0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Николаев А

Николаев А. И. Десять лекций о религии

§1. Религия и наука

Лекция 1. Лекция 2. Лекция 3. Лекция 4. Лекция 5. Лекция 6. Лекция 7. Лекция 8. Лекция 9. Лекция 10.

§1. Религия и наука

Духовная жизнь современного общества – явление очень сложное и многогранное. Она включает в себя и мировоззрение, и социальные эмоции, и достижения науки, и искусство, и моральные ориентиры, и систему права, и политику в ее социально-духовном измерении (то есть политические ориентиры, понимание роли политических институтов, представление о границах дозволенного в политике, стереотипы политических лидеров) и т. д.

В этой сложной системе религия играла и играет огромную роль, порой определяя ее контуры. Известный богослов Александр Мень* имел полное право утверждать: «В духовной жизни человечества трудно найти фактор, который на протяжении веков играл бы большую роль, чем религия». Однако признание важной роли религии – это просто декларация, далекая от научного решения проблемы. Задача религиоведения – осмыслить, как из мифолого-религиозного сознания выделялись самостоятельные области культуры и в каких отношениях они находятся с современной религией.

Один из наиболее важных аспектов этой проблемы – отношение религии и науки. Суть проблемы заключается в решении нескольких принципиальных вопросов: а) В чем специфика религиозной и научной картины действительности? б) Каковы должны быть отношения религии к науке и науки к религии? в) Как интерпретировать известный в религиоведении треугольник «магия – религия – наука» и в каких отношениях находятся между собой эти понятия?

Исторически процесс вычленения науки был очень длительным и сложным. В эпоху господства религиозных представлений научному представлению о мире отводилась довольно скромная роль, так как все «темные места» природы легко объяснялись ссылкой на Бога. Знаменитый раннехристианский ученый Тертуллиан не случайно сформулировал афоризм, ставший широко известным: «Верую, ибо абсурдно». Справедливости ради надо сказать, что сам Тертуллиан таких слов не писал, это, скорее, выводы из его пространного рассуждения, но смысл именно таков. Вера признавалась более надежным источником понимания мира, чем доводы разума.

Иное объяснение признавалось еретическим и преследовалось. Отношения религии к магии было двояким: часть магических действий, совместимых с данной религией, признавались священными, другие объявлялись колдовством, дьявольскими кознями и жестоко карались. Ясных границ между магическим действием и научным экспериментом не проводилось. Причем, не только теоретиками религии или инквизиторами, но и самими учеными. Так, великий химик и врач Средневековья Парацельс много занимался алхимией, магическими заклинаниями – словом, тем, что сегодня мы назвали бы колдовством. Даже про Исаака Ньютона современные историки науки пишут, что нельзя однозначно ответить на вопрос, был ли он последним великим магом или первым великим ученым в современном смысле слова.

Ситуация резко изменилась в эпоху Просвещения, когда доверие к разуму и разумной картине мира возросло настолько, что Богу и мистике в этой картине уже не находилось места. Лучше всего этот пафос выражают известные слова Лапласа о Боге: «Я не нуждаюсь в этой гипотезе». В науке сложилась так называемая «картезианская» (от латинского имени Декарта – Картезий) картина действительности, когда рациональное признавалось научным, а иррациональное – мистическим пережитком. У самого Декарта, правда, Богу находится достойное место в картине бытия, но в последующие годы Бог и вовсе исчезает из рациональной картины мира.

Выстраивается схема, довольно долго доминировавшая в научных представлениях: миф (как первобытное единство всех форм сознания) – магия (как первый мистический опыт освоения мира) – религия (как сложная форма миропонимания, включающая и миф, и переосмысленную магию, и зачатки научных знаний) – наука (как единственно адекватная форма познания мира).

С некоторыми поправками эту схему предложил уже упоминавшийся нами О. Конт, затем подобные размышления, при всех оговорках, мы найдем почти у всех ведущих социологов, мифологов и историков религии XIX – начала XX веков (Э. Дюркгейм, М. Вебер, Э. Тайлор, Дж . Фрэзер и др.).

Конфронтация между религиозным и научным сознанием продолжалась, но инициатива теперь была на стороне науки. Религия казалась отживающей и исторически обреченной формой.

Однако не все оказалось так просто. Во-первых, развитие этнографической науки поставило под сомнение понимание магии как «плохой науки». Первым, насколько мне известно, против этого тезиса со всей определенностью выступил известный английский антрополог польского происхождения Бронислав Малиновский. Тщательно изучив быт и обряды африканских племен, он пришел к выводу, что магия и наука не исторически сменяемые формы развития процесса познания, а параллельно развивающиеся разные способы постижения мира. Наука изучает мир сам по себе, магия устанавливает человеческие связи с миром – в том числе и там, где наука этих связей не видит или не может на них влиять. Поэтому магия, как пишет Малиновский, «не растворена в универсуме бытия, не присуща чему бы то ни было вне человека. Магия – это специфическая и уникальная власть, которая принадлежит только человеку и обнаруживает себя только в магическом искусстве, изливается человеческим голосом и передается волшебной силой обряда». Именно поэтому, считает ученый, магия неистребима и развивается параллельно с наукой.

Близких взглядов на отношения магии и науки придерживался выдающийся французский антрополог Клод Леви-Строс. Он и вовсе не связывал магию с религией, считая ее формой познания мира, приемлемую и в высокоразвитых обществах.

Несколько с другой стороны, но в целом с близким пафосом решал проблему один из крупнейших психологов XX века Карл Густав Юнг. Для него мистические компоненты психологии столь же важны, как и рациональные.

Из современных исследователей этой проблемы наиболее радикален американский философ науки Пол Фейерабенд, который и вовсе настаивает на полном равноправии научного и магического (включая мистику) способов познания мира. Задача современного ученого, как полагает Фейерабенд, не отбрасывать мистику во имя сомнительно «правильной» науки, а «сравнить идеи с другими идеями, а не с опытом, и пытаться улучшить те концепции, которые потерпели поражение в соревновании, а не отбрасывать их. Действуя таким образом, он (ученый – А. Н.) сохраняет концепции человека и космоса, содержащиеся в Книге Бытия или Поимандре [1] и будет их использовать для оценки успеха теории эволюции и других новейших концепций».

Таким образом, крупнейшие мировые ученые поставили под сомнение линейную схему своих предшественников.

Но самое главное состоит в том, что сама наука пришла к выводам, не укладывающимся в рациональную картину мира. Скажем, физик с мировым именем Вернер Гейзенберг признает: «Время возникло вместе с миром, оно принадлежит миру, и поэтому, когда не существовало Вселенной, не было никакого времени». Парадоксальным образом это утверждение напоминает, например, рассуждения о времени Блаженного Августина, казавшиеся рациональному сознанию мистикой.

Августин, как известно, считал, что время возникает вместе с творением мира, и реальностью обладает лишь настоящее время: «Теперь ясно становится для меня, что ни будущего, ни прошедшего не существует, и было бы точнее выражаться так: настоящее прошедшего, настоящее будущего». Под этими словами подписались бы многие крупнейшие философы и физики ХХ века.

Кроме того, оказалось, что наука, фундаментально расширив представления человека о мире, мало что сказала человеку о нем самом, о смысле его жизни, о его целях, о его предназначении. Такая постановка вопроса всегда требует выхода за пределы «строгой научности». Но человек не может жить, не понимая, кто он и зачем он. Религия предлагает человеку ориентиры – научно не доказываемые, но придающие смысл и теплоту его жизни.

Важно понимать и еще один момент. Изменилось не только представление науки о мистике и религии, но и представление религии о науке. Решением естественнонаучных вопросов религиозная теория сегодня практически не занимается. Более того, гонения церкви на науку в прошлые века сегодня официально осуждены (во всяком случае, в христианской церкви) как глубоко ошибочные. Религиозная теория учитывает научные достижения, не вмешиваясь в процесс науки до тех пор, пока этот процесс не затрагивает принципиальных сторон этики. Например, все религиозные деятели осуждают возможность клонирования человека, хотя с точки зрения чистой науки это возможно. Но это противоречило бы принципиальной религиозно-этической установке на уникальность каждого человека.

Словом, отношения науки и религии в сегодняшнем мире допускают гораздо больше компромиссов, чем в прошлые века. Религия создает символическую картину мира со своими смыслами и ценностями, не претендуя на ее «научность». Однако это не означает ее порочности или бессмысленности, подобно тому как нарушение рациональной картины мира в поэзии не означает, что это плохая поэзия.

Тут логично перейти к следующему вопросу: а чем же символизм религии отличается от символизма искусства? И как соотносятся друг с другом религия и искусство?

[1] Имеется в виду «Поймандр» (древнегреч. «пастырь») – свод мистико-религиозных древних текстов. Сохранились трактаты на древнегреческом языке, однако в текстах чувствуется влияние египетской культуры. Точных сведений о времени создания и авторстве текстов нет. Более того, часто высказывается сомнение, что это вообще единый текст. Возможно, некоторые части являются более поздними вкраплениями. В любом случае картина мира в трактатах представлена в духе мистического символизма. Вот, например, описание происхождения мира: «И вижу я бесконечное зрелище, и все полное света, тихого и ясного. И возрадовался я от этого видения. И немного спустя возникла тьма, которая опускалась сверху, поочередно там и здесь, страшная и ужасающая, распространяясь неровно, что я сравнил бы со змеей. Затем эта тьма изменилась в некую влажную природу, которая была в невыразимом смятении и испускала дым как бы от огня, издавая какой-то несказанный звук, похожий на рыдание. Потом появился из нее нечленораздельный крик, – можно сказать: звучание огня».

Наука и религия

В этом выпуске новая статья от Марата Ибатуллина.

Меня часто упрекают в радикальности взглядов, сравнивая мои идеи с религией, видимо, пытаясь оскорбить. Давайте сравним два подхода к познанию мира: научный и религиозный, действительно ли они сильно разнятся, может быть у них много общего. Я не принадлежу ни к одной религии, да и к научному сообществу себя не причисляю, поэтому мои суждения будут непредвзяты.

Немного истории

Еще не так давно, в средние века, наука и религия вполне мирно сосуществовали, более того, как раз религия и двигала науку. Жрецы и монахи, священники и улемы составляли научное сообщество того времени, если к ним добавить горстку богатых и образованных энтузиастов, непременно верующих, то картина будет полной. Коперник, к примеру, сделал свои открытия, когда выполнял поручение католической церкви по уточнению дат религиозных праздников.

Читать еще:  Посол Шри-Ланки надеется принять участие в закладке храма Кришны в Москве

А вот что писал Иоганн Кеплер:

“Посмотрите, как теперь, благодаря моим усилиям, астрономия славит Бога”.

Но прошло время, и наука вышла из родительского лона, первым делом поспешив откреститься от своего родителя. И теперь причисление к религии в научном мире считается оскорблением. Так чем же различаются эти две концепции миросозерцания? Вот что мне обычно говорят в дискуссиях.

Наука основывается на прочном фундаменте знаний и опыта, в то время как религия — это набор догм

Конечно же, в науке нет места догмам. Там есть только аксиомы, постулаты, запреты и принципы. Развитие науки не всегда напоминает широкую и ровную дорогу, иногда она упирается в непреодолимую стену, и тогда приходится делать подкоп или ставить лестницу. Такой участок обычно называют постулатом или запретом имени кого-либо. Конечно же, эти утверждения проверяются экспериментально или же выводятся на основании наблюдений, однако никаких научных обоснований или объяснений обычно не содержат. С виду те же догмы, но под другим названием. А вот представители религий утверждают, что их догмы — это знания, переданные каким-либо авторитетом, и пользоваться готовыми знаниями удобнее, чем добывать их. К примеру, и австралийские аборигены, и североамериканские индейцы, которых мы считаем менее развитыми, знают, что отравлять окружающую среду опасно, а нашим экологам для понимания этой истины потребовались многие годы исследований, после которых они забили тревогу.

Научные теории представляют собой строгие математические конструкции, в то время как религия основана на вере

Да, ученые привыкли все просчитывать, и, порой, из чистой математики рождаются красивые теории, которые могут иметь предсказательную силу. Именно такова теория относительности Эйнштейна. Поль Дирак сказал после открытия позитрона: ”Мое уравнение оказалось умнее меня”. Но иногда точный математический механизм дает сбой, и формулы никак не хотят сходиться. Тогда этот пробел оставляют “на потом”, и называют “нерешенной проблемой”. К ним относится, например, проблема калибровочной иерархии, где несовпадение между наблюдаемыми и предсказанными величинами составляет (внимание!) шестнадцать порядков. На эту огромную дыру наложили заплату и назвали ее, ничуть не стесняясь, “точной подстройкой”. Другой пример — теория струн, элегантная и стройная система, но имеющая один большой недостаток — за все время существования она не сделала ни одного прогноза. Возникнув в начале 70-х годов, теория блуждала по бесконечным лабиринтам математических абстракций почти полвека, так и не отыскав выхода. Моисей водил евреев по пустыне 40 лет, и все-таки привел в землю обетованную, несмотря на роптания народа. Что же заставляет людей на протяжении десятилетий жонглировать трехэтажными формулами, не теряя энтузиазма, если не фанатичная вера в свои идеалы? Попробуйте аргументированно доказать верующему, что Бога не существует. Исход предсказуем. Попробуйте убедить ученого в несостоятельности его взглядов. Тот же результат. Одни верят в ангелов, другие в темную энергию или в существование кварков и струн.

Все научные знания подтверждены экспериментами

Тут уж не поспоришь, огромная армия экспериментаторов, возглавляемая генштабом теоретиков, осваивает многомиллиардные бюджеты, проверяя постоянно генерируемые идеи. Рассмотрим самое долгожданное и нашумевшее открытие 21 века — бозон Хиггса. Это было, пожалуй, единственное значимое открытие, сделанное на Большом Адронном Коллайдере, огромном ускорителе стоимостью 10 млрд. долларов. Саму частицу обнаружить невозможно по определению, значит ученые определили ее по косвенным признакам? Не совсем так. Согласно отчету ЦЕРН, отслежены треки частиц, на которые распалась некая частица, имеющая признаки той самой “частицы Бога”. То есть, обнаружены косвенные признаки косвенных признаков существования похожей частицы. Этого ученым оказалось достаточно для подтверждения теории возникновения массы, при этом сам механизм Хиггса является довольно спорным. Вот по таким критериям оцениваются результаты экспериментов.

Теперь давайте посмотрим на другие исследования. Реймонд Моуди изучал переживания людей во время клинической смерти и показал, что мы состоим не только из физического тела. Исследователи мозга уверены, что сознание находится не в мозге. Задокументировано несколько случаев, когда люди вспоминали свои прошлые жизни. Эти исследования вполне повторяемы и соответствуют критерию фальсифицируемости Поппера, а значит их можно считать научными. Игнорирование этих фактов официальной наукой компрометирует саму науку, показывая ее некомпетентность или нежелание признавать свои ошибки.

Значимой частью эксперимента является оценка его результатов, ведь здесь возможны различные интерпретации. Возьмем для примера классический двухщелевой эксперимент Томаса Юнга, усовершенствованный Клаусом Йенсоном, в котором электрон меняет свое “поведение” в зависимости от факта наблюдения. Природа прямым языком, без намеков, говорит нам, что сознание влияет на реальность. Однако принятие этого факта означает признание подтверждения религиозных концепций, а это большой грех для ученого. Вместо этого придуманы изощренные объяснения, интерпретации квантовой физики. В зависимости от исповедования определенной интерпретации ученые делятся на различные конфессии.

Заключение

Непримиримость религии с инакомыслием оттолкнуло от нее огромное количество мыслящих людей. Но костры инквизиции не погасли. И сейчас найдется Святой Орден по борьбе с лженаукой, готовый уничтожить любые альтернативные идеи, отклоняющиеся от официальной науки. Полезно ли это для развития? А может в этом и кроется причина кризиса физики? Я верю, что в ближайшем будущем наука пересмотрит свои взгляды и сделает настоящий прорыв в понимании фундаментальных понятий, а религия будет ей в этом помощником, а не оппонентом. А вы?

Другие статьи от автора:

email для связи с автором: imarat71@yandex.ru

Если вам понравилась статья, то поставьте лайк и подпишитесь на канал Научпоп. Наука для всех . Оставайтесь с нами, друзья! Впереди ждёт много интересного!

Положительные

Главный редактор В. Ф. Проваторов отмечал, что в журнале «публиковались ведущие советские специалисты по религии — историки, социологи, философы. В их числе можно упомянуть Шахнович, Крывелёва, Клибанова, Митрохина», а через «рассказ о религиозных традициях, через научный анализ доктрин разных религий читатель узнавал об истории Русской Православной Церкви, о мире ислама или буддизма». [6] По словам Проваторова даже «были такие эпизоды», когда, авторы статей, съездившие по заданию редакции в командировку, вместо разоблачений писали и печатали статьи в защиту «священника, которого несправедливо обидело церковное начальство». А ещё он замечает, что «Когда журнал публиковал критические материалы о религии, то в них всё равно был очень большой задел позитивного знания о религии. Более того, ко мне приходили письма от читателей, в которых они признавались, что после прочтения нашего журнала они становились верующими. Скажу вам, что часто статьи нашего журнала были единственным источником знания о религии» [6] .

Критические

О. Т. Брушлинская отмечает, что за публикацию журналом повести В. Ф. Тендрякова «Апостольская командировка», где главным героем выступает «учёный, не отвергающий религию», а общий смысл произведения заключался «в том, что нельзя никому навязывать ни веру, ни неверие» критиковал И. А. Крывелёв в своей статье в газете «Известия». [7]

Есть в России ньюэйджевские печатные органы — например, некогда атеистический журнал „Наука и религия“. [14]

НАУКА И РЕЛИГИЯ

Роман Павлов запись закреплена

Александр Генцелев запись закреплена

«Религиозные верования и понятия, что идут вразрез с наукой, суть суеверия и заблуждения, ибо противоположность знанию есть незнание, а незнание порождает ложные верования. Истинная религия пребывает в согласии с наукой. То, что противно рассудку, противно и вере, и порождает лишь сомнения и колебания». (Абдул-Баха)

Эксклюзивное интервью с президентом НИЦ «Курчатовский институт» Михаилом Ковальчуком. Полная версия

Александр Генцелев запись закреплена

ТЕМА для ОБСУЖДЕНИЯ

«Цивилизация, столь часто превозносимая учеными мужами от науки и искусства, если перейдёт границы умеренности, навлечет на людей великое зло.Так предостерегает вас Всезнающий. Доведённая до крайности цивилизация может стать неиссякаемым источником зла также, как, пребывая границах умеренности, она служит источником добра.» (Бахаулла)

Александр Генцелев запись закреплена
Александр Генцелев запись закреплена

ТЕМА для ОБСУЖДЕНИЯ

«В тот день, когда религия, отбросив суеверия, косные и нелепые догмы, явит свое согласие с наукой, в мир придет великая, объединяющая и очищающая сила; с войнами, распрями, враждой будет покончено навсегда, и человечество обретет единство силой Божественной любви». (Абдул-Баха)

Александр Генцелев запись закреплена
Александр Генцелев запись закреплена

«Единый Бог истинный, да возвысится Слава Его, ничего не желает для Себя. Нет Ему пользы в верности человеков, как и нет вреда в их отступничестве.» (Бахаулла)

«Да не воспримите вы наши слова «Всякая сотворенная вещь есть Божье знаменье» как утверждение о том, Боже упаси, что всякий человек, добрый или злой, верующий или безбожный, одинаков пред взором Бога. Не означает сие и то, что Божественное Существо — да возвеличится имя Его — можно хоть в чем-то уподоблять людям или каким-то образом соотносить с Его творениями.» (Бахаулла)

Александр Генцелев запись закреплена

ТЕМА для ОБСУЖДЕНИЯ

5. В ЧЕМ, ПО МНЕНИЮ БАХАИ, КЛЮЧ К РЕШЕНИЮ МИРОВЫХ ПРОБЛЕМ

Каков должен быть первый шаг на пути решения этих проблем?
Показать полностью…

Всемирный Дом Справедливости подчеркивает:
«Когда в прошлом веке Бахаулла обратился к миру со Своим Посланием, Он со всей ясностью показал, что первый шаг к достижению спокойствия и прогресса человечества — это объединение. Бахаулла говорит: «Благосостояние человечества, мир и безопасность достижимы только тогда, когда прочно утвердится единство его». (5)

Понимает ли это большинство людей или у них другие цели?

Всемирный Дом Справедливости отмечает:
«Нетрудно убедиться, однако, что и по сей день большинство людей придерживается иных взглядов: в преодолении разобщенности они видят самую отдаленную, почти недостижимую цель, и в первую очередь сосредоточивают свои усилия на лечении прочих недугов человечества. А между тем, все прочие недуги суть лишь симптомы и следствия основной болезни — разобщенности». (5)

Какова роль Веры в объединении человечества?

Всемирный Дом Справедливости подчеркивает:
«Как учит Бахаулла, возвращение человечества к жизни и исцеление всех его недугов возможно лишь через посредство Его Веры. » «Высшим лекарством и могущественным средством для исцеления всего мира Господь избрал союз всех народов в одном всеобщем Деле, в единой Вере. Достичь сего можно лишь с помощью искусного, всемогущего и вдохновенного Целителя. Воистину, такова правда, а все прочее не более чем заблуждение». (5)

В чем суть деятельности бахаи?

Всемирный Дом Справедливости указывает:
«. для бахаи наилучший способ служить высшим интересам своей страны и делу истинного спасения мира — не заниматься политикой и не вступать в политические партии, а всецело посвятить себя построению Божественного Миропорядка Бахауллы». (6)

Как пишет Хранитель:
«. верующие должны направлять все свои силы на поддержку Дела и построение Административной системы Бахаи. В настоящее время у нас нет иного способа изменить мир и помочь ему. Если мы будем участвовать в спорах правительств, наше дело обречено на провал. Но если мы создадим свою модель будущего общества, то сможем предложить ее миру, когда все остальные средства будут уже исчерпаны». [Directives of the Guardian ╧ 153]

Читать еще:  9% жителей США убеждены, что у Бога есть руки, ноги, голова и прочие части тела

«. Мы должны создавать нашу собственную систему устройства общества, не затрагивая существующие несовершенные системы. Наше вмешательство не только не изменит их, но наоборот, погубит наше Дело». (5) [Directives of the Guardian ╧ 151]

подробнее: https://bahai-library.com/russian/cmp/politics.htm
____________________________________________________________________________
Это не конспирология. Это факты, причем из открытых источников. Никто ничего и не скрывает. Просто в информационном шуме важные новости проскакивают незамеченными. Но если их выделить и собрать воедино, получится устрашающая картина нашего ближайшего будущего.
https://youtu.be/TqOrUT61qmI

Александр Генцелев запись закреплена
Александр Генцелев запись закреплена

ТЕМА для ОБСУЖДЕНИЯ

«Религия и наука — два крыла, на которых взмывает в высоту человеческий разум и развивается человеческая душа. На одном крыле лететь нельзя! Если человек попытается полететь, опираясь лишь на крыло религии, он быстро угодит в трясину суеверий; если же он полетит лишь на крыле науки, то также не продвинется, а упадет в беспросветное болото материализма…

Бог сделал науку и религию, если можно так выразиться, мерилом нашего понимания. Опасайтесь пренебречь столь чудесной силой. Взвешивайте все на этих весах.» (Абдул-Баха)

НАУКА И РЕЛИГИЯ запись закреплена
Ветвистое древо

Пара слов о математике и богословии : Часть первая

Представляем вашему вниманию статью преподавателя математики, выпускника мехмата МГУ Артемия Торопкина. Работа содержит в себе рассуждения о природе математических объектов и утверждений, а также рассматривается вопрос о применимости теорий математической логике к доказательству тех или иных философских утверждений.
Показать полностью… В частности, рассматривается философская интерпретация знаменитой теории о неполноте Геделя, которая часто фигурирует в спорах между верующими и атеистами как одно из доказательств существования Бога.

Как-то раз я увидел диалог священника Ткачёва с математиком Савватеевым, в котором были высказаны многие идеи, с которыми я не могу согласиться. Оба они известны своими ультраконсервативными убеждениями, радикально-патриотическим отношением ко многим вещам, и эпатажными высказываниями (такими как, например, отрицание теории эволюции, или знаменитая цитата Ткачёва «муж должен ломать жену об колено»). У Савватеева есть много прекрасных образовательных проектов, в том числе канал на ютубе, и при том что наши с ним взгляды во многом противоположны, его подход к преподаванию математики мне даже нравится. Нравится в первую очередь тем, что в нём нет горделивой заносчивости, с которой мне, к сожалению, частенько приходилось иметь дело в среде «олимпиадников». Нет в нём этих фразочек свысока в ответ на любой вопрос: «ну это же совсем просто!» (даже если после этого обсуждению вопроса отводится половина семинара).

Помимо образовательной деятельности, Савватеев — профессиональный математик с двумя степенями, и, насколько я могу судить, значимыми работами. Несмотря на очевидную разницу в нашей компетенции, в этом диалоге он коснулся темы, в которой я что-то смыслю — и тем печальнее мне слышать озвученные им высказывания. Я думаю, что должен прокомментировать это, потому что вижу тут возможность сформулировать, наконец, некоторые собственные взгляды на математику в целом.

НАУКА И РЕЛИГИЯ запись закреплена
Ветвистое древо

Дорогие и любимые читатели! Начинаем публиковать цикл материалов, посвященный проблеме сознания.

Многим представляется, что биологи и физики уже изучили все явления в человеческом организме. Сколько написано книг, где до мельчайших деталей описываются те или иные процессы в человеческом организме. Тем не менее, что касается сознания — сейчас в науке нет даже близкого понимания как оно устроено.
Показать полностью… Существует множество разных гипотез о том, какие механизмы за ним стоят. Многие из них сводят сознание к сумме вычислимых явлений, действующих в мозге. Да, явления эти сложные, но принципиально они вычислимы.

Таким образом, сознание по их представлением — полностью детерминированный механизм, и человек по своей природе мало чем отличается от камня — описав математически все процессы во внешней среде и внутри организма человека мы легко, по их мысли, можем вычислить состояние человека в любой момент времени. Эта идея принадлежит еще Лапласу, она была множество раз переосмыслена, но принципиальный момент детерминированности сознания здесь остается.

Мы хотим познакомить вас с другой гипотезой, автор которой — английский математик, физик и философ науки из Оксфорда сэр Роджер Пенроуз. Известный многим по научно-популярной книге «Новый ум короля» Пенроуз рассказывает о своей совместной со Стюартом Хамероффом идее, объясняющей сознание через квантовую физику. Сэр Роджер в подробностях описывает общие принципы работы этой теории, которая базируется на ключевой роли симметричных микротрубочек в работе сознания. Рассматривая ключевой для наблюдения за сознанием процесс анестезии и роль микротрубочек в известных нам процессах деления клеток, Пенроуз и Хамерофф приходят к выводу, что эти объекты могут быть своего рода «носителями» сознания, ключем к разгадке его тайны.

Если говорить упрощенно, процессы в квантовой механики бывают и вычислимыми, но здесь они проявляются в своей «сложной», неоднозначной, не поддающейся вычислению форме, в такой, где «ломается», не работает уравнение Шредингера (отсылаем наших читателей к знаменитому «коту Шредингера» и просим прощения у физиков за упрощение). Важный момент этой теории — сознание в ней рассматривается как принципиально непознаваемый, не сводящийся к сумме взаимодействия нейронов, процесс, что дает возможность говорить о свободе воли человека и об уникальности каждой человеческой личности, не сводимости ее к сумме примитивных вычислимых процессов. Именно поэтому мы считаем важным рассказать вам об этой теории и ее роли в дискуссии о природе сознания.

Пророк в айфоне

Распространение интернета радикально меняет ту ситуацию, в которой религии конкурировали прежде. С одной стороны, человек больше не привязан к месту богослужения, — он может смотреть и читать проповеди в интернете где бы ни находился.

Вы, к примеру, знали, что в России больше трёх тысяч последователей бахаи? Это возникшая в середине XIX века на Ближнем Востоке религии, последователи которой выступают за отказ от любых форм дискриминации, прекращение всех религиозных и политических конфликтов и создание единой мировой цивилизации. Спустя полтора века после возникновения движения количество последователей бахаи оценивается в 7 млн человек.

С другой стороны, интернет — это общее поле для всех религий, а значит число участников борьбы за паству невероятно выросло.

В большинстве стран сейчас доступны учения сотен маленьких и больших религий, а значит конкретной новой религии сложно набрать критическую массу сторонников. Как отмечает Жан-Франсуа Майе, новое религиозное движение, какие бы благие намерения оно ни преследовало, может рассчитывать лишь на интерес небольшого количества людей.

Это парадокс современного мира: у религиозных групп одновременно есть беспрецедентные возможности распространять веру, но вместе с тем есть и беспрецедентная конкуренция на религиозном поле.

Читайте также :

По словам Майе, религии находятся в ситуации рынка: каждая предлагает потребителю свой продукт, и приходится заботиться о том, чтобы этот продукт выделялся на фоне других. Как раннее христианство выделялось на фоне языческих верований благодаря большому акценту на посмертное существование, продавая «действенный рецепт» спасения от мук ада.

Возможно ли возникновение новой религии, способной конкурировать с большими участниками этого рынка? Майе допускает, что да. Но это должен быть какой-то очень специфический и удачный сценарий.

Например, если очередной пророк появится в Китае (тут много паствы, которую можно потенциально склонить к тому или иному движению) и достоверно для людей XXI века соединит элементы христианства со стремлением к внутренней гармонии. Впрочем, и в этом случае ему придётся убедить государство в своей безобидности, а ещё найти хорошую PR-службу и маркетологов.

В самом начале XXI века культ стал приобретать всё большую и большую популярность, его приверженцы начали действовать открыто, была образована первая Церковь Святой Смерти.

Это привлекло к культу внимание государства и католической церкви. Но несмотря на то, что часть мест поклонения культистов была разрушена военными, Церковь Святой Смерти стала находить всё новых и новых сторонников. Сейчас их число составляет 10-12 миллионов и продолжает стремительно расти.

Санта Муэрте поклоняются жители бедных кварталов, уличные торговцы, таксисты, члены преступного сообщества, представители ЛГБТ. Это религия привлекает и объединяет тех, кто чувствует себя изгоем в капиталистическом обществе, ищет защиту и безопасность.

Сейчас культ вышел за пределы Мексики и распространился в ряде регионов США. Людей, разочаровавшихся в своих лидерах и прежних религиозных институциях немало, так что можно ожидать появления культа и в других странах. Эта вера обладает необходимой универсальностью, она везде будет актуальна — ведь, как подчёркивают поклонники Санта Муэрте, перед Святой Смертью все равны.

Маршрут отважных первооткрывателей: Антарктида на мировой туристической карте

Людмила СИМОНОВА

«Путешествовать очень полезно; это заставляет воображение трудиться. Всё остальное – лишь разочарование и усталость». Так начинается один из культовых текстов XX века, роман «Путешествие на край ночи» французского писателя Луи-Фердинанда Селина. Нельзя не заметить, что в новейшую эпоху древняя тяга человека к странствиям стала одной из важнейших черт земной цивилизации (и даже вышла за пределы планеты!)…

Журнал был создан в 1959 году по личному распоряжению Н. С. Хрущёва , хотевшего «показать по телевизору последнего попа», как «ежемесячный научно-популярный атеистический иллюстрированный журнал» под эгидой Всесоюзного общества «Знание». В постановлении ЦК КПСС отмечалось, что издание предназначено для «публикации популярных статей, лекций и консультаций по естественнонаучной пропаганде, разоблачению и критике религиозной идеологии, по теории и истории научного атеизма, вопросам обобщения методики и практики научно-атеистической пропаганды, рецензирование и информация о выходящей научно-атеистической литературе» (Из постановления ЦК КПСС от 5 мая 1959 «О журнале „Наука и религия“») [3] [9] . Первый номер вышел в сентябре того же года [1] [3] [6] [10] .

Первоначально издание занимало активно обличительные позиции, так как предполагалось, что оно будет оказывать помощь читателям, занимающимся распространением научно-материалистического мировоззрения, борьбой за господство коммунистических духовных ценностей, пропагандой атеистического воспитания [2] [11] . Основными рубриками были «Духовный мир человека», «Практика: опыт, проблемы», «Университет лектора», «Религия, церковь, верующий», «История и современность», «Горизонты науки» и др. [10]

В 1974 году тираж составлял 390 тысяч экземпляров [2] . О. Т. Брушлинская отмечает, что «для Высшей аттестационной комиссии то, что было опубликовано в нашем журнале, считалось научной публикацией. Поэтому почти все претенденты на кандидатские, докторские степени с диссертациями, связанными с религией и атеизмом, публиковались у нас» [7] . В состав редакционной коллегии входили С. И. Никишов (доктор философских наук, профессор и заведующий кафедрой научного коммунизма для естественных факультетов МГУ) и М. П. Новиков (заведующий кафедрой истории и теории атеизма и религии философского факультета МГУ), а также «членом редколлегии был директор Института научного атеизма при ЦК КПСС, крупный религиовед Виктор Иванович Гараджа» [7] .

Со второй половины 1980-х годов во времена гласности идеологический контроль ослаб и публикации стали более нейтральными и содержательными, а оформление обложки журнала более ярким, что сказалось на высокой популярности издания, достигшего тиража почти 1 млн экземпляров [6] .

Читать еще:  Накануне Рождества Алексий II обратился к православным

По словам Проваторова «В 1985 году наш журнал одним из первых выступил инициатором разработки закона о свободе совести. Мы подняли эту проблему ещё до того, как Горбачев заявил о необходимости создания религиозного законодательства в стране» [6] . О. Т. Брушлинская отмечает, что «С начала общественно-политических изменений в стране активно участвовал в выработке новой концепции государственно-церковных отношений, в налаживании диалога верующих и атеистов» [12] . В 1987 году, как отмечал Дмитрий Поспеловский, «из злобно-антирелигиозного он превратился в орган верующих и неверующих. Правда, под верующими подразумевались и поклонники оккультизма, астрологии, магии. Можно предположить, что такое широкое толкование предмета веры также подрывало традиционную веру: христианство подменялось учениями с весьма размытым и абстрактным представлением о божестве. Так что такие издания, как „Наука и религия“ в ее перестроечном и послеперестроечном виде, несут свою долю ответственности за массовое распространение неоязычества в современной России» [13] .

В 1990-е годы журнал перешёл в частную собственность и с тех пор издаётся компанией ООО «НИР ЛТД». Но вместе с коренными переменами в редакционной политике журнал столкнулся с денежными трудностями, поскольку редакции «хотелось бы, чтобы в журнале было больше цветных иллюстраций, чтобы бумага была получше», а журнал до сих пор существует только за счёт денег подписчиков и не продаётся в розницу, так и оттоком числа читателей, поскольку у общественности пропал интерес даже «к таким известным журналам, как „Иностранная литература“ или „Новый мир“» [6] [7] .

В 1992 году, по словам В. Ф. Проваторова, «подъём журнала оборвал финансово-экономический кризис», а из-за своих атеистических убеждений «многие из наших коллег по перу отошли от журнала» [6] [7] .

О. Т. Брушлинская отмечает, что «Сегодня в новых условиях, журнал старается развивать межконфессиональный диалог. Отвечая на духовные запросы общества, журнал обращается и к „вечным“ темам: смысл жизни и смерти, тайны бытия, загадки космоса и т. п. Большое место в журнале занимают материалы о традиционных в России религиях — православии, исламе и др.» [14]

В настоящее время в журнале существуют следующие рубрики: «Заглянуть в новое тысячелетие», «Из истории Отечества», «Православная иконография», «Великие святыни», «Понять ислам», «Тайноведение», «Священная география», «Загадки Вселенной» [8] .

Эволюция – религия, а не наука

Идея эволюции от молекулы к человеку не соответствует критериям научной теории. Не существует ни одного эволюционного перехода (переходных форм), который когда-либо наблюдали люди, ни в истории человечества, ни в летописи окаменелостей; универсальный закон энтропии делает невозможным это в каком-либо существенном масштабе.

Эволюционисты заявляют, что эволюция — это научный факт, но они почти всегда проигрывают научные дебаты с учеными-креационистами. Не удивительно, что сейчас большинство эволюционистов отказываются от научных дебатов, предпочитая этому односторонние атаки на креационистов.

«Ученые должны избегать формальных дебатов, так как они приносят больше вреда, чем пользы, но ученые все-таки должны противостоять креационизму»

Тут возникает вопрос, почему им нужно противостоять креационизму? Почему они так непреклонно посвящены антикреационизму?

Дело в том, что эволюционисты верят в эволюцию из-за того, что они хотят верить. Они хотят любой ценой объяснить происхождение всего без Творца. Таким образом, эволюционизм — это в сущности атеистическая религия. Некоторые предпочитают называть ее гуманизмом, а эволюционисты движения «Новый Век» излагают ее в контексте пантеизма, но все это по сути одно. Целью атеизма или гуманизма (или даже пантеизма) является исключить Бога из всякой активной роли в зарождении мира и всех его составных, включая человека.

Центром гуманистической философии является натурализм – предположение, что естественный мир развивается соответственно его собственной внутренней динамике, без божественного или сверхъестественного контроля или руководства, и что человек является творением этого процесса. Поучительно вспомнить, что философы ранних гуманистических движений вели дебаты о том, какой термин более адекватно описывает их позицию: гуманизм или натурализм. Две неразделимые и дополняющие друг друга концепции.

Так как натурализм и гуманизм исключают Бога из науки и из любых других активных функций в сотворении или поддержании жизни и мира в целом, очевидно, что их позиция является ни чем иным, как атеизмом. А атеизм — это религия не в меньшей степени, чем теизм! Даже атеист-эволюционист Ричард Докинс признает, что доказать атеизм невозможно:

«Конечно, мы не можем доказать, что Бога нет».

Следовательно, они должны этому верить, что делает это религией. Атеистическая сущность теории эволюции не только допускается, но на ней настаивают большинство лидеров эволюционной мысли. Например Эрнст Майер сказал:

«Дарвинизм отрицает сверхъестественный феномен и сверхъестественную причинно-следственную связь».

Профессор кафедры биологии штата Канзас однажды заявил:

Рекламное видео:

«Даже если все данные будут указывать на разумного Творца, такая гипотеза исключается из науки, так как она не натуралистична»

Сегодня в мире науки хорошо известно, что такие влиятельные эволюционисты как Стивен Джей Гоулд и Эдвард Вилсон из Гарварда, Ричард Докинз из Англии, Вильям Провайн из Корнеллского университета и многие другие, являются догматичными атеистами. Выдающийся ученый-философ и пылкий дарвинист Майкл Руз признал, что теория эволюции это их религия!

«Теорию эволюции больше продвигается практикующими ее деятелями, чем чистой наукой. Они объявляют теорию эволюции идеологией, мирской религией, со смыслом и моралью, которая развилась как альтернатива Христианству… Теория эволюции — это религия. Так было изначально и так остается по сей день».

«Мировоззрение» — еще один способ выразить понятие «религия». Эволюционное мировоззрение применяется не только к эволюции жизни, но даже ко всей вселенной. В области космической эволюции эволюционисты еще более отошли от экспериментальной науки чем ученые, изучающие жизнь. Они изобретают множество эволюционных космологий из эзотерической математики или метафизических предположений. Социалист Джереми Рифкин прокомментировал эту замечательную игру.

«Космологии сделаны из маленьких осколков физической реальности, которая была переделана обществом в обширный космический обман.»

Следовательно, они должны верить в теорию эволюции, несмотря на свидетельства, а не благодаря им. Говоря об измышлениях, обратите внимание на такое интересное заявление:

«Мы встаем на сторону науки, не взирая на откровенную нелепость ее построений, не взирая на толерантность общества ученых к необоснованному посвящению материализму.… мы вынуждены нашей априорной верностью материалистическим причинам создавать аппараты исследования и набор концепций, которые дают материалистическое объяснение, не важно, насколько оно алогично, не важно насколько оно мистифицировано и непонятно. Более того, материализм является абсолютом, так как мы не можем допустить Божественное на порог».

Автором этого откровенного заявления является Ричард Левонтин из Гарварда. Так как эволюция это не лабораторная наука, то нельзя испытать ее обоснованности; таким образом, всякого рода истории «так уж вышло» были придуманы для украшения учебников. Но это не делает их правдивыми! Один эволюционист (более критичный), изучая книгу другого эволюциониста, сказал:

«Мы не можем определить предков «недостающих звеньев» и мы не можем изобрести теории доступные для проверки, чтобы объяснить, каким образом проходили отдельные эпизоды эволюции. Автор убежден в том, что все популярные истории о том, как первые земноводные одолели сушу, как птицы развили крылья и способность летать, как вымерли динозавры, и как люди эволюционировали из обезьян, — всего лишь продукт нашего воображения, движимый предрассудками и предубеждениями».

Поразительно честное признание физика показывает неистовую преданность и посвященность образованных ученых натурализму. Говоря о студентах, которые естественно доверяли своим высокообразованным профессорам, он сказал:

«И я использую это доверие для эффективного промывания мозгов этих студентов.… наши методы обучения в основном являются пропагандой. Мы без демонстрации обращаемся к свидетельствам, которые поддерживают нашу позицию. Мы представляем им только те аргументы и свидетельства, которые поддерживают принятые теории и опускаем все другие доказательства».

Студенты-креационисты, которые проходили курсы у профессоров-эволюционистов, могут засвидетельствовать пугающую реальность этого заявления. В самом деле, теория эволюции является псевдонаучной основой религии атеизма, как отметил Руз. Вильям Провайн из Корнеллского Университета — еще один ученый, который открыто это признал:

«Креационисты утверждают, что вера в современную теорию эволюции делает из людей атеистов. Человек может иметь религиозные взгляды, которые совместимы с теорией эволюции только в том случае, если его религиозные взгляды неотличимы от атеизма».

Еще раз отметим тот факт, что теория эволюции это не наука, несмотря на разглагольствования эволюционистов. Это философское мировоззрение и ничего более. Еще один выдающийся комментарий эволюциониста:

«Они чувствуют, что теория эволюции должна объяснять все.… Теория, которая объясняет все, должна быть отброшена, так как у нее нет объяснительной ценности. Конечно, теория эволюции может предполагать все, что угодно, потому что очень немногое можно проверить. Экспериментальных свидетельств очень мало».

Даже это заявление является чересчур щедрым. На самом деле экспериментальных свидетельств, которые бы продемонстрировали реальность эволюции (макроэволюции), не «минимум». Их не существует!

Концепция теории эволюции как форма религии не нова. В моей книге «Долгая война против Бога» я рассмотрел тот факт, что некоторые формы эволюции были псевдорациональными основами каждой анти-креацианистской религии с самого начала истории. Сюда входят все древние языческие религии, как и такие современные мировые религии как Буддизм, Индуизм и другие; к ним можно отнести так же и «либеральные» движения даже в креационистских религиях (Христианство, Иудаизм, Ислам).

Ведущим эволюционистом 20-го века всеми признается сэр Хаксли, главный создатель современного нео-Дарвинизма. Он назвал теорию эволюции «религией без откровений» и написал книгу с этим названием (2-е издание, 1957). В более поздней книге он сказал:

«Теория эволюции… это самая могущественная и всеобъемлющая идея, которая когда-либо появлялась на земле».

Далее в своей книге он страстно доказывал, что мы должны изменить «нашу модель религиозной мысли от Богоцентричной к эволюциоцентричной модели». Далее он продолжал говорить, что «Гипотеза Бога… ложится умственным и моральным бременем на нашу мысль». Поэтому он заключил, что «мы должны создать что-то, что заняло бы место гипотезы Бога».

Этим «что-то», конечно, и есть религия эволюционного гуманизма, и именно это сегодня делают лидеры гуманизма.

В заключение этого резюме дела науки против теории эволюции (а следовательно в пользу креационизма), читателю еще раз напоминается, что все цитаты в этой статье взяты у эволюционистов. Здесь не были включены ни ссылки на Библию, ни утверждения креационистов. Эволюционисты фактически сами показали, что теория эволюции это не наука, а религиозная вера в атеизм.

Свобода совести

Свобода совести — это право человека самостоятельно выбирать, какую религию ему исповедовать, или отказаться от какой-либо веры и стать атеистом. Свобода совести гарантирована во всех демократических, светских государствах, где церковь отделена от государственной власти.


( Источник )

Так же гарантирована свобода совести в Конституции РФ (Российской Федерации). Согласно главному закону российского государства запрещено любое принуждение к выражению убеждений или отказу от них.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector