0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Исламский терроризм

Исламский терроризм

Незавершённая статья
Эта статья ещё не доделана. Она требует значительного расширения и/или может иметь крупные недостатки в оформлении и содержании (пустые заголовки, неструктурированный текст, маргинальные мнения и так далее). Вы можете помочь в доработке статьи. Добавьте сюда больше информации.
Больше красок!
В этой статье не хватает изображений, графиков, рисунков или видеофайлов.

Исламский терроризм [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] (реже используется термин исламистский терроризм [8] [9] ) — форма терроризма, осуществляемая под исламскими лозунгами. Одна из основных угроз России. Современный исламский терроризм приобрел статус глобальной угрозы с подачи США, которые использовали его в 1980-е годы для борьбы против России в Афганистане. Декларируемой целью исламских террористов является создание справедливого государства, управляемого по законам шариата. Исламские лозунги зачастую смыкаются с антирусскими (например, в Чечне). Самые страшные теракты в России были совершены под исламскими лозунгами.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИСЛАМ, ТЕРРОРИЗМ И БЕЗОПАСНОСТЬ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ

  • Аннотация
  • Об авторе
  • Список литературы
  • Cited By

Аннотация

В рамках теорий международных отношений мирополитической роли религии не уделяется должного внимания. Однако, с учётом последних преобразований политического ислама и его воздействия на глобальную безопасность на национальном и международном уровнях религия стала играть более важную роль. Поэтому встаёт вопрос о необходимости теоретического изучения проблем безопасности и насилия с учётом религиозного-идеологического компонента. Удобную теоретическую платформу в этом контексте представляет конструктивистская теория.

В исламских обществах до XIX в. традиционный ислам присутствовал в качестве веры и социальной модели, но не имел формы отдельной политической культуры. Однако с ростом противоречий с Западом, проблем, вызванных отсталостью общества и колонизацией, существованием в исламских странах диктаторских режимов, ислам стал трансформироваться, приобретать политическое измерение.

В результате прогресса средств коммуникации и долгого процесса самоидентификации народов в некоторых странах сформировалась исламская политическая культура. На её основе возникла новая радикальная идентичность, которая критикует, а в некоторых случаях даже отрицает существующие нормы и принципы традиционного ислама. Иными словами, избирательно обращаясь к Корану и Сунне, радикальные исламисты стремятся к созданию своего «идеального» международного общества. В этой связи возникает связь между политическим исламом, терроризмом и глобализацией проблем безопасности Ближневосточного региона.

Неосалафиты превратили традиционную идею локального джихада в идею всемирного джихада, то есть стремятся обеспечить безопасность своего международного сообщества путём конфликта с другими политическими культурами и системами. Это стало настоящим вызовом для порядка и безопасности на Ближнем Востоке и на международной арене в целом.

Ключевые слова

Об авторе

Хасан Джаббари Насир научный сотрудник

1666914711, Иран, г. Тегеран, ул. Пасдаран, ул. Момен нежад, Д. 124

Список литературы

1. Добаев И. Истоки терроризма на Ближнем и Среднем Востоке и факторы, определяющие его современную активизацию // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки СКАГС. 2016. №2. С. 156-164.

2. Долгов Б . Политический ислам в современном мусульманском мире // Портал «Перспективы», 04.10.2007. URL: http://www.perspektivy.info/book/politicheskij_islam_v_sovremennom_musulmanskom_mire_2007-10-04.htm(дата обращения: 22.09.2017).

3. Лебедева М.М.Система политической организации мира: Идеальный шторм» // Вестник МГИМО-Университета. 2016. № 2 (47). С.125-133.

4. Малашенко А. В. Исламская альтернатива и исламский проект. Московский Центр Карнеги, 2006. 221 с.

5. Чепелева А.В. Этические аспекты джихада // Альманах «Дискурсы этики». 2014. 1(6). С. 20-32.

6. Аль-Ашмави М.С. Политический ислам и трансформация государства. Абу-Даби, Альмаджм Аль-Сигафи, 1991. 350 с. (на арабском). العشماوی، محمد سعید، الاسلام السیاسی و تحول الدوله، ابوظبی: المجمع الثقافی، 1991.

7. Асайиш Талаб Туси М.К. 11 сентября и радикальный джихад // Внешняя политика. 2005. № 4. С. 1091-1095. (на фарси) آسایش طلب طوسی، محمد کاظم. 11 سپتامبر و رادیکالیسم الجهاد، سیاست خارجی، شماره 4، 1384، صص 1095-1091.

8. Бади Б. Два государства: власть и общество на Западе и в мусульманских странах. Тегеран: Баз, 2004. 282 c. بدیع، برتران. دو دولت، ترجمه احمد نقیب زاده، تهران: باز، 1383.

9. Бабби С. Европоцентристский страх перед фундаментализмом и формирование политического ислама / пер. с фарси Джамшидиха Г. Анбари. М.: Тегеранский университет, 2000. 222 с. بابی، سعید. هراس بنیادین؛ اروپا مداری و ظهور اسلام گرایی، تهران: انتشارات دانشگاه تهران، 1379.

10. Джамали Дж. Теоретическая модель экстремизма // Афак. 2011. № 12. С. 145- 170. جمالی، جواد. مدل تئوریک تحلیل افراط گرایی، تهران: فصلنامه آفاق، شماره 12، 1390، صص 145-170

11. Джмшидирадрад М.С., Махмудпанахи С.М. Понятие политического ислама в Исламской революции Ирана // Журнал исламской революции. 2012. № 5. С. 127-149. جمشیدی راد، محمد صادق ؛ محمود پناهی، سید محمد رضا، مفهوم اسلام سیاسی در انقلاب اسلامی ایران، فصلنامه انقلاب اسلامی، شماره 5، 1391، صص 127-149.

12. Кутб С. Вехи на пути. Каир: Дар-Альшуруг, 1979 .187 c. قطب، سید محمد. معالم الطریق، القاهره: دارالشروق، 1979.

13. Кутб С. Будущее мусульман. Тегеран: Фонд «Исламская культура», 2007. 126 c. قطب، سید محمد. آینده در قلمرو اسلام، ترجمه سید علی خامنه ایی، تهران: دفتر نشر فرهنگ اسلامی، 1386.

14. Маудуди А. Аль-халифа и исламское правительство. Кувейт: Дар Аль-галам, 1978. 244 c. مودودی، ابوالعلی. الخلافة و الملک، تعريب احد ادريس، کويت، دارالقلم، 1978.

15. Реншон С.И. Политическая психология войны в Персидском заливе. Издательство МИД Ирана. 1999. 400 c. رنشون، استانلی ای، روان شناسی سیاسی .جنگ خلیج فارس، ترجمه جلیل روشندل، تهران: وزارت خارجه، 1376.

16. Ас-Сеийд Р. Современный политический ислам и конкурирующие идентичности. Тегеран: Издательство «Баз», 2007. 152 с. السید، رضوان. اسلام سياسي معاصر در کشاکش هويت و تجدد، ترجمه مجید مرادی، انتشارات باز، 1386.

17. Хоссейнизаде М.А. Политический ислам в Иране. Кум: издательство Мофид университета, 2007. 576 с. حسین زاده، محمد علی، اسلام سیاسی در ایران، قم: انتشارات دانشگاه مفید، 1386.

18. Adler E., Barnett M. Security Communities. Cambridge: Cup, 1998. 228 p.

19. Borum R. Psychology of Terrorism, University of South Florida. URL:http://scholarcommons.usf.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1570&context=mhlp_facpub (дата обращения: 22.12.2016).

20. The Iranian revolution: its global impact / Ed. by Esposito J.L. Miami: Florida International University Press, 1990. 346 p.

21. Hasenclever A., Rittber W. War, Security, and Religion. Does Religion Make a Difference? Religion in International Relations: The Return from Exile / Ed. by P.H. Poulos and F. Pettito. New York: Palgrave Mac Millian. 2003. Pp. 107-145.

22. Hadra A. What are the legal foundations of the Islamic State? 26.07.2016. URL:https://www.brookings.edu/blog/markaz/2016/07/26/what-are-the-legal-foundations-of-the-islamic-state/ (дата обращения: 22.12.2016).

23. Hatzopoulos P, Petito F. The Return From Exile // Religion in International Relations. New York: Palgrave Mac Millian, 2003. Pp. 4-8.

24. Knudsen A. Political Islam in the Middle East // Chr. Michelsen Institute. 2003. No. 3. Pp. 1-31.

25. Knowlth T. Zawaheri-not Binladan is the Top target. URL: http://www.sulivan.country.com/z/sfit.htm (дата обращения: 22.12.2016).

26. Kubálková V. Toward the International Politics Theology // Religion in International Relations: The Return from Exile / Ed. by P.H. Poulos and F. Pettito. New York: Palgrave Mac Millian. 2003. Pp. 79-105.

27. Lebedeva M.M. The Terrorist threat to the world political system // Connections: The Quarterly Journal. 2006. Vol. 5. Iss. 3. Pр. 115-124.

28. Mabee B. The Globalization of Security — State Power, Security Provision and Legitimacy. New York: Palgrave Macmillan, 2009. 205 p.

Читать еще:  Для мусульман настал Праздник разговения

29. Maha A. Political Islam: Violence and the Wahhabi Connection, in the making of Terrorist // Risti Reuitment, Training and Rout Causes. Vol. 1. / Ed. by James J.F. London: Praeger Security International, 2006. Pp. 231-236.

30. Mitchel R. The Society of Muslim Brother. Oxford: Oxford University Press, 1969. 392 p.

31. Mitzen J, Ontological Security in World Politics: State Identity and the Security Dilemma // European Journal of International Relations. 2006. Vol. 12. No. 3. Pp. 341-353.

32. Rhodes D. Salafist-Takfiri Jihadism: The Ideology of the Caucasus Emirate // International Institute for Counter-Terrorism (ICT), March 2014. URL: https://www.ict.org.il/UserFiles/ICTWPS%2027%20-%20Salafist-Takfiri%20Jihadism.pdf (дата обращения: 14.01.2017).

33. Scott A. The Moral Logic and Growth of Suicide Terrorism // The Washington Quarterly. 2006. № 29(2). Pp. 127–147.

34. Shepard, W. Islam and ideology: Towards a typology // International Journal of Middle East Studies. 1987. № 19. Pp. 307-335.

35. Tibi B. Political Islam, World Politics and Europe. Routledge: London and New York, 2008. 328 p.

36. Vandervalle D. Islam in Algeria: Religion, culture, and opposition in a rentier state // Political Islam: Revolution, Radicalism, or Reform? Ed. by J. L.Esposito. Boulder, Colombia: Lynne Rienner, 1997. 281 p.

37. Wendt A. Social Theory of International Politics. Cambridge University Press, 1999. 429 p.

38. Zeidan Z. The Islamic Fundamentalism View of Life as a Perenial Battle. Middle East Review of International Affairs. 2001. № 4. Pp. 28-29.

Для цитирования:

Джаббари Насир Х. ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИСЛАМ, ТЕРРОРИЗМ И БЕЗОПАСНОСТЬ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ. Вестник МГИМО-Университета. 2017;(5(56)):183-198. https://doi.org/10.24833/2071-8160-2017-5-56-183-198

For citation:

Jabbari Nasir H. POLITICAL ISLAM, TERRORISM AND SECURITY IN THE MIDDLE EAST. MGIMO Review of International Relations. 2017;(5(56)):183-198. (In Russ.) https://doi.org/10.24833/2071-8160-2017-5-56-183-198


Контент доступен под лицензией Creative Commons Attribution 4.0 License.

  • Отправить статью
  • Правила для авторов
  • Редакционная коллегия
  • Редакционный совет
  • Рецензирование
  • Этика публикаций

Архивный сайт журнала Вестник МГИМО-Университета расположен по адресу vestnikold.mgimo.ru

Х. Джаббари Насир
Национальный институт социальных и культурных исследований
Иран

Хасан Джаббари Насир научный сотрудник

1666914711, Иран, г. Тегеран, ул. Пасдаран, ул. Момен нежад, Д. 124

119454, г. Москва, проспект Вернадского, 76
МГИМО-Университет
Телефон: +7 (495) 234-84-41
E-mail: vestnik@mgimo.ru

Использование куки-файлов

Для оптимальной работы сайта журнала и оптимизации его дизайна мы используем куки-файлы, а также сервис для сбора и статистического анализа данных о посещении Вами страниц сайта. Продолжая использовать сайт, Вы соглашаетесь на использование куки-файлов и указанного сервиса.

Страны, где уже правят радикальные исламисты

В государствах, где основная масса людей является мусульманами, есть и другие течения. Например, консерваторы в Саудовской Аравии, приверженцы умеренной модернизации в Египте. Но радикальные течения в исламе здесь выступают в роли более динамичной (не только политической, но и социальной) силы. Они определяют отношение ко всему происходящему — как в этой стране, так и в мире. Эти течения управляют сейчас в трех странах: Судане, Иране и Афганистане.

«Вджихаде» и другие социальные сети

— В этой винтовке у меня девять пуль, и у меня есть подарок для Джорджа Буша. Я собираюсь убить девять человек, — произносит закадровый голос на фоне разрушенного Багдада.

Видеоролик длится несколько минут. За это время говорящий выполняет обещание и убивает девять американских солдат. Вскоре его прозовут «багдадским снайпером» или «Джубой». Это первый радикальный видеоблогер. С 2005 по 2008 годы он успел записать четыре ролика, завести официальный сайт, стать героем комиксов, документального фильма «Багдадский снайпер» и символом иракского сопротивления. О его личности почти ничего не известно, никаких доказательств, что все убийства совершил именно он, нет.

В 2008 году известный богослов Саид Бурятский — уроженец Улан-Удэ Александр Тихомиров — получил видеописьмо от арабского полевого командира Муханнада с предложением присоединиться к борьбе на Северном Кавказе. Он тайно отправился в Чечню и присягнул Доку Умарову, после чего сообщил своим поклонникам: «После провозглашения Имарата Кавказ отпали все сомнения. У нас один амир и одно государство. И прямая обязанность каждого мусульманина сегодня выйти на Джихад и помогать Джихаду словом и имуществом».

За два года Саид Бурятский успел поучаствовать в покушении на главу Ингушетии Евкурова, во взрыве «Невского экспресса», записать несколько видеообращений, аудиолекций и статей о джихаде и ситуации на Северном Кавказе. 2 марта 2010 года Тихомиров без головы и еще четыре боевика были найдены на окраине дагестанского села Экажево. Но даже после смерти он остался достаточно популярной фигурой среди радикальных мусульман, а часть его записей до сих пор доступна на YouTube.

Изначально видеоролики распространялись через форумы. Крупнейшему форуму «Аль-Каиды» Shumukh al-Islam в этом году исполняется десять лет. Он работает, хотя его создателя Набила Амдуни в 2016 году посадили на восемь лет.

Сейчас основной канал пропаганды — закрытые паблики в соцсетях. Террористы начали активно работать в соцсетях примерно в конце 2013 года. Некоторое время ИГ вел в твиттере аккаунт @ISILCats. Туда регулярно выкладывали фото кошек с оружием под хештегом #mewjahid (мяуджахед). Так пиарщики ИГ хотели улучшить имидж террористической группировки.

Но радикальный твиттер закрыли, и исламисты полюбили «Вконтакте». Самыми популярными сообществами стали группы ShamToday и Islamic State News — сейчас они закрыты. В группах собирали деньги «нуждающимся братьям» и сообщали последние новости о деятельности ИГ, велась агитация новых рекрутов. Кроме видео с отрезанными головами, там публиковали анекдоты, рассуждения популярных богословов и традиционные исламские песни — нашиды.

Один из самых известных нашидов на русском языке — «Скоро, очень скоро». В тексте обещается, что все неверные будут убиты, их жен возьмут в наложницы, а из их детей сделают рабов. Также обещают решить территориальные проблемы: «И Кавказ вернем мы», «Будет нашим Крым», «Урал вернется», «В Татарстане править шариат хотим».

Сейчас в российских соцсетях еще действуют закрытые группы и индивидуальные аккаунты членов и сторонников организации, но внутренним документом от 14 мая этого года руководство ИГ запретило пользоваться ими — вместо этого в ИГ решили создать собственную социальную сеть.

Ислам, терроризм, пытки. Что происходит с названным главой террористической организации в казанском СИЗО

Адвокат обвиняемого в руководстве над российским крылом запрещенной террористической организации «Хизб ут-Тахрир» Эдуарда Низамова Рифат Яхин рассказал «Idel.Реалии», как и за что пытали его подзащитного в казанском СИЗО-1. По словам адвоката, мужчину избивали, ломали волю и шантажировали особо опасными камерами. 41-летнего многодетного отца задержали 10 октября. Спустя два дня Вахитовский райсуд Казани арестовал его до 21 ноября. Эдуарда Низамова обвинили по ч. 1 ст. 205.5 УК РФ (организация деятельности организации, которая в соответствии с законодательством РФ признана террористической). Эта статья предусматривает наивысшее наказание — пожизненное лишение свободы.

«Хизб ут-Тахрир» признана в России террористической организацией в 2003 году. По мнению правозащитников это решение безосновательно, так как участники движения ни разу не были замечены в подготовке или совершении терактов.​

ЗАДЕРЖАНИЕ С РЕБЕНОКОМ

— Моего подзащитного задержали в районе двух часов дня его с трехлетней дочерью (всего у Низамова шесть детей, пятеро из них несовершеннолетние — прим.ред.). Сначала девочка была с ним в машине, вспарилась в теплой одежде. Потом ее вывели на улицу всю мокрую, из-за чего ее продуло. Далее ее с Низамовым привезли в отделение полиции «Ямашевский» и продержали там около пяти часов. Официально задержание моего подзащитного оформили около 19:00. То есть, спустя пять часов после фактического задержания.

Другие фигуранты дела Эдуарда Низамова

Помимо Эдуарда Низамова 11 октября были задержаны 41-летний Ильдар Ахметзянов и 48-летний Раис Гимадеев, которых следствие считает лидерами региональной ячейки «Хизб ут-Тахрир» в Татарстане.

Несколько часов ребенка не выпускали в туалет, Низамова не пускали ее сопроводить. Приглашали других сотрудников, которые пытались ее вывести, но она не соглашалась. Еле-еле ее сводили в туалет.

Читать еще:  Папа Римский обвинил СМИ в расширение зла

Сотрудники полиции обязаны были передать ребенка матери, но они этого не сделали. Бедный ребенок наблюдал, как ее отца держат в наручниках, нагнетают, скручивают. Она понимала, что происходит что-то ненормальное. В итоге трехлетняя девочка перестала разговаривать. День она ничего не произносила и только вечером начала разъясняться понемногу.

Оперативники привезли ее к матери, когда сами ехали на обыск. Это было около восьми часов вечера. Они специально ее не отдавали, чтобы никто не узнал о задержании Эдуарда. Ребенок между тем получил серьезный стресс. К тому же несколько дней у нее держалась температура под сорок градусов. Я сам ее видел после этого всего. Ночью девочка толком не спит, просыпается от кошмаров. Сейчас ей предстоит медицинское обследование. До сих пор ребенок не может прийти в себя. Это на всю жизнь.

Мать осужденного по делу «Хизб ут-Тахрир» объявила голодовку

Самого Эдуарда из отдела увезли к следователю в ФСБ. Оттуда — в ИВС, где он пробыл до избрания меры пресечения.

ОБВИНЕНИЕ

— На данном этапе, пока не окончится следствие мы не увидим все материалы дела. Что у них там будет спустя месяцы, годы следствия? Насколько долго это вообще затянется? На этапе предъявления обвинения его разукрасили в СМИ с позиции следствия, что он чуть ли не лидер российского крыла запрещенной террористической организации.

Результаты обыска в квартире Эдуарда Низамова

Как сообщила пресс-служба Управления ФСБ России по РТ, в квартире Эдуарда Низамова и по месту жительства двух других обвиняемых в организации террористической структуры обнаружено и изъято «значительное количество запрещенных в России пропагандистских материалов «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», документации, содержащей указания эмиссаров и отчеты о проделанной работе, а также средств связи и электронных носителей информации, использовавшихся задержанными при ведении террористической деятельности».

Между тем предъявленное следствием обвинение в руководстве российской структуры террористической организации весьма натянуто и приукрашено. На мой взгляд, их основания никак не подтверждают его руководство российской ячейкой. Из того, чем обосновывается даже постановление о предъявлении обвинения, чем обосновывалось ходатайство об избрании меры пресечения, не следует, что он мог организовать работу целого крыла террористической организации по всей стране.

Мой подзащитный верующий человек, он ходил в мечеть. Из обвинения не следует, что он по всей России ездил и не просто участвовал, а организовывал, курировал организацию. На сегодняшний день этого не было. Я так полагаю, раз нет доказательств, этим и обусловлены сегодняшние пытки в Следственном изоляторе. Раз уж его на всю страну назвали высшим звеном террористической организации, надо это доказать. Самый простой, примитивный и, к сожалению, в большинстве случаев эффективный метод — выбивание признания.

ПЫТКИ В СИЗО

— Когда я был у него в СИЗО 15 октября, он мне сказал, что его посадили в так называемую «красную хату». Судя по его словам, там сразу у него начали что-то выпытывать, стращать, приводить в пример подобных людей и их участь в местах не столь отдаленных. Один из его сокамерников в вышей степени агрессивно настроен против ислама. Видимо, не случайно он там оказался. Эдуард сказал, что никогда не видел людей, ненавистных к религии до такой степени. По его словам, сокамерники по-своему «сворачивают кровь», провоцируют моего подзащитного. В первое время происходили какие-то стычки, но сейчас он уже не поддается. «Молчу и они в итоге молчат», — говорил он.

Хизб ут-Тахрир: как Россия борется с религиозными утопистами

На следующий день, 16 октября, он рассказал, что предшествовало его помещению в такую камеру. По словам Эдуарда, как только суд избрал меру пресечения и его привезли в СИЗО, на выходе из автозака его взяли под руки. Примерно десять человек стояли и ждали машину с ним. Это были сотрудники казанского СИЗО-1. Они отвели его в камеру и начали избивать: поставили «на растяжку», били по ногам, по туловищу, по голове. Он говорил, что на голове у него осталась шишка. Сам я заметил ссадину на руке, синяк на ноге. Эти люди ведь тоже бьют, не оставляя больших следов, но причиняя боль. К тому же они психологически нагнетают, давят, грубо говоря, прибегают к НЛП (нейролингвистическое программирование — прим.ред.) — устрашение и одновременное внушение.

Прошлая судимость Эдуарда Низамова

В 2005 году Эдуард Низамов был судим по ч.2 ст.282.2 (участие в деятельности экстремистской организации). Тогда он получил два года условно.

Во время этих пыток сотрудники СИЗО требовали Эдуарда подписать документ, где было напечатано: «Я мусульманин, я не признаю никаких воровских понятий». Мы точно не знаем, что сотрудники изолятора этим хотели сказать и какова конечная цель этих пыток. Вероятно, нужен был повод для заключения в специальную камеру. За отказ подписывать этот документ ему угрожали камерой, где его опустят. У него не было вариантов.

Я направил письма в ОНК в Москву и Уполномоченному по правам человека в Татарстане. Я сейчас жду реакции с их стороны. В ОНК уже сообщили что материал в работе.

ПОЗИЦИЯ ЗАЩИТЫ

— Эдуард Низамов не признает вину и не дает никак показаний, воспользовавшись правом отказа свидетельствовать против себя. Я знаю, что он глубоко верующий человек, мусульманин. Подтвердится или не подтвердится обвинение увидим по результатам ознакомления с материалами уголовного дела после окончания предварительного следствия.

Родственники 13 арестованных жителей Башкортостана заявляют о пытках

Сейчас очень много уголовных дел, где система работает на показатели. Там уже приветствуются любые методы для достижения этих показателей. Сегодня, если человек часто ходит в мечеть, на ифтары, его уже могут заподозрить в терроризме. Сам факт того, что человек появляется там часто, вызывает подозрения. На бумагу это ляжет красиво, а дальше дело техники.

Вполне возможно, что мой подзащитный попал под раздачу. Возможно, он оказался не в том месте, не в то время. К тому же руководитель всероссийской ячейки террористической организации, наверное, не будет спокойно гулять с ребенком по улице.

Реальный руководитель структуры террористической организации, действующий в масштабах такой огромной страны, вряд ли так молод так прост и так досягаем и доступен, как мой подзащитный. Реального такого, полагаю, найти сложно, почти невозможно и легче «назначить».

Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Говорим о том, о чем другие вынуждены молчать.

регина гималова

Журналист «Idel.Реалии». Пишет о событиях в Поволжье. Специализируется на социальных и судебных темах, освещает гражданские протесты. Одна из ведущих видеопроекта «Реальные люди 2.0».

Вариант второй

Россия может попытаться ввести в Армению «ограниченный военный контингент» вдобавок к тому, что уже размещен там на военной базе в Гюмри. Однако тут надо обратить внимание на два аспекта.

Во-первых, как уже приходилось отмечать, сделать это очень непросто. У РФ нет общей границы с Арменией, а окружающие ее государства — Грузия, Иран и Азербайджан — закрыли свои территории и воздушное пространство. Во-вторых, для России просто увеличить численный состав своего воинского контингента в Армении и отправить туда дополнительную военную технику — дело не только сложное, но и достаточно бессмысленное. Ведь там придется не только присутствовать, но и воевать, а это совсем другой коленкор…

Вероятно, в связи с этим в Витебской области Белоруссии на фоне ухудшения ситуации на карабахском фронте 12 октября оперативно начали учения сил ОДКБ «Нерушимое братство-2020». Хоть об этом прямо и не говорится (напротив, официально утверждается, что эти учения плановые), но похоже, что они проводятся в поддержку Армении и, соответственно, направлены против азербайджано-турецкой коалиции в Карабахе.

Однако характер задействованных в этих учениях силовых структур, (в основном полицейские силы и подразделения МЧС), количество участвующих в них военнослужащих (всего около 900 человек, причем от России только 140) и военной техники (120 единиц) несопоставимы даже с недавними учениями «Славянское братство», прошедшими в сентябре в той же Белоруссии и направленные на устрашение западных супостатов. В «Славянском братстве-2020» только от РФ приняли участие 900 военных и 500 единиц военной техники. Уже не говоря о том, что учения «Нерушимое братство-2020» не идут ни в какое сравнение с белорусско-российскими маневрами «Щит Союза-2019», в которых приняли участие 12 тысяч военных обеих стран и 950 единиц техники.

Читать еще:  Митрополит Лавр приедет в Москву ориентировочно во второй половине марта

Таким образом нынешнее «Нерушимое братство-2020» — это лишь символический жест в сторону Азербайджана, который он просто проигнорирует.

Если же речь сейчас идет о том, что вопреки официальным заявлениям Ирана, через его территорию все-таки продолжаются военные поставки в Армению (азербайджанские СМИ обвиняют в этом Россию и Францию), то это лишь поспособствует расширению боевых действий в Нагорном Карабахе и все более глубокому втягиванию в них России и Турции. Результат же противостояния этих держав там предсказать сегодня очень сложно. Возможно все, вплоть до ядерных ударов.

Готов ли на это Кремль, с учетом того, что Эрдогану найдется чем ответить? Тут нельзя забывать, что Турция — член НАТО, к тому же на ее территории расположено американское ядерное оружие (в частности, 50 авиабомб B61 на авиабазе Инджирлик).

Так что вариант номер два для России также не подходит. Если она прямо или косвенно будет все сильнее втягиваться в эту войну, то, во-первых, это потребует больших средств и сил, а результат отнюдь не гарантирован.

Теракт в армянском парламенте, 1999-й год

Трагедией завершилось обычное заседание Национального собрания Армении в Ереване 27 октября 1999 года. В парламенте как раз был день депутатских вопросов к правительству, во время которого в здании обычно присутствовали почти все члены Кабмина. Во время выступления министра финансов Армении Левона Бархударяна в зал ворвались пятеро вооруженных боевиков и почти сразу же открыли стрельбу.

Жертвами покушения стали премьер-министр Вазген Саркисян, спикер парламента Карен Демирчян, вице-спикеры Юрий Бахшян и Рубен Мироян, министр по оперативным вопросам Леонард Петросян, депутат Армен Арменакян и депутат Микаел Котанян – все они погибли. Еще один депутат, находившийся в тот момент в здании парламента, умер от сердечного приступа.

Боевики взяли в заложники депутатов и членов правительства и выстроили их живым щитом у каждой из дверей зала заседаний

Боевики взяли в заложники остававшихся в здании депутатов и членов правительства – всего около 50 человек, — выстроили живой щит из заложников у каждой из дверей зала заседаний и потребовали встречи с президентом Армении Робертом Кочаряном. По свидетельству депутатов-заложников, террористы были намерены добиваться формирования временного правительства.

Почти сутки силовики и власти Армении, а также сами захваченные политики, вели переговоры с боевиками. К утру обстановку удалось разрядить, захватчики отпустили заложников в обмен на гарантии личной безопасности. Все пятеро террористов были арестованы, включая их лидера Наири Унаняна – экс-представителя радикальной партии Армянская революционная федерация, политического активиста и участника акций в поддержку карабахского движения. Он, как и большинство боевиков, получил пожизненный срок.

Le Figaro: выдающийся фильм, призывающий французов любить Францию

«Фашосфера»

Хотя совет прозябает, риторика этого лидера бывших мусульман находит немалый отклик: более 40 000 подписчиков в Twitter и целый фан-клуб в Facebook. Влияние Валида так велико, что в 2015 году его дважды приглашали в Национальное собрание для обсуждения исламизма и свободы слова. Его поведение может быть намеренно провокационным. Мы встречаемся с ним за столиком парижского кафе, где он с напряженным лицом говорит, что «хиджаб — это рабство», и что в «Сен-Дени работают одни мусульмане» (Сен-Дени — злачный район Парижа, имеющий славу места для сомнительных развлечений, связанных с алкоголем и сексом, прим. ред.). «Его заносит, — вздыхает Бернар Шальша. — Он может связаться с ультраправыми, которые его просто используют. Он даже может повторять глупости вроде: Франция капитулировала перед исламистами».

Некоторые из его интервью были даны СМИ, на которых стоит печать «фашосферы». В частности, он делает следующее заявление на сайте группы «Светский отпор»: «Часть Европы превратится в кварталы, которые смогут потягаться с самыми отсталыми странами мусульманского мира». В 2015 году близкий к израильским ультраправым сайт «Europe Israël» опубликовал запись из его блога под названием «Почему я отрекся от ислама». Французский корреспондент сайта утверждает, что неоднократно встречался с ним, хотя сам палестинец все опровергает. В 2017 году Валид аль-Хусейни выпустил вторую книгу «Французское предательство: разоблачение коллаборационистов радикального ислама» и выбрал для ее публикации издательство Ring, в котором также печатался антииммиграционный публицист Лоран Обертон (Laurent Obertone). После выхода книги близкий к «Национальному объединению» бывший полицейский Себастьен Жалламион (Sébastien Jallamion) выложил в Twitter фотографию с ним после «встречи» и «беседы». Аль-Хусейни в свою очередь утверждает, что не знаком с ним. «Я не лезу в политику, — возражает он. — Мне не нравятся ультралевые, которые хотят заткнуть нам всем рот, и ультраправые, которые стремятся использовать нас. Мы, как бывшие мусульмане, должны заниматься сферой идей, а не политикой».

58 000 подписчиков

Как и он, Мажид Укаша, бритый наголо «отступник» с трехдневной щетиной, небрежно отметает в сторону обвинения в идеологических связях с ультраправыми. «Демонизация с помощью ярлыка „ультраправый» против меня не работает, — объясняет он. — Это всего лишь средство давления информационно-политической системы». За несколько лет он стал видной фигурой среди бывших мусульман во Франции, хотя и не входит в СБМФ (Союз бывших мусульман Франции). У его канала на YouTube более 58 000 подписчиков, а видео могут набирать больше 300 000 просмотров. Он специализируется на негативной расшифровке посланий Корана. Эту священную для мусульман книгу он открыто называет «рабовладельческим, воинственным и женоненавистническим» произведением.

Мажид Укаша — сын алжирских иммигрантов. Он ходил в мечеть с восьми лет и узнал там, что женщины — низшие существа по отношению к мужчинам и что его немусульманские друзья попадут в ад. По достижении совершеннолетия он ушел из ислама после нескольких месяцев углубленного изучения Корана. «Я был в ужасе от того, что узнал», — рассказывает он, приводя в пример суры о необходимости насилия над непокорными женщинами. Хотя он уверяет, что проводит черту между верой и насилием, а также не распространяет критику того, что ему не нравится, на всех мусульман, многие из которых являются «жертвами промывания мозгов с самого детства». Тем не менее, с точки зрения названия некоторых его видео вызывают сомнения: «Странные вопросы, которые задают себе только мусульмане», «Что озападненные мусульмане не говорят вам об исламе» или «10 вопросов, которые нужно задать мусульманину, чтобы увидеть его истинное лицо». В последнем ролике Мажид утверждает, что «большинство взрослых мусульман в западном мире — лицемеры». «Большинство из них лгут немусульманам, с которыми находятся рядом в повседневной жизни, а многие делают вид, что не являются экстремистами», — добавляет он. «Мой личный опыт подтверждает, что мусульмане чувствуют себя ближе к исламистам, чем к немусульманам», — настаивает он в интервью.

«Исламское движение Восточного Туркестана»

Партизанская уйгурская незаконная организация террористического характера. Сформирована в 1993 году на территории Китая в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (Восточный Туркестан). За время существования структура взяла на себя ответственность за более чем 200 актов насилия, что записало её в террористические ячейки во многих странах мира, в том числе в Казахстане. Главной целью «Исламского движения Восточного Туркестана» является создание исламского государства на независимой основе на подконтрольной территории, а также принудительное обращение всего населения КНР и соседних стран в ислам.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector