (Откровение 2:6 ). Библия подчеркивает тот факт, что Господь ненавидит грех.

Однако некоторые говорят, что Бог Свою ненависть распространяет несколько дальше. Они считают, что Бог ненавидит грешников, так же как и совершаемый ими грех. Говорят также, что Бог любит тех, кто повинуется Ему и ненавидит всех, кто непослушен. Те, кто учат этой идее, используют различные библейские стихи, чтобы «доказать» своё. К примеру, Псалом 5:6 в котором говорится, что Бог «ненавидит всех, делающих беззаконие». И Притчи 6:18,19 , в которых говорится, что Бог ненавидит «лжесвидетеля, наговаривающего ложь и сеющего раздор между братьями». Правда ли, что Бог ненавидит грешников вместе с их грехами?

Всякий, кто читал Библию, понимает, что одной из величайших тем в ней является любовь. Библия говорит, что Бог есть любовь ( 1 Иоанна 4:8 ). В ней так же поясняется, что Бог проявил к нам Свою любовь ещё тогда, когда мы были грешниками:

Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых. Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть. Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. (Римлянам 5:6-8 )

Интересным моментом в этом отрывке является то, что в нём подчеркивается, что погибшие грешники не были «праведными» или «хорошими», когда Христос проявил к ним Свою любовь.

В истории с богатым молодым начальником Иисус объяснил, что юноше чего-то не хватало, чтобы быть угодным Богу. При этом, несмотря на то, что молодой человек имел недостаток и был духовно потерян, Библия говорит, что Иисусу он «полюбился» ( Марка 10:21 ). Когда Иисус оплакивал погибший Иерусалим, Он воскликнул:

Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! (Матфея 23:37 )

Иисус сказал, что Его чувства к заблудшим жителям Иерусалима были похожи на любовь птицы к своим птенцам. Подобное заявление определённо говорит о любви к иерусалимским грешникам.

В одном самом знаменитом библейском «стихе о любви» Иисус сказал: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоанна 3:16 ). Божья любовь к погибшему миру была показана прежде, чем грешники поверили в Иисуса. Иоанн подробнее поясняет это, когда пишет: «В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши» (1-е Иоанна 4:10 ). Из этих стихов ясно, что Бог любит потерянных грешников и подтверждает эту любовь тем, что послал для их спасения Иисуса.

Тогда как совместить те стихи, которые, похоже, указывают на то, что Бог ненавидит грешников, и в то же время любит их? Одним из наиболее подходящих объяснений может быть то, что авторы библейских книг используют фигуру речи, называемую метонимией, когда пишут, что Бог ненавидит грешников. Метонимии дают такое определение: «Оборот, посредством которого одно название, или существительное, используется вместо другого, к которому оно имеет какое-либо отношение» (Буллингер, 1898 г., стр. 538). Буллингер ещё поясняет, что метонимия может быть «метонимией причины», когда действующее лицо может ставиться на место того, что им совершается (стр. 539). К примеру, в Луки 16:29 говорится, «у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их». В действительности у них не было «Моисея» или «пророков», но у них были их писания. Имя Моисея, которое выступает вместо его писаний, является метонимией, поскольку Моисей был причиной появления этих книг. В наше время, это можно было бы изобразить фразой: «Я ненавижу Шекспира». Выражает ли говорящий такое, свою ненависть лично к Шекспиру? Нет. Мы понимаем, что он хочет сказать, что ему не нравится творчество Шекспира, и это никак не касается личности драматурга.

Если мы применим ту же фигуру речи к отрывкам о Божьей «ненависти к грешникам», мы сможем увидеть, что грешник ставится на место своего греха. Таким образом, когда Бог говорит, что Он ненавидит «лжесвидетеля наговаривающего ложь» (Притчи 6:19 ), если тут используется метонимия, тогда Бог ненавидит ложь, и тот, кто лжёт (причина) ставится на место лжи (следствия). Любопытно посмотреть, насколько явна эта особенность в других контекстах. К примеру, Притчи 6:17 говорит, что Бог ненавидит «лживый язык». Означает ли это, что Бог ненавидит буквальный язык, состоящий из мышц и тканей? Нет. Это значит, что Бог ненавидит грех, который язык может совершать. В том же контексте мы узнаём, что Бог ненавидит «ноги, быстро бегущие ко злу» (6:18 ). Опять, значит ли это, что Бог ненавидит физические ноги? Нет. Это просто означает, что Бог ненавидит грех, который может быть совершён при помощи этих ног. Любопытно, что лишь немногие, если вообще найдутся таковые, готовы утверждать, что Бог ненавидит буквальные языки или ноги, но эти же люди будут настаивать на том, что Бог ненавидит самих грешников, а не грех совершаемый ими.

При исследовании Библии очень важно не забывать, что писатели Библии часто использовали фигуры речи. Когда мы размышляем над идеей того, что Бог ненавидит грех, но любит самих грешников, фигура речи, известная как метонимия, помогает устранить любую путаницу. Так же как Бог не испытывает ненависти к физическим ногам и языкам, Он не испытывает ненависти и к грешникам. Другими словами, эти понятия используются вместо того, что в действительности они производят – т.е. вместо греха.

Читать еще:  «Не имея правильных понятий о Боге, человек не может приблизиться к Нему, не может быть счастливым»

В Библии описано, как Бог кого-то ненавидит… Как же можно называть такого Бога — Любовью?

А. И. Осипов. Лекции по апологетике на 5 курсе МДС

Бог как Любовь. Понимание гнева Божия и Страшного Суда

Только христианство открыло, что Бог есть любовь и только любовь. Именно христианство открыло, что Бог – это не просто правда, не просто судия, который может миловать и карать. Нет, Он – только Любовь.

Если открыть наши учебники, то можно увидеть, что у Бога два свойства – Правда и Любовь. И вот бедный Бог поступает то по правде, то по любви, и если по любви, то не по правде, а если по правде, то не по любви. И вот приходит Страшный Суд, и Бог говорит – вот, голубчики, Я все терпел по любви столько тысяч лет, а теперь – извольте, все будет по правде.

Ошибка не в том, что Бог – это высшая правда, а в том, что правда и любовь ставятся как два свойства, между которыми Бог совершает свои поступки.

Если говорим о любви – что это означает в человеч. обществе? – когда я люблю, я прощаю человеку недостатки, проступки, за что м.было и наказать. И эта любовь – несправедливая, в ней нет правды, в этом мы убеждаемся постоянно. Божественная же любовь – праведная, она истинная. Например, заболел человек аппендицитом – а это значит не таблетки давать, а ложись на стол, будем оперировать, и только это тебя спасет от смерти.

И правда Божия – это та истина, которая направлена на полезность человеку. Правда там, где есть полезность. И любовь Божия ищет пользы того, кого я люблю, а не по головке погладить и конфетку сладкую дать.

Вот в чем истинная любовь. И на Страшном Суде – точно то же самое будет.

Исаак Сирин – не для того Бог сотворил разумное творение, чтобы предать его бесконечным мучениям. Все, что творит Бог и промышляет о нас, есть благо, и сама геенна является одним из промыслительных действий Божиих.

Это не покарание, не месть – а опять оказание любви к свободе человека. Всемогущий Бог не может коснуться человеческой свободы. Человеку предоставляется свобода быть там, где это наиболее соответствует его духовному состоянию.

Человека нельзя за шкирку взять и в рай сунуть, загнать силой в Царство Небесное. Когда человек хочет быть вне Бога – он – тьма кромешная. Сама геенна – это состояние, когда человек убеждается, что он сам есть тьма без Бога.

Поэтому у отцов встречаем мысль, которая выражена у И.Сирина: хотя геенна и будет ограничена, остережемся в душах наших, ибо знаем, какие страдания придется претерпеть там.

Итак, Страшный суд говорит не то, что Бог перестает быть Любовью, а о том, что эта Любовь – праведна.

И непонимание того, что Бог есть праведная Любовь, привело к тому, что все западное христианство стало на почву В.З. и языческого понимания Бога. Недаром Ю.Ф.Самарин определял католицизм как иудаизм в христианстве.

«И раскаялся Господь, что создал человека на земли, и восскорбел в сердце Своем». Или: «Он воздаст противникам Своим в ярости, врагам Своим в мести» — и из Библии можно привести бесчисленное количество таких цитат.

Все эти высказывания Св. Писания и море высказываний св.отцов – о том, что Бог гневается, Бог мстит, наказывает и т.д. – как это все совместить с тем, что Бог есть Любовь? Что Он «дождит на праведные и неправедные», неблагодарных и злых?

Позиция, когда Бог есть Правда, и Бог есть Любовь – рассм. отдельно – не выдерживает никакой критики.

Исаак Сирин: «Не называй Бога правосудным, ибо правосудие Его не познается на твоих, человек, делах»… Если бы Бог был правосуден, то мы и мгновения бы не смогли просуществовать, и были бы наказаны. Это очевидно.

Антоний Вел.: «Бог благ и бесстрастен, и неизменен. Если кто признавает благосклонным и истинным то, что Бог не изменяется, но как Он о добрых радуется, от злых отвращается, на грешников гневается, а когда они каются – не отвращается от них – то на сие надобно сказать, что Бог не радуется и не гневается, ибо радость и гнев суть страсти. Нелепо бы было сказать, что Божеству было бы худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит. Вредить же никому не вредит, а пребывает всегда одинаковым. А мы – когда бываем добры – вступаем в общение с Богом по сходству с ним, а когда становимся злыми – отделяемся по несходству… Грехи наши не попускают Богу воссиять в нас, а с демонами мучителями соединяют. Если потом молитвами и благотворениями снискиваем разрешения в грехах – то это не то значит, что Бога мы ублажили и Его переменили, но то, что посредством таких действий мы переменили сущее в нас зло и соделываемся способными вкушать Божию благость. Так что сказать, что Бог отвращается от злых – все равно что сказать, что солнце отвращается от лишенных зрения».

Поэтому не Бог нас наказывает и награждает, а мы сами себя наказываем, соединяясь с демонами-мучителями. А Божия благость – непрерывно, как солнечные лучи, направлены на нас, а мы от нее или отворачиваемся, или же соделываемся способными вкушать Божию благость. Бог постоянен в Своей любви к нам, а мы только непостоянны.

Григорий Нисский – «Ибо что неблагочестиво почитать естество Божие подверженным какой-либо страсти или удовольствия, милости или гнева – этого никто не будет отрицать… Но хотя и говорится, что Бог веселится о рабах своих и гневается яростию на падший народ… но в каждом из таковых изречений слово учит нас, что посредством наших свойств Провидение Божие приспосабливается к нашей немощи, чтобы наклонные ко греху под страхом наказания удерживались от совершения его…»

Это Божественная педагогика – приспособление к нашим немощам, как к детям.

Иоанн Златоуст – «Когда ты слышишь слова ярость и гнев в отношении к Богу – то не разумей под ними ничего человеческого. Это слова снисхождения. Божество чуждо всего подобному. Говорится же так для того, чтобы приблизить предмет разумения для людей более грубых».

И. Кассиан Римлянин – «ибо один Бог творит все благое. Он обильно изливает всякие блага на достойных и недостойных. Поскольку не может быть огорчен обидами и беззакониями людей как вечно не изменяемая благость. некоторые …покушаются умалить свою непотребность при помощи непотребнейшего толкования Писания – говоря – не беда, что гневаемся на братию, ведь и Сам Бог гневается — … и не разумеют они, как вместе с тем, действуя на пагубу себе… и Богу нечестиво приписывают нечистую страсть».

Исаак Сирин – «Бог ничего не делает ради возмездия, но взирает на пользу, которая д.произойти от Его действий».

Правда, отцы говорят, что у человека есть три духовных состояния — 1) когда человек живет под страхом наказания, 2) когда человек действует, ожидая награды. Эти два состояния – подготовительные к третьему: 3) когда человек живет по любви, а не по страху и не по награде. Он боится оскорбить любящего его Бога, потому что сам любит Его.

И воздаяние бывает тоже понятно в каком смысле – что мы сами себе воздаем.

Ап. Иаков – в искушении никто не говори: Бог меня искушает… но каждый искушается, обольщаясь собственной похотью.

А если же мы встанем на т.зрения «справедливости» — что праведник за неправедных страдает – то мы ничего не поймем. Как это – я украл, а он за меня идет в тюрьму, сидит за мое воровство, и только после этого он сможет меня простить, когда отсидит? – это что за справедливость? А ведь именно такова по своей сути трактовка искупления в западном христианстве.

Мы говорили, что христианство имеет подтверждение своего неземного, Божеств. происхождения. И вот одно из таких подтверждений — из какой религии могли взять апостолы, когда так писали о Боге – что Он есть Любовь – из какой религии? – пусть найдут такую религию. Откуда неграмотные рыбаки могли взять такую истину? Такой религии больше нет.

Это серьезнейший вопрос. Ни в каких религиях этого не было, и все это противоречит нашему ощущению, внутреннему ветхому человеку. Как переполошились все, когда Христос говорит – трудно богатому войти в Царствие Божие – а как же тогда спастись? Ведь ветхозаветное понимание – если богатый – то добродетельный, а если слепой родился – то кто согрешил, он или родители его? – вот какое было понимание любви Божией и добродетели.

И ниоткуда это апостолы не могли взять и сами придумать, а только Бож. откровение могло им это дать, то, что принес Христос. Это мировоззрение не соответствовало и самим их собственным первоначальным убеждениям.

Это первый аргумент, свидетельствующий об истинности христианства, и это объективный аргумент, т.е.не зависимый от наших убеждений.

И все прочие христианские истины (что Бог есть Любовь – это первая истина) – все они обладают такими же объективными свойствами.

Заметили ошибку в тексте? Выделите её мышкой и нажмите Ctrl+Enter

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector