0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

4 причины храмобоязни, охлаждения к храмам

Трудно молиться, охладела к духовной жизни. Что делать?

Приблизительное время чтения: 5 мин.

Вопрос читателя:

Здравствуйте. Я не могу объяснить свое состояние души. У меня нет веры (постоянно в уме повторяю, что Бог есть, что Бог наш Отец, что он меня любит). Из-за этого я унываю. У меня нет покаяния. Но самое главное, у меня нет желания меняться, бороться со страстями. Знаю, что грешная, знаю, что попаду в ад, но ничего не хочу делать, как будто мертвая душа. Читаю Евангелие, иду на исповедь без покаянного чувства, причащаюсь, но легче не становится. И еще при этих постоянных мыслях у меня возникает прелесть (раз я вижу себя грешной, значит, я хорошая, значит, у меня есть смирение).
Вот такая запутанная ситуация. Не знаю, что делать. Молиться трудно себя заставить. Спасибо.

Отвечает протоиерей Андрей Ефанов:

Здравствуйте, уважаемая читательница! Вы очень правильно сделали, что не продолжили жить в таком непонятном состоянии, а обратились за помощью. Это первый и очень важный шаг. Теперь нужно делать и остальные шаги, не сразу, постепенно.

Помните и знайте твердо, что Бог любит каждого человека, и Вас тоже, и что до самой смерти никакое состояние человека не может быть признано окончательным. Если сейчас у Вас такие внутренние трудности, это вовсе не значит, что вся Ваша жизнь заранее предопределена, да и не только жизнь, но и участь в вечности. Нет, нет и нет! В любой момент человек имеет возможность измениться, пересмотреть свои взгляды и жизненные стратегии. Думаю, как раз этим Вам и пришло время заняться.

То, что с Вами происходит, в аскетике называется охлаждением веры. Ниже я приведу некоторые рецепты, которые в этом состоянии советовали применять святые отцы. Но мы с Вами будем иметь в виду, что, поскольку духовный путь каждого человека глубоко оригинален, нужно, зная эти рецепты, понять, как быть лично Вам.

Поскольку Вы человек церковный, попросите священника, которому Вы исповедуетесь, или самого старшего по возрасту и опыту батюшку из Вашего храма о беседе с Вами и поговорите лично. Без личного разговора здесь никак. Батюшка задаст Вам вопросы и, зная Ваш путь в духовной жизни, подскажет конкретнее, что нужно делать. Потому что, например, одно дело, если у Вас было горячее стремление к церковной жизни и дальше Вы шли спокойно, шаг за шагом под руководством священника, другое — если при том же сильном стремлении Вы брали на себя несоизмеримые с Вашими силами и опытом подвиги, например, молитвенное правило, еще один вариант – если Вы с самого начала ходили в храм достаточно формально, потому что «надо», и тут было больше внутренней мотивации, чем внешней. По каждому из названных пунктов можно найти еще несколько разновидностей пути, поэтому нужно прояснять, как Вы шли и в какой момент появилось состояние, о котором Вы пишете. Поэтому, пожалуйста, отнеситесь к себе бережно и как можно скорее поговорите со священником лично, наметьте план действий, хорошо? Должно произойти какое-то обновление Вашей духовной жизни и отношения с Богом нужно, под руководством священника пока, выстроить заново, потому что речь о живых отношениях с Господом, и ни о чем ином.

Почитайте, что писали об охлаждении веры митрополит Афанасий Лимасольский и преподобный Никодим Святогорец. Они описывают, в общем-то, Ваше состояние. В их текстах (можно прочесть в интернете) Вы можете почерпнуть некоторые рецепты и понимание того, что можно сделать.

В общем-то, вся совокупность действий сводится к тому, что писал святитель Игнатий Брянчанинов: «Искушения, изменения и охлаждения, по учению святых отцов, были со всеми подвижниками; удивляться им не надо, а надо стараться выходить из них покаянием и молитвой: молитва – огонь, и не может не согреться молящийся, а охлаждение – свидетельство об отсутствии или умалении огня, который удобно снова воспаляется от действия покаяния».

Поговорите со священником. Может быть, Вы уменьшите объем утреннего и вечернего правила, зато будете учиться просить Бога о чем-то своими словами, формулировать и излагать Ему просьбы так, как формулируется именно у Вас. Со временем Вы вернетесь к правилу и сможете увидеть, что в них сформулированы прошения обо всем, что нужно человеку, но в таком общем виде, чтобы они годились для выражения конкретных потребностей и благодарностей любого человека.

Что касается покаяния, то есть изменения образа мыслей, тоже стоит поговорить со священником. Возможно, Вам стоит почитать святых отцов, что-то об их жизни, об их отношении к себе и людям, что будет вдохновлять Вас жить с любовью и радостью. Когда читаешь такие тексты, истории в патериках, например, какие-то более современные воспоминания о святых подвижниках и угодниках Божиих, очень вдохновляешься жить так, чтобы внутри были не отчаяние, а мир и любовь. Читая, ты как бы переживаешь встречу со всеми этими людьми. И потом, кстати, начинаешь понимать, что вот это во мне не то, этого не хватает, этого бы хотелось, но пока не могу. Не нужно «выдавливать» из себя покаяние, посмотрите и поговорите со священником о том, что Вы можете почитать для духовного вдохновения. Или приходите в церковную лавку, посмотрите там книги и купите ту, которая Вам понравится с первых строк. Только берите именно книги святых и о святых.

В общем, я советую Вам подойти к Вашей проблеме творчески и с опорой на церковную традицию.

Грешные, то есть ошибаются – все люди. Вопрос в том, есть ли желание исправлять ошибки и жить по любви, по-Божески. И тут же важный вопрос – есть ли на это силы. Когда речь идет об омертвении души, очень может быть, что, помимо духовных, есть и душевные причины. Поэтому я бы советовал параллельно сходить к психологу, чтобы понять, нет ли у Вас депрессии. Сама себе диагнозы не ставьте, это должен сделать специалист. И если вдруг окажется, что что-то такое есть, нужно будет с болезнью разбираться.

И так, шаг за шагом, с Божией помощью, Ваша ситуация может измениться к лучшему.

Помогай Вам Бог!

Архив всех вопросов можно найти здесь. Если вы не нашли интересующего вас вопроса, его всегда можно задать на нашем сайте.

Охлаждение в вере

Вера угасает, когда не хочешь отказываться от чего-либо в себе

Демо-полет

Охлаждение в вере – это, на мой взгляд, одна из самых больных проблем современной церковной жизни. Это то, о чем очень часто приходится говорить на исповеди, просто в беседах с людьми и о чем еще чаще приходится думать.

Практически каждый из нас в той или иной степени переживал в начале своей церковной жизни то, что можно назвать горением сердца. Когда человеку открывается жизнь со Христом, жизнь в Церкви, он, как правило, ощущает эту жизнь как радость, и ничто в окружающей его реальности сравниться с ней не может. На первых порах (а период «первых шагов» в Церкви у кого-то длится недели, у кого-то – месяцы, а у кого-то – и несколько лет) Господь человека поддерживает, как мать маленького ребенка, и всё делает за него. Неудивительно, что эта жизнь с Богом представляется поначалу не только радостной, но и очень легкой – человек буквально летит, и ему невдомек, что это полет не на своих крыльях, что этот полет подарен ему ради того, чтобы он узнал чувство полета и к этой свободе стремился впоследствии.

А потом всё начинает постепенно меняться. Жить в Церкви становится труднее, всё в большем приходится преодолевать себя, и вместе с тем начинает как бы скрываться та полнота, радость пребывания с Богом, которая эту жизнь первоначально характеризовала. Нужно понимать, что это еще не охлаждение в вере, – это некая часть процесса нашего в ней становления. Но современный человек именно на этом моменте, подробно описанном у многих святых отцов, зачастую претыкается так, что впадает в бедственное духовное состояние – холодное, нечувственное и в каком-то смысле неживое.

Верить по инерции

Порою верующим христианам приходится, давая, по слову апостола Петра, отчет в своем уповании (см.: 1 Пет. 3: 15), отвечать на вопрос примерно такого содержания: «Вот ты ходишь в храм, ты христианин. Как ты объяснишь, что порою христиане, церковные люди творят такие вещи, каких и язычники себе не позволяют?»

Поводов для подобного вопроса, к сожалению, немало. И, я думаю, не стоит уходить от ответа на него, потому что, если не дать ответ, человек будет считать, что это некое неразрешенное недоумение для нас самих. И всё же, если попытаться это объяснить, возникает определенное затруднение.

Христианином становишься тогда, когда начинаешь жить по-христиански – усердно, искренне

В первую очередь, наверное, мы скажем о том, что не каждый, кто посещает церковь и христианином называется, им на самом деле является. Человек может быть верующим – и бесы веруют, и трепещут (Иак. 2: 19), человек может быть церковным – хорошо знать учение Церкви, посещать богослужения; но христианином он становится только тогда, когда действительно начинает, через боль, через изменение своего сердца, учиться христианской жизни – может быть, и не очень результативно, но усердно, искренне и от чистого сердца. Но таких людей не так уж много – и в Церкви можно встретить наряду с ними тех, кто совершенно чужд духу Христову, однако не надо по поступкам номинальных христиан судить о людях, чей жизненный выбор – быть учеником Христа.

И здесь собеседник, в особенности если это человек практичный, деловой, привыкший время и силы расходовать рационально, может спросить: «Но что тогда в Церкви, где человек призван христианской жизни учиться, делает огромное количество людей, которые этой жизни не учатся? В чем резон и не развиваться, и не уходить?»

И это обоснованный вопрос. Более того, большинство из нас задает себе подобные вопросы в повседневной жизни и дает разумные ответы. К примеру, родители приводят ребенка в художественную школу или спортивную секцию. Спустя некоторое время они почти наверняка спросят учителя или тренера о том, есть ли перспектива, есть ли результат. И если им станет понятно, что ребенок, из года в год занимаясь, рисует какие-то каракули или не может сесть на шпагат, вряд ли оставят его там просто непонятно зачем, лишь бы ходил. И при этом тем же самым людям может не приходить в голову, что их пребывание в Церкви тоже не должно быть таким – «ни почему» и «ни для чего». Это состояние, когда человек еще молится, еще постится, еще исповедуется в силу духовной инерции: если бы ее не было, он бы уже давно находился вне Церкви, но в нем еще сохранилось эхо некоего толчка, который в его духовной жизни произошел.

Как возникает эта инерция, что в ней разрушительного и каковы ее свойства?

Эффект домино

Наверное, можно говорить о том, что причин возникновения духовной инерции существует несколько. Это может быть неглубокое понимание христианства, связанное зачастую с тем, что человек вообще не привык копать глубоко, добираться до сути вещей. Он получил какие-то переживания в Церкви, они его тронули, вдохновили, но жизнь Церкви осталась для него закрытой книгой – и когда период призывающей благодати прошел и всё уже не так легко и радостно, тем более не хочется ее открывать. Есть люди, для которых это даже некий принцип жизни: «Мне хорошо здесь и сейчас – к чему лишние вопросы? Завтра я всё это оставлю, если что-то другое будет для меня приятнее». И это отнюдь не всегда связано с каким-то аморальным образом жизни: можно придерживаться норм внешнего благочестия, но жить по сути именно так, даже не отдавая себе в этом отчета.

Думать так: «Да, я того и того не делаю, но я же в Церкви!» – опасная иллюзия

Еще одна причина, очень банальная и обыденная, – нерадение. И нет, наверное, среди нас ни одного человека, который бы от этого недуга не страдал. Но один человек себя постоянно стремится преодолевать, и тогда все-таки как-то движется вперед, а другой выбирает путь создания себе иллюзии: да, я этого не делаю и того не делаю и в храме уже не был давным-давно, но я в Церкви, и у меня в принципе всё хорошо. А что в это время происходит с душой? То же, что и с мышцами тела, если их долгое время не приводить в движение: душа, если она не трудится, в какой-то момент становится совершенно бессильной. И человек, вполне вероятно, в какой-то момент ощутит, что его словно душевный паралич разбил – и не просто веры в нем горячей нет, а душа его не слушается вообще. И выйти из этого состояния, вернуться к нормальной церковной жизни бывает уже очень трудно.

И еще одна есть очень серьезная причина. Господь не случайно говорит о том, что нам, если мы идем за Ним, необходимо будет отвергнуться себя (см.: Мф. 16: 24). Нередко христианин в период первых шагов в Церкви об этом просто не думает, либо ему кажется, что он уже себя отвергся. Но рано или поздно человек натыкается в себе на что-то такое глубинное, сокровенное, страстное, что бы он очень хотел в своей жизни сохранить, но с чем невозможно дальше идти за Господом. Может быть, нужно простить – и не какую-то обыденную оплошность, а что-то серьезное и тяжелое. Может быть, нужно отказаться от незаконной связи с человеком, скажем так, несвободным. Да масса есть такого рода веще. И есть опять-таки два пути: позволить Господу это у нас забрать, как забирают спички у ребенка, либо вцепиться в это изо всех сил и не отдать это Богу, положив тем самым предел своей христианской жизни. И во втором случае начинается процесс внутренней деградации – не только духовной, но и интеллектуальной: сколько можно видеть примеров того, как человек, который недавно еще всё понимал, замечал, правильно оценивал в своем духовном состоянии, совершенно утрачивает то духовное зрение и духовное рассуждение, которые прежде помогали ему следовать за Христом. И видеть это в человеке, уже встретившем в жизни Христа, горько – это большая трагедия.

Читать еще:  Телеканал 1+1 вновь уличен во лжи

Думаю, не будет преувеличением сказать, что охлаждение в вере опасно не только для отдельного человека – оно опасно для той общины, в которой находится этот человек, и, по большому счету, для жизни Церкви в целом. В каком-то смысле здесь имеет место эффект домино: мы видим вокруг себя в храме людей, которые живут расслабленно, прохладно, ни к чему не стремятся, – и у нас самих опускаются руки. А если нас окружают люди, которые живут собранно, ответственно, усердно, то и мы будем с тем большим усердием стремиться и стараться. И это не какое-то «стадное чувство» – это вполне естественная вещь: добрые примеры вдохновляют, недобрые – развращают. Только не нужно, конечно же, всё сваливать на обилие недобрых примеров; главное – нам самим не стать для собратьев во Христе примером соблазняющим.

«Хочешь запутаться? Спроси меня, как»

Бывает, что человек, охладевший в вере по какой-либо из описанных причин, делает для себя вывод: «Христианство – это для меня не работает» – и отправляется искать какую-нибудь «более эффективную методику личностного роста» на всевозможные семинары и тренинги. И здесь, кстати, можно задаться вопросом: а почему их в наше время так много и самого разного характера: от бизнес-курсов, обещающих непременный деловой успех, до каких-то в буквальном смысле сект? Дело в том, что человек, который не умеет трудиться в рамках своего выбора, будет бесконечно искать чего-то нового, – и таких мечущихся людей в наше время много, так что спрос формирует предложение. Причем порой пытаешься понять: а чего достиг тот или иной человек, который обещает всех желающих научить саморазвитию, самораскрытию? И достаточно быстро приходишь к выводу, что единственное его достижение заключается в том, что он нашел какое-то количество людей, которых смог убедить, что его услуги им необходимы. Когда мне говорят, что кто-то «ушел из Православия», потому что открыл для себя «иную духовную систему», я понимаю, что рано или поздно он уйдет оттуда еще куда-то, а потом еще куда-то – и в конце концов либо вернется ко Христу, либо погибнет, совсем запутавшись, в какой-то немыслимой секте, либо станет закоренелым атеистом, убежденным, что духовная жизнь – целиком и полностью выдумка, потому что «это вообще ни в каких вариантах не работает».

А ведь эти люди были крещены и так же, как и другие, получили дар Святого Духа. Они были преисполнены духовной полноты, но дошли до совершенного опустошения. Так бывает всегда, когда человек не воспринимает как дар то, что ему дано: постепенно ему начинает казаться, что ему не дано ничего. Это не только о даре веры – это и глубже, о самом даре жизни можно сказать: человек, который не благодарен Богу за то, что живет, может дойти до мысли о том, что жизнь – проклятье, и свое пребывание на земле превратить в ад, что и в вечной жизни его отлучит от Бога. И конечно, такие страшные примеры должны побуждать нас свою веру, свою способность к жизни с Богом, как некую плодородную землю, в себе возделывать.

Испугать себя

Я не случайно употребил здесь слово «страшные». Совершенная любовь изгоняет страх (1 Ин. 4: 18), – говорит апостол Иоанн Богослов, и верующий человек не должен бояться неким парализующим страхом своего Творца, как и не должен бояться ничего в мире, что могло бы заставить его предать Бога. Но сам по себе страх как человеческое чувство – это действенный побудительный мотив, и в некоторых случаях более действенный, чем поощрение. И человек для того, чтобы подвигнуть себя к исправлению, может им пользоваться как лекарством. А порой нам бывает даже совершенно необходимо самих себя испугать: понять, перед лицом какой опасности ставят нас наше нерадение или наша неготовность отвергнуться себя, и устрашиться этого.

Что будет с нами, если мы утратим дар веры? Состояние человека, потерявшего веру, – отчаяние; это не всегда осознаётся, но это всегда так. Это состояние сродни состоянию пловца, который, оказавшись в бурных волнах, потерял спасательный круг – и его эти волны захлестывают, он не может выплыть и чувствует, что погибает. И на мой взгляд, страх потерять совсем веру, пришедший вслед за охлаждением, – это очень сильный стимул для того, чтобы за веру держаться и делать всё, дабы она не ослабела, дабы она становилась горячее. Потому что именно она – наша вера – является той победой, которая дает нам возможность быть победителями в любой ситуации. Так говорит апостол Иоанн, любимый ученик Христа: Сия есть победа, победившая мир, вера наша (1 Ин. 5: 4).

Горячая, неохладевающая вера человека преображает не только его самого, но и мир вокруг него и дает ему возможность приобщения к вечности еще здесь, на земле. Человек, который верит во Христа, действительно ощущает жизнь как чудо. И разве эта возможность ощущать жизнь как чудо и жить в преддверии вечности уже сейчас не стоит того, чтобы за нее побороться? Не нужно ждать каких-то серьезных жизненных потрясений, каких-то испытаний, в которых наша вера воспрянет и воскреснет, – гораздо лучше прямо сегодня постараться наполнить свою жизнь всем тем, что нашу веру питает, укрепляет и согревает, чтобы сохранить этот самый главный дар, самое великое сокровище.

Из уголька – пламя

Мы знаем, что вера может быть маленьким, едва тлеющим, рискующим вот-вот совершенно погаснуть угольком, а может быть пламенем, дающим свет и тепло, согревающим и веселящим сердце. И если нам иногда становится совершенно непонятно, что же нужно делать с собой, чтобы веру не утратить, но сохранить и возрастить ее в себе, то что делать с угольком, дабы из него возгорелось пламя, известно, я думаю, решительно всем. На уголек нужно дуть, чтобы он разгорелся сильнее, а для того, чтобы огонь не погас, ему потребна пища – дрова, «поедая» которые, он будет радовать наш взор и наше тело.

Чем последовательнее мы совершаем то, чего ждет от нас Христос, тем крепче делается наша вера

«Дуновение», «воздух», необходимые нашей вере, – это как можно более частое воспоминание о Боге, о Его любви и милости к нам, о событиях из жизни нашей и других людей, об этой любви и милости свидетельствующих. Это памятование о том, как Господь сотворил нас, призвав от небытия к бытию. О том, что однажды наша жизнь закончится и мы предстанем перед Ним, чтобы дать ответ за то, как мы ею распорядились. А «дрова»… Дрова – это те дела, которые наша вера должна побуждать нас творить. Наше сердце может внутренне противиться им, наша воля может склоняться совсем в другую сторону, но если наш ум сознает, что является делом веры и что – неверия, – то мы обязательно должны себя побуждать поступать так, как требует того христианская совесть, ибо есть такой закон: чем чаще и чем последовательнее мы совершаем то, чего требует вера и чего ждет от нас Христос, тем крепче становится наша вера, тем живее, тем сильнее она.

Охлаждение к вере

Вера и духовная жизнь. Матушки.ру

Вера и духовная жизнь ⇒ Охлаждение к вере

Модератор: Topolek

Сообщение bars » 27 сен 2009, 13:00

Сообщение Юкка » 27 сен 2009, 13:20

Сообщение Марьяна_ » 27 сен 2009, 13:23

Сообщение Селестина » 27 сен 2009, 13:55

Сообщение Кумушка » 27 сен 2009, 14:05

Сообщение И.В. » 27 сен 2009, 15:46

Мне это тоже было интересно и я заводила подобную тему здесь

копирую свое сообщение сюда, может вам будет интересно.
Писала это для своего духовника.

Как преодолеть искушение (личный опыт).

Я ни в коей мере не утверждаю, что это панацея и поможет всем.
Буду рада любым откликам

«Если бы не было искушений,
никто бы не получил
Царства Небесного»
(прп. Антоний Великий).

1. Постарайтесь найти причину этой напасти, когда «точка отсчета» определена, преодолеть искушение значительно легче.

2. Как можно раньше скажите о своем состоянии духовнику, если есть силы, исповедуйтесь и причаститесь.

3. Если в душе полное опустошение, а при мысли об исповеди, силы катастрофически убывают, попросите священника о совместной молитве (Псалом 90 или «Да воскреснет Бог. » или другие, на усмотрение духовника). Возьмите благословение у батюшки на преодоление искушения.

4. Если нет сил держать в руках молитвослов, не отступайте, молитесь лежа, читайте любые молитвы наизусть, даже если их смысл уходит, в таком состоянии это норма. По возможности слушайте молитвы в формате МР 3 (любые), это отнимает меньше сил, чем при чтении.

5. Как можно чаще читайте молитву:

«Господи, я вижу себя в искушении. Дай осознать и понять его. Помоги преодолеть его.
И если я не в силах это сделать, то Сам победи и изгони борящего меня злого духа,
как некогда Ты победил его в пустыне и изгонял его из людей, одержимых им».

( Н.Е.Пестов СОВРЕМЕННАЯ ПРАКТИКА ПРАВОСЛАВНОГО БЛАГОЧЕСТИЯ.Том первый, Глава 10. ИСКУШЕНИЯ).

Читайте Евангелие, Канон покаянный и акафист Архистратигу Михаилу, даже если вы не понимаете ни слова из прочитанного.

«Один святой сказал: если ты Слова Божия не понимаешь, так бесы понимают, что ты читаешь и трепещут… Да вот тебе еще скажу: Иоанн Златоустый пишет, что даже та самая храмина, в которой хранится Евангелие, устрашает духов тьмы, и бывает неудобь приступна для их козней.» («Откровенные рассказы странника духовному своему отцу»)

6. Займите себя домашней работой, не забывайте о любимых увлечениях, это восстанавливает силы. Желательно никого, кроме духовника, не посвящать в свою борьбу, не стоит смущать друзей и близких своим состоянием.

7. Старайтесь придти в свой храм, даже если «ноги не идут». Время пребывания в церкви, в данном случае, не имеет значения, если продержитесь 10-15 минут, это победа!

8. Если в храме находиться тяжело, встаньте в самый укромный угол, это сбережет ваши силы. Если в свой храм «не пускает», идите в другой, 5-10 мин. пребывания в любом храме, может привести к значительному улучшению состояния.

9. Если при мысли о духовнике наступает полное бессилие, не переживайте, это норма.
Молитесь о духовнике ежедневно и как можно чаще, не сомневайтесь: он о вас помнит!

10. Постарайтесь не пропадать из поля зрения духовника, обсуждайте с ним свое состояние, это приносит облегчение.

«Уже один рассказ о своем состоянии, обнаружение души перед другим часто является достаточным, чтобы искушение прошло; духи тьмы боятся света, боятся своего обнаружения и уходят, когда их козни обнаруживаются перед другими…..
Здесь следует указать, что сила искушений возрастает по мере духовного роста человека,
и чем выше поднимается человек по пути к святости, тем сильнейшим подвергается искушениям».

(Н.Е.Пестов СОВРЕМЕННАЯ ПРАКТИКА ПРАВОСЛАВНОГО БЛАГОЧЕСТИЯ. Том первый, Глава 10. ИСКУШЕНИЯ ).

11. Как только наметится малейшее улучшение физического и душевного состояния, исповедуйтесь и причаститесь. Если эта напасть случилась в пост – соборуйтесь, если есть такая возможность.

12. «Господь воспитывает душу человека, не отстраняя его от встречи со злом, а давая ему силу на преодоление всякого зла» (старец схимонах Силуан)

13. За все благодарите Господа!

НЕ забывайте: искушение дано нам для испытания, укрепления и возрастания души.

Духовный совет святители Игнатия (Брянчанинова)

«Присылаю вам совет духовный и советую вам употребить предлагаемое лекарство по нескольку раз в день, особенно в минуты усиленных страданий, и душевных и телесных.
Уединяясь, произносите неспешно, вслух самому себе, заключая ум в слова, следующее:

Слава Тебе, Боже мой, за посланную скорбь,
достойное по делам моим приемлю:
помяни мя, Господи, во Царствии Твоем!

Должно произносить молитву крайне неспешно. Сказав молитву, отдохните.
Потом опять скажите и опять отдохните. Продолжайте так молиться минут 5 или 10,
пока не ощутите вашу душу успокоенную и утешенную.

Причина этого ясна: благодать и сила Божия заключается в славословии Бога, а не красноречии и многословии.

Славословие же и благодарение суть делания, преподанные нам Самим Богом,- отнюдь не вымысел человеческий. Апостол заповедует это делание от лица Божия (1Сол.5,18)» ( По кн. Д.А. Авдеева «Уныние и депрессия. Сходства, различие, врачевание.». М., 2008 )

14. Сохраните свой опыт преодоления искушений, для оказания помощи и поддержки других страждущих, если в этом возникнет необходимость.

Православная Жизнь

Наблюдения священномученика Владимира (Богоявленского).

До нас сохранилось от предков много древних и славных храмов, но не сохранилось их благочестия. Для многих из наших современников известного сорта и направления, храмы являются уже излишними; одни из них появляются здесь очень редко, а другие и никогда. Вот почему не будет неуместным делом сейчас, в день освящения этого храма, остановиться нам своим вниманием на этом печальном явлении и дать ответ на вопрос: где причины этого печального недуга (храмобоязни) охлаждения к храмам? Не заходя далеко, мы можем указать следующия четыре причины:

а) незнание предметов веры, б) недостаток религиозного чувства, в)господствующий дух неверия и г) господствующая страсть к чувственным наслаждениям.

а) Простой человек, когда видит, как редко посещают церковь люди, стоящие выше его и по образованию и по общественному положению, легко может придти к заключению, что посещение или непосещение церкви – дело неважное, что, если передовые и ученые люди не ходят к общественному богослужению, то, стало быть, это и не нужно, стало быть они имеют на это разумныя основания. Но мы с решительностию утверждаем, что большинство таких людей страдают безцерковьем и нелюбовию к храму не потому, что очень много знают в области веры, а скорее потому, что очень мало знают в этом деле. Как бы ни было широко их образование светское, как бы ни были велики их познания в предметах мира, в отношении религии они обнаруживают самыя скудныя познания. Выходя из учебного заведения нередко с знанием одного катихизиса, они часто забывают и последний, так как совсем не интересуются религиозными предметами.

Они не знают великого значения той искупительной жертвы, которую принес Спаситель, не знают того источника блаженства, той пищи духовной, которую Он предлагает нам в своих таинствах. О, как хотелось бы сказать им тоже, что сказал Христос самарянке: если бы ты знала, кто – Тот, Который говорит с тобою, то ты сама попросила бы у него пить, и Он дал бы тебе воду живую (Иоан. 4. 10). О, если бы и вы, г.г. неверы и люди безцерковья, знали, какое чудо любви открывает Спаситель в церковных таинствах, знали, каких величайших благ лишаете вы себя, отвергая их, если бы знали, как слабы и безсильны вы без Него, то, по истине, вы с неудержимым желанием поспешили бы к Нему, к этому источнику, освежить себя водою жизни; вы не стали бы презирать голоса церкви – вашей учительницы – если она предъявляет вам свои требования, призывая вас к вечному спасению!

Читать еще:  «Бабий бунт» Маши Шукшиной

Они не знают, что делают, когда в порывах самолюбия и самомнительности, говорят: на что нам церковь, на что богослужение с его проповедию? Мы сами можем проповедывать, сами можем читать нечто более содержательное и полезное, чем ваша церковная проповедь. Но можно ли согласиться, чтобы кто-либо мог совсем не иметь нужды в религиозном наставлении, в напоминании о великих истинах, в предостережении, увещании, в пробуждении усыпленной совести?

Они не знают заповеди Апостола, который требует, чтобы мы служили для своих собратий примером благочестия и набожности и назидали их нашим участием в общественном богослужении. Слово Христово да вселяется в вас, говорит он, обильно, со всякою премудростию; научайте и вразумляйте друг друга псалмами, славословием и духовными песнями (Гал. 3, 16). Он строго порицает тех, которые не ходят на религиозныя собрания, заключая речь свою словами: «не будем оставлять собрания своего, как есть у некоторых обычай, но будем увещевать друг друга» (Евр. 10, 24–25). Что сказал бы этот Апостол, если бы он явился сейчас между нами и посмотрел, какой великий соблазн производять те из передовых наших сословий, которыя совсем забывают церковь, и редко, а то и совсем не ходят к общественному богослужению?

б) Не у всех, впрочем, холодность к церкви происходит от недостатка познаний в области религии. У многих довольно таких знаний и, пожалуй, основательных, но недостаточно религиозного чувства. Религия есть дело не одного только разума, но и сердца: недостаточно знать только веру, но нужно упражняться в ней, прилагать ее к делу. Если одна только голова набита холодными знаниями, но не воспитано сердце, не развито религиозное чувство, то это одностороннее образование ума легко переступает меру, впадает в гордость и самообольщение, и хочет все постигнуть при помощи только разума и внешних чувств постигнуть даже и все тайны веры. А так как последния превышают этот разум, то они отвергают их, как глупость и безумие, и дерзко отрицают веру и учение церкви.

Было время, когда менее резонировали о вере, но более умели веровать, чем теперь. Было время, когда каждая мать, хотя бы и высоко образованная, не находила для себя большого счастья, как научить своего ребенка произносить сладчайшее имя Иисуса в то время, когда и голос его был еще слаб и язык его нем, когда родители и сами охотно ходили в церковь, и детей своих водили туда, когда каждый праздник в доме, был днем особенной радости, и все было разсчитано на то, чтобы юному христианину сделать особенно любезною и дорогою его веру и внушить ему уважение ко всему, что относится ко Христу и Его церкви. Если же теперь этого уже нет, если при воспитании детей Закон Божий понимается только как предмет разума и уроки его назначаются рядом с уроками рисования и музыки, если дети никогда не видят своих родителей молящимися и не слышат от них ни одного слова о Боге, о вере, о Церкви и ея спасительных средствах, словом, если дух религии не господствует в семействах, то может ли быть речь о набожности и религиозности их и в будущем? Кто в ранние годы не испытывал на себе силу веры, кто не был приучен все нечистое и греховное побеждать благочестивыми упражнениями, для того, впоследствии, когда начнут пробуждаться дикие, низменные инстинкты, все средства церкви теряют свое значение.

в) Третью и главную причину безцерковья мы должны искать в той страшной буре, которая поднялась в конце XVIII-го века против Христа и Его Церкви и пронеслась, как опустошительный ураган, по всем странам Западной Европы. Безбожные, материалистически настроенные люди заключили нечестивый союз и задались безумною целью стереть с лица земли веру в Сына Божия. А так как они не в состоянии были с достаточною основательностию противостоять вечной истине, то пустили в ход все: и хитрость, и лукавство, и ложь, и обман. Христианскую веру они стали выдавать за глупость, чудеса св. Писания за сказки и легенды, учение церкви за обман, при чем страшным насмешкам подвергаемы были все церковные обряды и обычаи. Вся Европа наводнена была книгами, в коих простому народу давалось понять, что религия есть суеверие, священники – льстецы и обманщики, поддерживающие это суеверие из своих корыстных целей и что человечество теперь настолько развилось, выросло и окрепло, что может стоять на своих собственных ногах, не нуждаясь ни в чьих помочах. Губительны были последствия этой новой проповеди для легковерных и легкомысленных людей. Произведения этих учителей, обнаруживавших иногда выдающиеся таланты, были приняты за последнее слово науки и, под ослепительным блеском и язвительными насмешками их речей, забыто было об изследовании и проверке их истинности и основательности.

Тогда многие и очень многие несчастные юноши и старцы, богатые и бедные бросались в объятья неверия. Последнее было увлекательно для них потому, что снимало с них бремя церковной дисциплины и пролагало широкую дорогу к удовлетворению животных страстей, где можно было не бояться уже Бога, где чувственныя наслаждения рисовались, как высшее блого человека, который, отрешившись от мысли о безсмертии, ожидал одинаковой участи с своими животными. С того времени дух неверия постоянно возрастал и усиливался, и в отдельных людях, в семействах и обществе, пока наконец не изгнал из кабинетов Библию и все лучшия религиозно-нравственныя произведения, заменив их песнями, сказками и такими книгами и брошюрами, которыя поставили своею задачею смеяться и оскорблять все, что есть у благочестивых людей святого и священнаго. Всякий, кто обнаруживает усердие к церкви, провозглашается здесь глупым, отсталым человеком, которого еще не коснулся свет научного просвещения. Мало-по-малу господствующим тоном нашего интеллигентного общества сделалось: как можно реже ходить в церковь, – и глупая гордость – не уронить себя во мнении такого общества, не прослыть темным, непросвещенным человеком, действовала на одних, а страх подвергнуться насмешкам и издевательству – на других.

Таковы пути, по которым многие из христиан удалились от церкви.

г) К этому у многих присоединяется еще страшная сила господствующого порока, которая притупляет всякое религиозное чувство, застилает густым туманом духовныя очи и низводит человека с высоты небесной в облак чувственных наслаждений, овладевающих всем существом его. В таком состоянии он не чувствует уже никакой потребности в приближении к Богу; он не может, и не хочет уже и молиться. Какое удовольствие он может получить от общественной молитвы в церкви, когда ему все напоминает здесь о глубоком падении его души, когда близость Бога приводит его в смущение и страх. Все, что говорится здесь о смерти, о суде и вечном воздаянии, все это нарушает его внутренний покой, пробуждает угрызение совести и не дает ему спокойно спать. Что может быть в этом случае всего естественнее, как не избегать намеренно всего, что может напоминать ему о его духовном бедствии, о его нравственной бедности и наготе. Вот причина, почему многие из христиан не ходят в храм Божий и не хотят слушать здесь слово Божие. Это слово, как меч, как острое копье вонзается в сердце, доходя до «разделения души и духа». Если бы пред такими слушателями выступил сейчас с своею евангельскою проповедию и сам апостол Христов, то они и его едва-ли стали бы слушать. Так стоял некогда бедный, заключенный в узы ап. Павел пред правителем области Феликсом и говорил о вере во Иисуса Христа. Пока Павел говорил об общих истинах веры, Феликс слушал; но как только начал он говорить о целомудрии, о будущей жизни, о суде и аде, Феликс, уязвленный в своей совести, смутился и сказал: «довольно, уходи, теперь мне некогда, я позову тебя, когда будет удобное время». С этим Феликсом можно сравнить тех из христиан, которые избегают общественного богослужения в храме потому, чтобы не оказаться в таком же положении, в каком находился Феликс.

Наши отношения к храмам

Собираясь в храм, перечитайте хотя бы несколько глав из этой книги, и, даст Бог, наставления и молитвы святителя Феофана приблизят чаемое устроение души вашей в жилище Божие, когда святилищем станет дух, жертвенником – сердце, священником – ум. «Где… жилище Божие, там и небо, а кто небо в себе вмещает духовно, тот несомненно вступит и в истинное небо, как в верное наследие свое». Печатается с незначительными сокращениями и уточнениями по: Наши отношения к храмам. Слова епископа Феофана. Из слов к тамбовской и владимирской паствам, 1859, 1861, 1867 и 1869 гг. Москва, 1893.

Оглавление

  • 1. Об устроении в себе каждым духовного храма по образцу видимого
  • 2. О благотворности для детей бывать часто в храмах и молиться

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Наши отношения к храмам предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

© Издательство Сибирская Благозвонница, оформление, 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Об устроении в себе каждым духовного храма по образцу видимого

Наконец благоволил Господь, чтобы в наши дни было приведено к окончанию давно начатое и столько желанное дело созидания сего священного храма.

Храм есть великое дело, кем бы и где бы он ни был устроен. В нем проповедуется слово Божие, совершаются таинства и возгревается дух молитвенный. Он есть хранилище всех Божественных даров ко спасению — возрождению, очищению, облагодатствованию, духовному питанию — с приставниками и раздаятелями их [1] . И приходи всякий и черпай черпалом веры из сей сокровищницы! Но не забудем, братие, что, посвящая Господу храмы, мы налагаем на себя или возобновляем наши обязательства в отношении к Церкви Божией.

Святой первомученик Стефан в своем к народу поучении говорил: «Соломон создал Богу храм, но Вышний не врукотворенных храмах живет» (Деян. 7, 48) — не потому, чтобы рукотворенный храм был не нужен и ничего не значил, но потому, что на созидании его одного не должно успокоиваться, а надобно приложить к нему еще и другое здание — духовное, из умов и сердец сложенное. И это так необходимо, что коль скоро нет сего последнего, то и первое теряет свою цену.

И вот чего, после посвящения Господу храма сего, ожидает Он от нас — именно чтобы все представили из себя Церковь Святую, которую любит Господь, о членах которой сказал Он: вселюся в них, и похожду, и буду им Бог, и тии будут Мне людие (2 Кор. 6, 16). Сколько вожделенна сия близость Божия, столько желательно, чтоб было так в нас. И кто откажется от готовности всячески содействовать тому? Если же так, то должно приложить к сему желанию и самое дело. Каждый из нас есть то же в Церкви, что отдельный камень в здании храма. Как здесь каждый камень обделывается применительно ко всему зданию и тому месту, к какому предназначается, так и нам надобно быть образованными по духу Церкви, чтобы представить из себя камень живой, благопотребный к устроению храма Церкви, — с тем замечательным различием, что камень только прилаживается к зданию, а сам он не изображает его в себе, нам же надобно так образовать себя, чтобы представить в себе всю Святую Церковь. Посему заповедуют апостолы: сами яко камение живо зиждитеся в храм духовен… возносити жертвы духовны, благоприятны Богови Иисус Христом (1 Пет. 2, 5), созидайтесь в жилище Божие, духом растите в церковь святую о Господе (Еф. 2, 21, 22), то есть каждый должен устроить из себя малую духовную церковь по образу великой Вселенской Церкви. Обяжем же себя к сооружению в себе этого духовного храма. Расчистим место для здания истинным покаянием, углубим основание крепкой верой и твердой решимостью жить по вере и затем, оживляясь притоком благодати чрез святые таинства, будем с терпением возводить здание, полагая, как камень на камень, добродетель на добродетель, связуя их любовью и уравнивая рассуждением и руководством пастырей; прикроем все, как кровлей, глубоким смирением и возглавим преданностью в волю Божию, которой, как на кресте, распинается самоличное устроение дел и путей жизни; оградим потом все непоколебимой верностью всем уставам и предписаниям Святой Божией Церкви, за которыми, как за крепкой оградой, укроемся от всех бурь и волнений, воздвигаемых духом века, суемудрием и страстями; наконец, вошедши внутрь вниманием и трезвением, украсим сей храм сердца благими помышлениями, осветим невозмутимым созерцанием Бога вездесущего и облагоухаем фимиамом непрестанной молитвы в болезненном припадании к Богу, Спасителю нашему.

Сделаем так, и каждый из нас будет живый храм Господу, и вместе камение живо, благопотребное в здании живого храма Церкви. Как, камень к камню прилагая, устроили храм сей, так все мы, един ко единому прилагаясь и все единым духом исполняясь, составим из себя единую Святую Церковь, не имущую скверны или порока…

Конечно, это есть только совершенство, которого желать и к которому стремиться должно, на деле же всегда будут немощные и своенравные. Притчи Спасителя о плевелах, всеянных врагом посреди пшеницы, и о неводе, извлекшем множество всякого рода рыб — и годных, и негодных — сильны успокоить жаркую ревность, требующую совершенной во всем и во всех чистоты, указывая в смешении добрых и злых между христианами некоторое преднамерение Божие. Этим, однако ж, нельзя оправдывать нашей поблажки и равнодушия к распространяющемуся злонравию и суемудрию. Никак нельзя терпеть или допускать, сколько это от нас зависит, чтобы суемудрые и злые размножались, составляли общины, имели голос, потому что они терпимы только по снисхождению к немощам как исключение, а не как закон. Иначе мы обличим свое нерадение и холодность к общему долгу и благу и попустим умножаться злу, которое, разливаясь более и более, может угрожать опасностью всей Церкви, а с ней и всему государству. Какое укорное противоречие будет в делах наших, если мы будем вещественные храмы строить, а между тем малодушно попускать расстроиваться истинной Церкви? Что пользы строить храм, чтоб в нем проповедывалось слово Божие, а между тем позволять свободно распространяться учениям, противным слову Божию; здесь слышать изложение святых правил жизни, а вне охотно вводить и принимать обычаи, оскорбительные для христианского сердца; здание украшать великолепно, а себя отчуждать от Церкви и охлаждать к уставам ее? Что Ми множество жертв ваших, — укорно говорит Господь иудеям (Ис. 1, 11). Не скажет ли и нам Господь: «Что Мне в ваших пышных зданиях, когда вы разоряете Церковь Мою, которую стяжал Я Моею Кровию?» Красны были — первый храм, воздвигнутый Соломоном, и второй, воссозданный Зоровавелем и обновленный Иродом. И, однако ж, — и первый не пощажен, и от второго камня на камне не осталось по грозному суду Божию. Здание ли было виновно? Нет. Но то, что народ уклонен был от истинного пути и неверием (паче же восстанием на Господа и Христа Его), порочной жизнью и отчуждением от освятительных уставов расстроил в себе истинную Церковь, Богом через Моисея образованную. Не стало у народа истинной Церкви — не нужным сделался и внешний символ ее. Но, братие, более Моисея зде… [2] Не думайте, что для нас у Господа другой закон или что Он может почему-нибудь делать поблажку, или что мы, действуя не по воле Его, менее оскорбляем Его, нежели иудеи или другой народ… Нет, аще кто Божий храм растлит, растлит сего Бог (1 Кор. 3, 17). Это суд на всех! Не будем опускать из памяти сего неложного глагола Божия.

Читать еще:  Какие ошибки допускает человек, желающий создать семью

Пусть никто не оговаривается: что я как частный человек могу сделать? Ничего особенного не требуется. Будь только всякий истинным сыном Церкви, образуй себя по духу Ее, — и ничто противное сему духу не водворится среди нас. Если каждый отдельно не согласится слушать какое-нибудь превратное учение, как оно распространится? Если каждый отвергнет злой обычай, как он найдет себе место в обществе нашем? Если каждый неуклонно будет ходить по уставам Церкви, они будут владычествовать и во всех. Если б было так, тогда конец всем новым учениям, обычаям и нарушениям уставов Церкви, тогда, если и явится кто противного духа, будет извержен вон, как мертвый член.

Отчего зло распространяется? Оттого, что мы сами равнодушно смотрим на него и охотно поддаемся ему. Печатается неистинное — мы читаем и не оговариваем; вводится недобрый обычай — и мы не только не противимся тому, но охотно и сами увлекаемся им. А тем и другим еще раздражаем охоту писать неистинное, вводить недоброе, и зло растет. Не будь сочувствия и содействия с нашей стороны, всякое зло рассеется и исчезнет само собой. В добром и один много значит, Богу поспешествующу [3] . К тому же — кто когда оставляется один? Если зло, к которому не благоволит Господь, делается сильным общинностью — чего нельзя ожидать от общения в добре, которое всегда благословляет Бог?

Помолимся же, братие, чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал нам духа премудрости и откровения к познанию Его (Еф. 1, 17), дабы мы не были более младенцами, колеблющимися и увлекающимися всяким ветром учения, по лукавству человеков, по хитрому искусству обольщения, но истинною любовью все возращали в Того, Который есть глава Христос, из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви (Еф. 4, 14–16). Аминь.

На освящение придела святой великомученицы Екатерины в Санкт-Петербургском кафедральном Исаакиевском соборе

Приход храма в честь святого великомученика Георгия Победоносца сельского поселения Георгиевка Кинельской Епархии

Н аблюдения священномученика Владимира (Богоявленского) в день освящения храма.

Д о нас сохранилось от предков много древних и славных храмов, но не сохранилось их благочестия. Для многих из наших современников известного сорта и направления, храмы являются уже излишними; одни из них появляются здесь очень редко, а другие и никогда. Вот почему не будет неуместным делом сейчас, в день освящения этого храма, остановиться нам своим вниманием на этом печальном явлении и дать ответ на вопрос: где причины этого печального недуга (храмобоязни) охлаждения к храмам? Не заходя далеко, мы можем указать следующия четыре причины:

а) незнание предметов веры,
б) недостаток религиозного чувства,
в)господствующий дух неверия,
г) господствующая страсть к чувственным наслаждениям.

а) П ростой человек, когда видит, как редко посещают церковь люди, стоящие выше его и по образованию и по общественному положению, легко может придти к заключению, что посещение или непосещение церкви – дело неважное, что, если передовые и ученые люди не ходят к общественному богослужению, то, стало быть, это и не нужно, стало быть они имеют на это разумныя основания. Но мы с решительностию утверждаем, что большинство таких людей страдают безцерковьем и нелюбовию к храму не потому, что очень много знают в области веры, а скорее потому, что очень мало знают в этом деле. Как бы ни было широко их образование светское, как бы ни были велики их познания в предметах мира, в отношении религии они обнаруживают самыя скудныя познания. Выходя из учебного заведения нередко с знанием одного катихизиса, они часто забывают и последний, так как совсем не интересуются религиозными предметами.

Они не знают великого значения той искупительной жертвы, которую принес Спаситель, не знают того источника блаженства, той пищи духовной, которую Он предлагает нам в своих таинствах. О, как хотелось бы сказать им тоже, что сказал Христос самарянке: если бы ты знала, кто – Тот, Который говорит с тобою, то ты сама попросила бы у него пить, и Он дал бы тебе воду живую (Иоан. 4. 10). О, если бы и вы, г.г. неверы и люди безцерковья, знали, какое чудо любви открывает Спаситель в церковных таинствах, знали, каких величайших благ лишаете вы себя, отвергая их, если бы знали, как слабы и безсильны вы без Него, то, по истине, вы с неудержимым желанием поспешили бы к Нему, к этому источнику, освежить себя водою жизни; вы не стали бы презирать голоса церкви – вашей учительницы – если она предъявляет вам свои требования, призывая вас к вечному спасению!

Они не знают, что делают, когда в порывах самолюбия и самомнительности, говорят: на что нам церковь, на что богослужение с его проповедию? Мы сами можем проповедывать, сами можем читать нечто более содержательное и полезное, чем ваша церковная проповедь. Но можно ли согласиться, чтобы кто-либо мог совсем не иметь нужды в религиозном наставлении, в напоминании о великих истинах, в предостережении, увещании, в пробуждении усыпленной совести?

Они не знают заповеди Апостола, который требует, чтобы мы служили для своих собратий примером благочестия и набожности и назидали их нашим участием в общественном богослужении. Слово Христово да вселяется в вас, говорит он, обильно, со всякою премудростию; научайте и вразумляйте друг друга псалмами, славословием и духовными песнями (Гал. 3, 16). Он строго порицает тех, которые не ходят на религиозныя собрания, заключая речь свою словами: «не будем оставлять собрания своего, как есть у некоторых обычай, но будем увещевать друг друга» (Евр. 10, 24–25). Что сказал бы этот Апостол, если бы он явился сейчас между нами и посмотрел, какой великий соблазн производять те из передовых наших сословий, которыя совсем забывают церковь, и редко, а то и совсем не ходят к общественному богослужению?

б) Н е у всех, впрочем, холодность к церкви происходит от недостатка познаний в области религии. У многих довольно таких знаний и, пожалуй, основательных, но недостаточно религиозного чувства. Религия есть дело не одного только разума, но и сердца: недостаточно знать только веру, но нужно упражняться в ней, прилагать ее к делу. Если одна только голова набита холодными знаниями, но не воспитано сердце, не развито религиозное чувство, то это одностороннее образование ума легко переступает меру, впадает в гордость и самообольщение, и хочет все постигнуть при помощи только разума и внешних чувств постигнуть даже и все тайны веры. А так как последния превышают этот разум, то они отвергают их, как глупость и безумие, и дерзко отрицают веру и учение церкви.

Было время, когда менее резонировали о вере, но более умели веровать, чем теперь. Было время, когда каждая мать, хотя бы и высоко образованная, не находила для себя большого счастья, как научить своего ребенка произносить сладчайшее имя Иисуса в то время, когда и голос его был еще слаб и язык его нем, когда родители и сами охотно ходили в церковь, и детей своих водили туда, когда каждый праздник в доме, был днем особенной радости, и все было разсчитано на то, чтобы юному христианину сделать особенно любезною и дорогою его веру и внушить ему уважение ко всему, что относится ко Христу и Его церкви. Если же теперь этого уже нет, если при воспитании детей Закон Божий понимается только как предмет разума и уроки его назначаются рядом с уроками рисования и музыки, если дети никогда не видят своих родителей молящимися и не слышат от них ни одного слова о Боге, о вере, о Церкви и ея спасительных средствах, словом, если дух религии не господствует в семействах, то может ли быть речь о набожности и религиозности их и в будущем? Кто в ранние годы не испытывал на себе силу веры, кто не был приучен все нечистое и греховное побеждать благочестивыми упражнениями, для того, впоследствии, когда начнут пробуждаться дикие, низменные инстинкты, все средства церкви теряют свое значение.

в) Т ретью и главную причину безцерковья мы должны искать в той страшной буре, которая поднялась в конце XVIII-го века против Христа и Его Церкви и пронеслась, как опустошительный ураган, по всем странам Западной Европы. Безбожные, материалистически настроенные люди заключили нечестивый союз и задались безумною целью стереть с лица земли веру в Сына Божия. А так как они не в состоянии были с достаточною основательностию противостоять вечной истине, то пустили в ход все: и хитрость, и лукавство, и ложь, и обман. Христианскую веру они стали выдавать за глупость, чудеса св. Писания за сказки и легенды, учение церкви за обман, при чем страшным насмешкам подвергаемы были все церковные обряды и обычаи. Вся Европа наводнена была книгами, в коих простому народу давалось понять, что религия есть суеверие, священники – льстецы и обманщики, поддерживающие это суеверие из своих корыстных целей и что человечество теперь настолько развилось, выросло и окрепло, что может стоять на своих собственных ногах, не нуждаясь ни в чьих помочах. Губительны были последствия этой новой проповеди для легковерных и легкомысленных людей. Произведения этих учителей, обнаруживавших иногда выдающиеся таланты, были приняты за последнее слово науки и, под ослепительным блеском и язвительными насмешками их речей, забыто было об изследовании и проверке их истинности и основательности.

Тогда многие и очень многие несчастные юноши и старцы, богатые и бедные бросались в объятья неверия. Последнее было увлекательно для них потому, что снимало с них бремя церковной дисциплины и пролагало широкую дорогу к удовлетворению животных страстей, где можно было не бояться уже Бога, где чувственныя наслаждения рисовались, как высшее блого человека, который, отрешившись от мысли о безсмертии, ожидал одинаковой участи с своими животными. С того времени дух неверия постоянно возрастал и усиливался, и в отдельных людях, в семействах и обществе, пока наконец не изгнал из кабинетов Библию и все лучшия религиозно-нравственныя произведения, заменив их песнями, сказками и такими книгами и брошюрами, которыя поставили своею задачею смеяться и оскорблять все, что есть у благочестивых людей святого и священнаго. Всякий, кто обнаруживает усердие к церкви, провозглашается здесь глупым, отсталым человеком, которого еще не коснулся свет научного просвещения. Мало-по-малу господствующим тоном нашего интеллигентного общества сделалось: как можно реже ходить в церковь, – и глупая гордость – не уронить себя во мнении такого общества, не прослыть темным, непросвещенным человеком, действовала на одних, а страх подвергнуться насмешкам и издевательству – на других.

Таковы пути, по которым многие из христиан удалились от церкви.

г) К этому у многих присоединяется еще страшная сила господствующого порока, которая притупляет всякое религиозное чувство, застилает густым туманом духовныя очи и низводит человека с высоты небесной в облак чувственных наслаждений, овладевающих всем существом его. В таком состоянии он не чувствует уже никакой потребности в приближении к Богу; он не может, и не хочет уже и молиться. Какое удовольствие он может получить от общественной молитвы в церкви, когда ему все напоминает здесь о глубоком падении его души, когда близость Бога приводит его в смущение и страх. Все, что говорится здесь о смерти, о суде и вечном воздаянии, все это нарушает его внутренний покой, пробуждает угрызение совести и не дает ему спокойно спать. Что может быть в этом случае всего естественнее, как не избегать намеренно всего, что может напоминать ему о его духовном бедствии, о его нравственной бедности и наготе. Вот причина, почему многие из христиан не ходят в храм Божий и не хотят слушать здесь слово Божие. Это слово, как меч, как острое копье вонзается в сердце, доходя до «разделения души и духа». Если бы пред такими слушателями выступил сейчас с своею евангельскою проповедию и сам апостол Христов, то они и его едва-ли стали бы слушать. Так стоял некогда бедный, заключенный в узы ап. Павел пред правителем области Феликсом и говорил о вере во Иисуса Христа. Пока Павел говорил об общих истинах веры, Феликс слушал; но как только начал он говорить о целомудрии, о будущей жизни, о суде и аде, Феликс, уязвленный в своей совести, смутился и сказал: «довольно, уходи, теперь мне некогда, я позову тебя, когда будет удобное время». С этим Феликсом можно сравнить тех из христиан, которые избегают общественного богослужения в храме потому, чтобы не оказаться в таком же положении, в каком находился Феликс.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector