0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

История России опровергает представление о конфликте между христианством и исламом

Труд (Болгария): христианство и ислам — столкновение неизбежно

Многовековое соперничество двух религий — ислама и христианства — и современные конфликты настолько укрепили их различия, что практически полностью стерли общие богословские корни и идею иудейско-христианско-исламской традиции. Обе стороны сосредоточились на разногласиях и усиливали их на протяжении веков политическими и военно-экономическими конфликтами. Таким образом, две монотеистические религии вступили в режим перманентной конкуренции, вылившейся в кровопролитные битвы за территории, природные и людские ресурсы. В действительности оказывается, что именно теологические сходства двух религий привели к естественному столкновению, присущему взаимодействию между двумя конкурирующими доктринами.

Исламский радикализм — это многогранное явление с различными проявлениями в социальном, политическом и паравоенном аспектах. Однако центральной и объединяющей идеологией для различных представителей радикального ислама является вера в то, что мусульмане и Запад обречены на долгую битву, начавшуюся в первые дни ислама. В свое время на идею радикального ислама оказали влияние крестовые походы и европейский колониализм, а сегодня ее подпитывает «иудейско-христианский заговор» против ислама, воплощенный в арабо-израильском конфликте.

Распространение ислама и его военно-политическая экспансия в VIII-XI в.н.э. представляли для христианского Запада двойную угрозу — религиозную и политическую. В этот период религия Иисуса находилась в состоянии самообороны. Но с крестовыми походами на исламский Восток история изменила свой вектор. Христианское вторжение на мусульманские земли в XI-XII веках оставило фатальный след в истории христианско-мусульманских отношениях на долгие столетия. Это драматичное столкновение было достоверно изображено в романе ливано-французского писателя Амина Маалуфа «Крестовые походы глазами арабов». Для мусульман крестовые походы стали символом и примером «воинствующего христианства» — раннего предвестника агрессии и империализма христианского Запада. Так, по иронии судьбы, «религией меча», как многие называют ислам, на протяжении веков для мусульман было западное христианство.

Завоевания раннего ислама, крестовые походы и расширение Османской империи открыли плацдарм для многовекового соперничества между исламом и христианством. Положение вещей изменилось, и западное христианство больше не находится под осадой ислама. Европейский колониализм представляет собой религиозную и политическую проблему для мусульманской наднациональной религиозной общины (уммы). До периода европейского колониального господства в мусульманской общине не было политического доминирования иноверцев.

Колониализм преобразовал мусульманскую идентичность, автономию и культуру с помощью инструментов насилия. Для консервативных социальных слоев мусульманских обществ ответ на иностранное господство должен быть взят из религии, а точнее из примера пророка Мухаммеда. Варианта два: либо уйти с территорий, находящихся под властью иноверцев (хиджра), либо начать священную войну против угнетателей (джихад). Для широких мусульманских масс хиджра невозможна, а джихад обречен на провал из-за превосходящей военной силы Европы. Выходом для глубоко верующих людей стала капсуляция, впоследствии переросшая в религиозный фанатизм.

Возникновение христианства и ислама

Основой ислама является подчинение. Оно основывается на учениях пророка Мухаммеда. Он пропагандировал среди своих учеников и последователей подчинение воле Аллаха и следовать этому кодексу всю жизнь. Ислам представляет собой монотеистическую религиозную традицию. Она появилась на Ближнем Востоке примерно в VII веке. Последователи ислама называются мусульманами.

Они ведут свою жизнь придерживаясь кодексов, данных исламом. Христианство возникло раньше ислама, около 2-х тысяч лет назад. Оно началось с учений Иисуса Христа. По древним писаниям он родился от девственницы Марии и Бога. Поэтому христиане считают Иисуса Христа Сыном Божьим. Также христиане верят в Святую Троицу, одной из личностей которой является Иисус Христос – Бог-Сын, как воплощение Бога-Отца. Последователи Христа называются христианами. Они живут в соответствии с наставлениями Иисуса.

Но у ислама и христианства, несмотря на их историческую и традиционную связь, имеются серьёзные различия в богословии. Одним из основных различий между этими двумя религиями заложено в фундаментальных взглядах на природу, распятие и воскресение Иисуса. В христианстве считается, что Христа распяли, и он принял смерть на кресте. После этого, по мнению христиан, Иисус воскрес на третий день.

Они верят в Святую Троицу, состоящую из Бога Отца, Бога Сына и Бога Святого Духа. Мусульмане же не согласны, что Иисус умер на кресте. Они считают, что вознесение его на Небеса произошло по божьей воле, и что в конце времён произойдёт его возвращение на Землю.

Восемь тезисов о том, как новые атеисты христианство и ислам перепутали

Социальная критика и политики интерпретаций

Сергей Левин

Кандидат философских наук, преподаватель департамента социологии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» в Санкт-Петербурге.

В тексте Дмитрия Узланера «Новый атеизм: можно ли бороться за науку с помощью невежества?» содержится восемь тезисов о «новых атеистах». Радует, что автор попытался структурировать свои претензии и изложить их последовательно. Однако ни один из этих тезисов не содержит в себе убедительных доводов в пользу того, что «новые атеисты» невежественны или ошибаются. Ниже я привожу их краткий пересказ и ответ на каждый из тезисов.

1. Первое обвинение заключается в том, что «новые атеисты» обращаются только к десятой части исследований, посвященных религии. И в этой десятой части игнорируют или упоминают вскользь исследования, в которых религия освещается с положительной стороны.

Из самого этого обвинения можно узнать, что «новые атеисты» точно не невежественны, так как знакомы с огромным массивом литературы и не игнорируют исследования, посвященные позитивным аспектам религии. Ведь получается, что с частью исследований они ознакомились и отвергли как ненаучные, а среди тех, что признали научными, провели тщательную селекцию и оставили то, что отвечает их полемическим целям, а то, что не отвечает, они тоже упоминают в своих работах.

Не совсем понятно, как производились подсчеты одной десятой, но стоит отдавать себе отчет в том, что одна десятая исследований о религии — это тысячи и тысячи источников. А такое количество исследований не может быть отброшено как незначительное или быть названо необоснованным.

Как бы ни подходить к подсчетам, если существуют научные исследования, которые говорят о негативных последствиях религии, то их выводы не отменяются наличием исследований, указывающих на позитивные следствия. По мнению «новых атеистов», некоторые последствия религиозного догматизма настолько плохи, что даже наличие позитивных следствий не позволяет с ними мириться. Представим, что, с одной стороны, у нас есть исследование, которое указывает на связь между высокой степенью вовлеченности в религиозные практики и степенью одобрения костров инквизиции. С другой стороны, у нас есть девять работ, говорящих о том, как сжигание еретиков повышает уровень субъективного удовлетворения в обществе и помогает от простудных заболеваний. Означает ли это, что такие позитивные работы каким-то образом выравнивают баланс? Кажется, что нет. Следовательно, если кто-то хочет полемизировать на поле научных исследований, то ему стоит обратить внимание на те работы, на которые ссылаются «новые атеисты», и стараться опровергать их выводы или показывать, что они не поддерживают их позицию. Благо, что таких работ в абсолютном выражении — великое множество.

Читать еще:  Фестиваль Дивали в Австралии

2. Вторая претензия к «новым атеистам» состоит в том, что те якобы оперируют слишком общим понятием «религия». За этим понятием скрывается такое разнообразие течений, что говорить обо всех религиях сразу бессмысленно. Так же бессмысленно, как говорить о животных вообще, не указывая, о каких именно животных идет речь.

Как и многие общие понятия, «религия» указывает на класс объектов, между которыми можно обнаружить как сходства, так и различия. Само по себе это не делает употребление таких понятий бессмысленным. Даже про такой обширный класс объектов, как животные, можно выносить осмысленные и информативные суждения. «Все животные смертны». «Животные и растения относятся к домену эукариотов». Объем понятия «религия» явным образом отсылает к меньшему числу объектов, чем понятие «животные». Не только новые атеисты, но также обыденный язык, академические институты и законодательство во многих случаях прекрасно справляются с различением религии и других сфер общественной жизни, будь то армия, правительство или бизнес. В этой связи утверждения, которые относятся ко всем религиям, представляются возможными и значимыми. Точно так же, как можно быть философом науки и писать о науке вообще, можно быть и философом религии и писать о религии вообще, а не о конкретных науках или религиозных конфессиях.

3. «Новые атеисты» остались на уровне французских просветителей и не доросли до Маркса! Не говоря уже о тех социологах, психологах и биологах, которые писали про религию после него. Они не понимают, что религия — это не просто ошибочное убеждение.

Упрощенно говоря, просвещенческий подход «новых атеистов» якобы заключается в том, что достаточно объяснить людям, что они ошибаются, что их убеждения иррациональны, — и тогда религия исчезнет. Критики просвещенческого проекта утверждают: если какое-то убеждение выгодно человеку или оно естественно и интуитивно, то одних аргументов может быть недостаточно и отрицание религии в сколько-нибудь значимых масштабах возможно лишь при изменениях условий формирования верований.

Во-первых, отмечу, что Дмитрий Узланер легко ссылается на Маркса, который показал, «насколько плотно религия укоренена в общественно-экономическую реальность». Вот так и написал «религия», без всяких уточнений. Хотя абзацем выше за это упрекались «новые атеисты».

Во-вторых, это просто неправда, что «новые атеисты» отправляют в корзину «широким жестом невежества» представления о социальных, культурных, экономических и биологических основах религии и считают веру лишь ошибкой. Достаточно вспомнить книгу Дэниела Деннета «Разрушая чары: религия как природное явление» (2006). По ходу книги постоянно обсуждаются внешние относительно индивидуального познания источники религии и показывается, что для религиозного человека вера вполне может быть рационально и экономически оправдана (p. 194). В другом месте Деннет прямо указывает на работы, в которых выдвигается гипотеза о том, что появление организованных религий связано с разделением труда и появлением рынков (p. 168). А прежде чем приступить к обсуждению биологических истоков религии, Деннет предостерегает от вульгарного редукционизма (p. 71). В книге имеется ссылка на исследования, в которых, в частности, утверждается, что вера в рай и ад позитивно сказывается на рабочей этике (p. 408). Перечислить все примеры означало бы сделать краткий конспект почти всей книги, но сказанного уже достаточно, чтобы заметить, что «новый атеизм» не рассматривает религию исключительно с позиций наивных просветителей.

4. В четвертом тезисе Дмитрий Узланер пересказывает теорию мемов Докинза и потом добавляет, что она настолько прекрасна, что ее комментировать — только портить. Данный риторический прием мне показался настолько убедительным, что я также решил, что комментировать его — только портить.

5. В пятом тезисе утверждается, что «новые атеисты» воюют исключительно с собственным воображением и что им предварительно надо хотя бы примерно узнать, что такое терроризм, ислам, христианство и другие темы, о которых они пишут.

Учитывая, что из первого тезиса Дмитрия следует, что «новые атеисты» обращаются к огромному массиву исследований, есть основания полагать, что как минимум примерное знание о том, что такое терроризм и христианство, у них все-таки есть. Насколько феномен религии в их изложении далек от реального положения дел, было бы неплохо показать на конкретных примерах, хотя бы на парочке.

6. В шестом тезисе дается ссылка на статью, в которой якобы утверждается, что «религиозные ритуалы, оказывается, вызываются […] живущими в желудке бактериями», далее автор не утруждает себя аргументами, а просто говорит, что это архаизация сознания, и напоминает, что позабыли не только Маркса, но и Жижека.

Если перейти по указанной ссылке, то в предисловии к статье гипотеза описана гораздо более скромно: «Микроорганизмы могут делать людей склонными к выполнению некоторых религиозных ритуалов». Сравните: не ритуалы вызываются микроорганизмами, а люди под их воздействием склонны выполнять некоторые из ритуалов.

Кажется, что критика статьи сильно бы выиграла, если бы помимо некорректного пересказа гипотезы и ее высмеивания было бы указано, какие логические или фактические ошибки содержатся в статье. Вполне возможно, что они там есть, но для их обнаружения недостаточно назвать фамилии Маркс и Жижек.

7. В седьмом тезисе рассказывается об опасности примитивизма в понимании религии. Солидаризируюсь здесь с Дмитрием Узланером. Осталось только показать, почему именно Докинз, Деннет и Ко примитивны.

8. «Новые атеисты» являются структурным аналогом религиозных фундаменталистов.

Можно спорить с этим тезисом, а можно указать, что само по себе это не доказывает ошибочность их теорий.

Независимо от отношения к «новым атеистам» и их теориям, обвинять их в невежестве по меньшей мере странно. Они получили хорошее образование, их работы нашпигованы ссылками на классических и современных мыслителей. В данных тезисах нет опровержения каких-либо конкретных положений «нового атеизма». Даже там, где Дмитрий Узланер называет статью или теорию, он исходит из того, что их ложность очевидна читателю и для опровержения достаточно их пересказа. Такой прием не переубедит сторонников теорий Докинза, так как не сообщает им ничего нового. С высокой степенью вероятности не получится таким образом убедить и тех, кто плохо знаком с его идеями. Ведь они просто о них узнают. С таким же успехом для опровержения коммунистической идеологии можно пересказывать «Капитал». Наконец, такой подход не дает новых аргументов в руки противников Докинза, если они вообще с ними знакомы. Если же они их не читали, но осуждают, то это возвращает нас к сценарию незнания. Популярность текстов «новых атеистов» не доказывает верности их взглядов, но является сильным доводом в пользу того, что читателям их ошибки неочевидны.

Чем отличается Бог от Аллаха

Чтобы ответить на этот вопрос необходимо сделать отсылку к священным писаниям.

Так, ислам учит, что Аллах является всемогущим Создателем и Правителем всего, что есть. Мусульмане подчёркивают абсолютное единство Бога с человеком, которое не признаёт разделения. Воля Божья является воплощением его любви и милосердия.

Однако Аллах может быть и гневным, если не выполняют его Волю. Слово ислам означает подчинение. Также, согласно Исламу Бога нельзя считать отцом, у него нет сына. Аллах не любит грешников (Сура 3: 140).

Читать еще:  Туляки смогут поклониться мощам Матроны Московской

Подобно Исламу, христианство учит, что Бог является Создателем и Правителем всего. На этом сходства заканчиваются. Христиане верят в одного Бога, который существует в трёх персонах (Отец, Сын и Святой дух), которые разделяют одну неделимую сущность. Бог имеет во власти только любовь и милосердие. Согласно христианству, Бог-отец имеет вечные отношения с Богом-сыном. Бог любит даже грешников (Римлянам 5: 8).

Религиозный фундаментализм и модернизм

Усиление религиозного фактора в мировой политике проявляется, прежде всего, в распространении фундаментализма. Политологи объясняют это процессом глобализации и технологическим прогрессом, которые обгоняют развитие политических институтов и политической культуры.

Религиозный фундаментализм зародился в США в конце XIX — начале XX в., а у самого термина есть конкретный автор — журналист и консервативный баптист Кёртис Ли Лоз. В 1910—1912 гг. американские протестанты опубликовали ряд статей под общим названием «Основы. Свидетельства истины». Название «фундаментализм» и произошло от английского fundamental — «основа».

Сами «основы» были сформулированы ещё в 1895 г. и включали в себя пять постулатов:

  • правдивость и непогрешимость Священного Писания;
  • его буквальное понимание и трактовка;
  • непорочное зачатие Иисуса Христа;
  • его физическое воскрешение и второе физическое пришествие;
  • заместительная теория искупления, согласно которой Христос своими страданиями искупил грехи человечества.

Фундаменталистское движение было ответом на историко-критический метод изучения Библии, а также на распространяющиеся идеи свободы личности, общественного прогресса, автономии гуманитарных наук и отделения Церкви от государства. Консервативно настроенные христиане, выступившие в защиту традиции, пользовались большой общественной поддержкой. Об этом свидетельствует так называемый «обезьяний процесс» 1925 г. против школьного учителя из штата Теннесси, преподававшего на своих уроках дарвинизм. Дело выиграли фундаменталисты, и в отдельных штатах появился закон, запрещающий изучение теории Дарвина в школах.

С середины 1970-х гг. признаки фундаментализма отмечаются не только в христианстве, но и в других религиях, прежде всего монотеистических (исламе и иудаизме), а также в индуизме, сикхизме, буддизме, конфуцианстве. К этой категории относят ряд католических движений, например Opus Dei, «исламский фундаментализм» аятоллы Хомейни, израильское движение Гуш Эмуним и др. Исследователи заговорили о глобальном фундаментализме, который, несмотря на разные причины в различных религиозных контекстах, является общемировым явлением.

Глобальный фундаментализм в целом направлен против процесса секуляризации культуры и политики (т. е. выведения их за рамки религии). Он признаёт абсолютный авторитет Божественного Откровения, выраженного в Священном Писании (Тора, Библия, Коран) или иных канонических текстах (Талмуд, святоотеческие писания, папские энциклики, законоположения шариата). Акцепт делается на буквальном понимании текста, т. е. по сути на той единственной трактовке, которую предлагают идеологи данного движения.

В политике сторонники фундаментализма обычно придерживаются крайне правых взглядов и выступают за сильную власть, жёсткие этические и нравственные нормы, против демократии, прав человека и свободы совести. Мировая история в их представлении лишена эволюции и выглядит как противоборство сил добра и зла, Бога и дьявола (или Христа и Антихриста). По мере развития прогресс а «зло» побеждает: безверие и нравственное разложение общества, экспансия светских ценностей означает приближение «конца света». Фундаменталисты же видят своё призвание в том, чтобы обеспечить победу «добра» и спасти мир от гибели.

Отличие фундаментализма от консерватизма и традиционализма в том, что он, апеллируя к традициям, тем не менее, стремится к новому «мировому порядку», в основе которого должны лежать тоталитарная религиозная идеология и абсолютный авторитет религиозной власти, действующей «от имени Бога». Религия становится здесь не только духовным, но прежде всего политическим фактором.

Как ни парадоксально, антипод фундаментализма — модернизм имеет те же корни. Он стал реакцией на секуляризацию и научный прогресс, за которыми «не поспевала» Церковь. Модернизм, призванный «приспособить» религию и теологию к современной действительности, возник в католическом мире, а сам термин был впервые употреблён в энциклике папы Пия X «Об учениях модернистов», назвавшей эти учения «синтезом всех ересей».

Католические модернисты пытались спасти религию от сокрушительных ударов научного познания, приводя её в соответствие с данными современной науки и новыми общественно-политическими реалиями. Они отвергали абсолютный авторитет Божественного Откровения, разделяли сферы науки и религии, применяли историко-критический метод при изучении Священного Писания и не признавали чудес. В сфере политики модернизм тяготел к демократическим принципам и поддерживал отделение религии от государства.

В клерикальной среде принято считать, что модернизм изжил себя, поскольку Церковь нашла свой путь приобщения к современности, не сдавая основных позиций. На самом деле это движение продолжает существовать не только в католицизме, но и в других конфессиях. В исламе модернистские взгляды представляет, например, евроислам с его принципами иджтихада (критического подхода к толкованию Корана), равенства, толерантности, стремления к знаниям. В политике исламский модернизм проявляется в поиске культурного диалога с Западом и другими религиями. Другой разновидностью модернизированного ислама является исламский социализм.

В иудаизме существуют свои модернистские течения — реформизм и консерватизм.

Представление о том, что время модернизма прошло, опирается на тот факт, что это движение не играет большой роли в политическом процессе в отличие от противоположных крайностей: фундаментализма, радикализма и экстремизма.

Два начала, лежащие в основе творения человека

Основные принципы христианского мировоззрения построены на том, что при сотворении человека в основу его было положено два существенно различных между собой начала. Одно из них материальное ― это его тело, другое духовное ― душа. Библия учит, что первое из них плотское, связанное с этим миром и зависимое от него, является низшим и малозначительным, тогда как вторая, духовная его составляющая, доминирует и делает человека личностью. Именно это и определяет отношение христианина к окружающему миру.

Течения ислама

Ислам делится на два основных течения:

  1. Сунниты
  2. Шииты

Подавляющее большинство мусульман — Сунниты. Сунниты придерживаются принятого ими свода хадисов, религиозной практики и правил поведения мусульманина во всех жизненных ситуациях, называя этот свод сунной. Это не просто обычай, а жизненный принцип, на основании которого строится вся жизнь человека, который исповедует Ислам.

Шииты в свою очередь считают, что власть в общине должна принадлежать только потомкам пророка Мухаммеда (то есть детям Фатимы, его дочери, и Али, его двоюродного брата), а не тем, кого выбирают, как это происходит у Суннитов. Они не принимают сунну безоговорочно и дополняют ее наставлениями имамов, которых считают посредниками между человеком и Аллахом.

Новое время: кризис христианства

В 16 веке мировое христианство переживает череду военных конфликтов. Церкви стремились вытеснить друг друга. Человечество вступило в эпоху Просвещения: религия подвергалась жесткой критике и отрицанию. Начался поиск новых моделей человеческого самосознания, не зависящий от Библейских доктрин.

Новаторы противопоставляли прогрессу христианства – постепенному развитию, переходу от простого к сложному. На основе идеи прогресса, позднее Ч. Дарвин разовьет теорию об эволюции, основанной на научных фактах. Согласно ей, человек – не творение Божье, а результат эволюционного процесса. С 17 века наука и религия вступают в непрерывный конфликт.

В 20 веке в послереволюционном Советском союзе христианство переживает период жестких запретов и категорического отрицания религиозного взгляда на мир. Служители церквей отказываются от сана, церкви разрушают, а религиозные книги сжигают. Только с распадом СССР религия постепенно вернула себе право на существование, и свобода вероисповедания стала неотъемлемым правом человека.

Читать еще:  Евангелисты Мексики рассчитывают наставить грешного Мэнсона на путь добра

Современное христианство – не тоталитарное религиозное верование. Христиане могут свободно принять обряд крещения или отказаться следовать его традициям. С середины 20 века пропагандируется идея воссоединения трех конфессий в единое верование, как попытка избежать угасания религии. Но конкретных действий ни одна из Церквей не предпринимает и конфессии по-прежнему разобщены.

Авраамические религии — общее наименование для иудаизма, христианства и ислама [2] .

Союз (завет) между Авраамом и Богом является развитием традиционного для древнего Ближнего Востока представления об исключительной связи между главой рода и племенным божеством. В сказаниях об Аврааме этот союз включает три основных элемента: провозглашение избранности потомков Авраама; обещание дать землю Ханаанскую этим потомкам; заповедь следовать установлениям Бога, включающим в себя и этические нормы. Эти положения легли в основу библейского мировоззрения и более позднего иудаизма. Впоследствии эти представления сыграли важнейшую роль в развитии общечеловеческой культуры, войдя в видоизмененной форме в основу христианства и ислама. В христианстве место избранного народа занимает церковь, а в исламе избранность передается не по линии Исаака, а по линии Исмаила, считающегося родоначальником арабов [3] .

Иудаизм, христианство и ислам называют также религиями откровения из-за того, что ядро их учений основано на Откровении — «самораскрытии Божества и возвещении Им Своей воли человеку» (Александр Мень). В данном контексте Священное Писание является записью, фиксацией божественного откровения. Откровение, в терминах богословия, говорит о тайне Бога, непознаваемой человеком, и представляет собой божественную манифестацию (проявление). Особенностью авраамических религий является отсутствие человеческих жертвоприношений и отрицание самоубийств, «Выбери жизнь» [ источник не указан 958 дней ] . Это связано с тем, что Бог авраамических религий — потусторонний, не находится в сфере Бытия (можно сказать, что он находится в сфере не-Бытия) [4] . Божественное присутствие в «посюстороннем мире» («Слово» как эманация Божественного в таргумах) — в сфере Бытия — осуществляется посредством энергий Бога [5] . [ неавторитетный источник? ]

Идея союза с Богом, как результата свободного выбора, легла в основу теизма, дав импульс оформлению монотеистических (авраамических) вероучений. Теистические (авраамические) религии восприняли также идею отношений с Богом, выстраиваемых как личный диалог [6] . Для последователей этих трёх религий Авраам, поверивший в единого Бога, является образцом верующего. В рамках каждой из религий верующие рассматривают себя, как наследующих заключённый праотцом Авраамом завет. Евреи и основатели ислама — арабы возводят свое происхождение к сыновьям Авраама, апостол Павел называет Авраама «отцом всех верующих» (Рим. 4:11) [2] .

Сходства и различия

Первичный письменный источник авраамических религий — Тора (Пятикнижие Моисея). В целом признаётся, хотя по-разному истолковывается, Ветхий Завет христианской традиции, который практически полностью (каноническая его часть) соответствует еврейскому Танаху.

Откровение

Авраамические религии также называются «религиями откровения», то есть они основаны на том, что Бог раскрывает себя людям, сообщая свою волю и предписывая людям опредёленное поведение.

В отношении к Откровению видны и различия между иудаизмом, христианством и исламом. Для иудаизма уникальное место занимает Синайское откровение, в котором была выражена воля Творца, не подлежащая отмене или изменению. Христианство говорит о Новом Завете, дополняющем услышанное еврейским народом на горе Синай. В Новом Завете зафиксированы слова Иисуса Христа: «Не думайте, что Я пришёл нарушить закон, или пророков: не нарушить пришёл Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё» (Мф. 5:17-18). Ислам воспринимает пророчество Мухаммада, «последнего из пророков», как самое главное, завершающее все остальные пророчества.

Иисус Христос

Различия выражаются и в восприятии личности Иисуса Христа и Евангелия. Вопрос его историчности и божественности имеет разные толкования в христианстве, иудаизме и исламе.

Иудаизм не признаёт Иисуса Христа (Иешуа) как Мессию (Машиаха), тем более не признаёт его божественность, хотя некоторые направления иудаизма могут признавать его пророком, а многие деятели иудаизма разных направлений — героем. Соответственно, Евангелие также не почитается как священная книга. Почитающие Евангелие священной книгой, а Иисуса Христа — Мессией мессианские иудеи — христиане.

В христианстве, развивающем представления таргумов о Слове как присутствии Бога-Отца в сфере бытия, Иисус Христос почитается Воплощённым Богом-Словом, Сыном Бога, Мессией (Христом), Искупителем грехов, Спасителем человечества, первым Богочеловеком и вовеки веков единственным Богочеловеком по природе. Иисус Христос — глава новозаветной христианской Церкви. Православные считают, что Церковь могут образовывать только верующие в Пресвятую Троицу. Евангелие почитается как Слово Божие.

Ислам признаёт святость и мессианское наследие Иисуса Христа (по-арабски: «Иса»), почитая его одним из великих пророков, а также соглашается с некоторыми пунктами Писания Нового Завета, включая тезис о непорочном зачатии Иисуса Марией (по-арабски: Марьям), но отрицает, согласно Корану, «возможность предания Единому Богу сотоварищей», из чего постулируется, что Иисус не может быть Богом или равным ему. По представлениям мусульман, Иисусу была ниспослана священная книга Евангелие (по-арабски: «Инджиль»), смысл которой, по мнению мусульман, был утрачен до начала пророчества Мухаммеда. Пророк Иса, согласно верованию мусульман, не был распят на Голгофе, а его образ добровольно принял на себя один из юношей, пойдя на мученическую смерть. Ису же забрал к себе Бог, с тем чтобы в конце времён явить на Землю для спасения человечества от даджаля (антихриста). Но мнение некоторых деятелей персидского ислама, проповедовавших в странах, где до XIII—XIV веков большинство населения было христианским, о том, что Иисус будет Судией на Страшном Суде, и поэтому все праведные мусульмане на Страшном суде станут христианами, которое Григорий Палама считал представлением ислама в целом, подавляющим большинством исламских теологов понимается как превращение христиан и иудеев в мусульман.

Миф о «двоеверии»

Иногда считается, что процесс крещения занял не один год, а длился с 988 по 990 год: сначала князь принял веру сам, потом дожидался священников для массового обращения в христианство.

Известия о крещении язычников порождают очередные мифы: благочестивый монах-летописец уверял, что киевляне с радостью приняли новую веру. Но не менее распространенным остается почерпнутое В.Н. Татищевым из позднейших преданий представление о том, что крестили Русь (особенно новгородскую) «огнем и мечом».

Наиболее устойчивым стал миф о том, что крещение было поверхностным, не затронувшим языческой сути народной веры, и специфика русской культуры определяется «двоеверием» — сочетанием исконных представлений с навязанными ценностями христианской цивилизации.

Действительно, «первобытный» культ предков был силен в народных верованиях. Но они определяли материальную сторону жизни, например благополучие в хозяйстве и урожай.

Заботу о душе брала на себя церковь, и погребальный обряд кардинально изменился на Руси сразу после крещения — языческое сожжение на костре сменили христианские похороны.

Самого Владимира более всего впечатлило изображение Страшного суда, продемонстрированное греческим миссионером, — князю хотелось попасть с праведниками в рай, а не в ад.

Фигура Владимира Ясное Солнышко, прославленная северными былинами, остается основой и новой российской идентичности — недаром его памятники установлены возле Московского Кремля и рядом с крупнейшей в России Смоленской крепостью.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector