0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

архимандрит Антоний (Гулиашвили)

Содержание

Скончался архимандрит Антоний (Гулиашвили)

11.02.2021 В ночь на 7 февраля 2021 года на 82-м году жизни скончался архимандрит Антоний (Гулиашвили), сообщает сайт Сретенского монастыря. Клирик Грузинской Православной Церкви, о. Антоний был духовным чадом старца Иоанна (Крестьянкина).

На литургии в соборе Новомучеников и исповедников Церкви Русской братия и прихожане Сретенской обители молились об упокоении души новопреставленного архимандрита Антония. Наместник иеромонах Иоанн (Лудищев) рассказал о многолетней духовной связи, которая существовала между архимандритом Иоанном (Крестьянкиным) и архимандритом Антонием (Гулиашвили). Он отметил, что архимандрит Антоний явил своей жизнью удивительный пример любви к Богу — почти 55 лет предстоял перед престолом Божиим.

Отец Антоний (в миру Александр Гулиашвили) родился в 1939 году в Тбилиси. Мама русская, из Краснодара, отец – из Тбилиси, сообщает pravoslavie.ru. Учился в средней школе Тбилиси. После школы работал переплетчиком в издательстве «Заря Востока», техническим работником в театре им. А.С. Грибоедова. С шести лет «бегал» в храм, его школьным приятелем был внук протоиерея Бориса Фарафанова, клирика храма святого Михаила Тверского. Окончил Мцхетскую семинарию.

В 1965 году рукоположен в диакона Патриархом Ефремом II в храме преподобного Давида Гареджийского в Тбилиси и назначен в храм святителя Николая в Батуми. 26 октября того же года рукоположен во иерея в Поти Патриархом Ефремом II в храме Иверской иконы Божией Матери. Диаконство и священство проводил в Батуми в храме святителя Николая под началом епископа Илии (Шиолашвили, ныне – Католикос-Патриарх всея Грузии). В 1966 году, во время паломничества в Почаевскую лавру, на автостанции случился инцидент с руководителем атеистической группы Максимюком, который плюнул на рясу отца Антония. Батюшка защитил честь рясы (ударил в ответ) и был осужден на год. После заключения служил с 1967 по 1968 год в Преображенском храме в Телави, а с 1968 по 1971 год – в храме святой Нины в Тбилиси. В разное время являлся настоятелем Петропавловской церкви в Тбилиси, кафедрального собора в честь Успения Божией Матери в с. Манглиси, «нижней» церкви святой Варвары в Тбилиси. Также служил в с. Цалка в храме святителя Спиридона Тримифунтского и в храме святого Михаила Тверского в Тбилиси. Был награжден правом ношения двух крестов, орденом св. равноап. князя Владимира 3-й степени от Русской Православной Церкви.

Также отцу Антонию была вручена высшая награда Грузинской Православной Церкви – орден святой равноапостольной Нины.

filaretuos

Реалии нашей жизни

Друзья и враги

Мудрые слова архимандрита Антония (Гулиашвили)

Архимандрит Антоний (в миру Александр Гулиашвили) родился в 1939 году, возле храма святого Михаила Тверского в Тбилиси. Мама русская, из Краснодара, отец — из Тбилиси. Учился в средней школе Тбилиси. После школы работал переплетчиком в издательстве «Заря Востока», техническим работником в театре им. . С шести лет «бегал» в храм, его школьным приятелем был внук протоиерея Бориса Фарафанова, клирика храма святого Михаила Тверского. Окончил Мцхетскую семинарию. В 1965 году рукоположен в диакона Патриархом Ефремом II в. храме преподобного Давида Гареджийского в Тбилиси и назначен в храм святителя Николая в Батуми. 26 октября того же года рукоположен во иерея в Поти Патриархом Ефремом II в. храме Иверской иконы Божией Матери. Диаконство и священство проводил в Батуми в храме святителя Николая под началом епископа Илии (Шиолашвили, ныне — всея Грузии). В 1966 году, во время паломничества в Почаевскую лавру, на автостанции случился инцидент с руководителем атеистической группы Максимюком, который плюнул на рясу отца Антония. Батюшка защитил честь рясы и был осужден на год. После заключения служил с 1967 по 1968 год в Преображенском храме в Телави, а с 1968 по 1971 год — в храме святой Нины в Тбилиси. В разное время являлся настоятелем Петропавловской церкви в Тбилиси, кафедрального собора в честь Успения Божией Матери в с. Манглиси, «нижней» церкви святой Варвары в Тбилиси. Также служил в с. Цалка в храме святителя Спиридона Тримифунтского и в храме святого Михаила Тверского в Тбилиси. С 1998 года по сегодняшний день является клириком храма святого Александра Невского в Тбилиси. Отец Антоний награжден правом ношения двух крестов, орденом св. равноап. князя Владимира степени от Русской Православной Церкви.

Пастырь не имеет право искушать людей оригинальными словами и экстравагантными поступками. Его обязанность — вести пасомых к спасению. Священник должен приводить людей к Богу, а не к себе, (иначе беда! ), и вместе с ними идти ко Господу.

Представьте, каково нашему Патриарху (Ильи Второму) сегодя! Слава Богу, что он удержал и Церковь и общество от раскола. Но каково было ему вынести это? Он всё хотел устроить мирным путём. Я бы назвал Святейшего Католикоса-Патриарха Илию живым мучеником наших дней, потому что ему так много приходилось и приходиться страдать.

Пока ты кушаешь деньги, ты хороший человек. Как только деньги начинают кушать тебя, ты отребье.

Кем бы человек не был — патриархом, иеромонахом, дворником, — он должен оставаться человеком, а если он возвышается в должности и начинает презирать людей, это очень нехорошо.

В тяжёлые годы атеизма, те немногие, кто ходил в храм и принимал участие в богослужении, действительно искали Бога. Они рисковали за свою веру, они могли поплатиться работой, но всё равно рисковали, их вера была настолько глубокая, что они шли и не боялись. Что касается нынешних прихожан, то многие из них просто зрители. Сегодня все вдруг стали верующими.

Если завтра, упаси Бог, объявят борьбу с Церковью, то больше половины перестанут ходить в храм, остануться единицы, преданные Христу.

Я всегда стараюсь читать шестопсалмие сам, обращаясь с искренней верой ко Господу. Когда ты осознаешь и переживаешь происходящее в храме, ты делаешься соучастником новой жизни.

Если ты верующий, то всегда помни: делая добро, обязательно столкнёшься со злом, впадёшь в грех. За добрым делом, которое примет Господь, неприменно последуют искушения, чтобы ты возроптал :»Зачем делать добро, если оно отзывается злом».

Ни чего на свете не бойся, кроме греха. У нас всё наоборот, мы всего боимся, ну, а грех. так «С кем не бывает». Сразу начинаем себя оправдывать, что без греха прожить недльзя.

Ни в коем случае нельзя отчаиваться. Отчаяние — от маловерия. Помните, что любой грех можно преодолеть. Всеми силами нужно стараться преодолеть грех, прося Бога о помощи. Если тебе посылается болезнь, то это время, отпущено тебе для покояния. Ты должен сам идти к Богу. Христос не будет ломиться в твою дверь. Он стоит и стучит. Откроешь -Он войдёт. Не откроешь — Он не войдёт. Господь ни кого не принуждает, иначе потом скажешь на Страшном Суде: «Я хотел жить иначе, но меня заставили так, и я не смог». Господь просто приглашает нас говоря :»Приходи и я тебе помогу».

Часто маловерные люди говорят «Ну как же в Церкви может происходить такое?» Как раз в Церкви «такое» и происходит. Если в миру за человеком охотится один бес, то в Церкви сто бесов следуют за ним по пятам. Этот мир и так уже весь под бесом, потому теперь он идёт и в святые места. Опасно то, что когда мы видим грехи Церкви, и начинаем о их рассуждать ведомые «праведным гневом», то забываем о собственных грехах, переходим границу, погрязаем в осуждении, сами того не замечая перестаём видеть себя и свои грехи.

Я категорически против активного мессионерства. Неужели мы должны ходить по улицам и упрашивать людей :»Придите ради Бога в Церковь»? Церковь сама должна поразить человека своей чистотой и искренностью.К Богу привлечь нельзя, Бога человек должен душою почувствовать. А помочь в этом обязан священник, своим честным благородным служением и горячей проповедью.

Есть замечательные слова «Святая Русь». Но не надо делать из этого торг. Хороший бизнесмен должен помогать Православию не только тем, что богат, но и своим моральным обликом. Христианство не в том, что я строю храм или ношу крест и одновременно посещаю казино и развлечения. Православие не нужно поддерживать. Православие можно расчленить, подарвать фундамент, но окончательно победить невозможно, так как оно утверждено не человеком, а Творцом человека — Богом. Главное чтобы человек был верующим, причащался и ходил в храм.

Священник, ни когда голодным не останется, службу отслужил, просфоры с литургии остались, вот и не помрёшь с голода.

К посту надо приучать с малолетства. А то вырастит и скажет: «Я в детстве не постился и ни чего, не умер, потому и сейчас поститься не буду!» Надо верить, что ни чего плохого с ребёнком от поста не произойдёт.

Очень важно, чтобы наши слова не расходились с нашими делами. Вот священник произносит красивую проповедь и все смотрят на него с уважением и благоговением. Вот все выходят из храма, и людям многим едва денег на метро хватает, а батюшка, садиться в «джип» и словно оправдываясь объясняет людям :»это не роскошь, а средство передвижения».

Нас так учили. Если медведь на тебя зарычит, то ласково назови его дедушкой, и всё будет хорошо. Если ты схватишь палку, медведь и палку сломает и тебя покусает. Если старший человек делает тебе замечание, промолчи, признай свою ошибку, а если начнёшь огрызаться, то сама жизнь тебя накажет.

Не переставать быть благодарным

Памяти архимандрита Антония (Гулиашвили)

В Тбилиси отпели столь многими в Сретенской обители любимого архимандрита Антония (Гулиашвили). 40 лет батюшка окормлялся у отца Иоанна (Крестьянкина), так что, часто гостя в нашем монастыре, делился с братией, и особенно с молодежью-послушниками, духом, опытом, наставлениями, традицией псково-печерского старчества.

Новопреставленного вспоминает послушник Иоанн Шевчук.

Урок высшей математики духа

Меня в свое время назначили келейником отца Антония, когда он приезжал в Москву на лечение. Я, честно говоря, его сначала побаивался – так как внешний его вид, пока ты не познакомишься, не поговоришь, кажется несколько суровым. Я даже пасовал поначалу: строгий, наверно, такой… Меня подбадривали: зри в суть, это всё, мол, видимость. И вот я поехал к батюшке в санаторий. Послушник, которого я сменял, мне всё объяснил: какие когда лекарства принимаются, на какие процедуры когда надо идти…

– Вот тебе отец Антоний, – сказал и умчал в монастырь на машине, на которой я приехал. Ему надо было на учебу, у меня же начиналась другая своего рода Академия. Духовную школу отец Антоний проходил во многом под руководством архимандрита Иоанна (Крестьянкина), у которого более 40 лет окормлялся, – а в Псково-Печерском монастыре, известно, год за несколько в академии идет.

Поначалу и отец Антоний ко мне присматривался. Первые несколько дней прошли спокойно: мы ходили по врачам, на процедуры. Батюшка уставал. Но характер у него был неугомонный. Это даже при том, что некоторые суставы уже были на металлические аналоги заменены. Но было нечто, в чем отец Антоний не мог себе отказать, – например, одним из его любимых занятий было кормить птиц.

Мы и направились к ближайшему прудику: я держал пакет, отец Антоний разбрасывал на радость тамошних уток пригоршнями хлебные крошки, на которые мы истрепали хлебные составляющие завтрака. Утки подняли просто восторженный гвалт, который был как-то адекватен и батюшкиному чувству радости жизни, хотя внешне он и был очень сдержан. Не обратив внимания на какой-то штырек, поддерживающий ограду, батюшка споткнулся, упав навзничь. У меня было ощущение, что утки разом замолкли.

Слом четырех ребер и шейки бедра, что было чревато очередной железякой в теле. Вызвали «Скорую». Я был так перепуган, что описать не могу. А батюшка сохранял присутствие и даже спокойствие духа. Именно сложные перипетии и обнаруживают, что у нас находится в глубине души… Отец Антоний был невозмутим. Это, казалось, был урок какой-то высшей математики духа: когда вычитаются остатки последнего, что тебя еще держит в этом мире, а ты в плюсе.

Начались мытарства по больницам, операция, реанимация…

Что могло батюшку привести в чувства

Отец Антоний был всегда в молитве. Он и в свои за 80 имел очень светлые ум и память. Даже врачи признавали: «Его в такой форме удерживает молитва». При том что его кололи самыми сильными обезболивающими, которые производят наркотическое действие, он все равно не терял ясности ума, как это у многих бывает.

У батюшки были огромные, прямо-таки внушительные синодики – он их читал неукоснительно каждый день. В том числе в реанимации. Насколько бы плохо ему ни было, он никогда не читал их лежа, даже после замены той самой шейки бедра, когда сидеть невероятно больно. Он садился, надевал на себя епитрахиль, на нос – очки, рядом ставили свечу – это целая история, как мы добились того, чтобы в реанимации разрешили ее зажигать, – и батюшка во всем этом реанимационном пикающем и мигающем антураже часами читал эти нескончаемо возобновляемые имена-имена-имена. Точно все эти люди проходили тут мимо, старались остановиться-задержаться, но их уже поторапливали другие…

И в реанимации он садился (это с переломом шейки бедра!), надевал на себя епитрахиль и принимался за внушительные синодики

Пусть у него и была температура, слабость, дышать тяжело… Но это всё неважно. Это никак не могло ему помешать читать эти драгоценные списки поминаемых. И еще он, конечно, читал всё свое молитвенное правило, кафизмы, Евангелие – без каких-либо скидок на то, что он, считай, при смерти. А на грани жизни и смерти он неоднократно находился.

Читать еще:  Два храма вернули верующим села Горячковка на Винничине

К смерти отец Антоний относился просто, естественно как-то. Единственное уточнял: «Боюсь умереть без покаяния». Или, бывало, скажет: «Умру – вот это тому-то отдашь, это Валере (его келейник в Грузии), то туда-то вернешь». Буквально обо всем распорядился. Но когда мы поехали в реанимацию, вдруг ожил: «А ты синодики взял. » – «Взял», – успокаиваю его, и батюшка снова принял вид тяжело больного человека.

«Хулиган в рясе», или Он мог удивлять

У отца Антония было огромное внутреннее смирение. Хотя внешне он выглядел очень солидно, был даже как-то величественен и грандиозен. С чувством достоинства. Еще и с крутым грузинским характером – это было неотъемлемо от него. Оттого-то он и вступился как-то за честь рясы, которую неизменно называл «ризой Пресвятой Богородицы», и говорил, что ничего в этом мире рясе нельзя предпочитать… Его даже в тюрьму упекли за то, что он в воздух поднял плюнувшего было на его рясу пропагандиста атеизма и бросил его так, что тот застрял в каком-то неудобном во всех смыслах положении… Про отца Антония потом газеты пестрели заголовками: «Хулиган в рясе». Но он был честен и воинственен, это в обществе тогда понятия и ценности перевернуты были.

Рясу называл «ризой Пресвятой Богородицы». А плюнувшего на рясу атеиста поднял и бросил, за что и в тюрьму попал

А батюшка всегда был и оставался невероятно прям, добр внутри. Хотя вид у него был и суровый. Но речь очень мягкая – несмотря на его обещающий чуть ли не грубое словцо вид, – глубока, содержательна. Никаких лишних слов, уж тем более «паразитов», – внятная, ясная и благородно простая. Он был весьма рассудителен – и при этом горячность в нем сохранялась, даже какая-то порывистость, особенно в том, что касалось веры. А что ее в его жизни не касалось?

При всей его самодостаточности он как-то внезапно чуть ли не преданно привязывался к людям – при масштабе его личности, опыта, круга общения, тем не менее даже к таким «соплякам», как мы, послушники-келейники, что ухаживали за ним здесь, в Москве. Он даже ждал нас, мальчишек, когда мы к нему приедем, и не скрывал этого своего ожидания и своей радости при встрече. Это было так ошеломительно. Он мог удивлять.

Вот такие, казалось бы, противоречия вычерчивают его облик и присутствие в этом мире, который сам по себе многое накладывает, калечит, как сейчас говорят – «деформирует» нас, но отец Антоний был ему точно не подвластен. Сам мог мир и людей вокруг преображать.

Спасти маму

Он был как-то потрясающе для обесценивающих всё и вся наших будней аристократичен. При том что еще и его мама родилась уже в эти дикие богоборческие времена, хлебнула всю их тяготу, лишилась родителей, прошла через детдом… Она очень долго оставалась неверующей, даже как-то ожесточенной на весь этот мир. Сына своего единственного очень любила – до того, что вешалась и травилась, когда в семинарию собрался, а потом еще и постриг решил принять.

Но ей и самой батюшка Иоанн (Крестьянкин) предрек, что не умрет, пока не примет монашество. Даже отцу Антонию, уж наверняка верящему в прозорливость отца Иоанна, тем не менее это показалось чем-то невероятным. Но его маме, которая прожила очень долго – около 95–96 лет, – был дан перед смертью этот проблеск освобождения, когда вдруг антиболевой панцирь раскололся и она стала такой, какой Бог ее и задумал, – доброй. Более 40 дней накануне смерти почти ничего не ела, трижды причастилась, отец Антоний ее пособоровал, и от его сыновьих рук она приняла постриг в иночество. С именем Феодосия.

Про маму батюшка еще такую историю рассказывал. Она сама была из горячих – русская казачка из Краснодара; отец у него грузин. И вот тот, в ком столько намешано горячей крови, весь день на приходе выслушивает взрывоопасные неурядицы: этому мерещится, что его хотят убить; тут тоже нелады у пары, что чуть ли всё не на ножах: у того ревность, у этой ярость свободы; еще кто-то занаркоманил, так что дома начинается бедлам; а тут свекровь боится, как бы невестке не сказать всё, что она о ней думает… И он весь под напряжением – вот-вот взорвется. Домой приходит… а тут – мама. И тоже – с темпераментом, которым она и его наградила.

Кстати, отец Антоний всегда на отца Иоанна (Крестьянкина) удивлялся: как же он, впуская весь этот хай-вай в себя, не взрывался с силой вышедшей из строя атомной станции (это при его-то объемах окормления)?! Задал как-то этот вопрос батюшке Иоанну, а тот подумал-подумал и, обхватив бороду: «Таким родился», – ответил. Но про себя-то отец Антоний явно такого сказать не мог…

И вот его мама встречает… Она только чиркнет какой-нибудь острой фразой, а он: ба-бах! Та голову опустит, уйдет, расплачется. Как отойдет маленько, он – к ней: так и так. Объяснит, какой у него день тяжелый: «Я же как газовый баллон… набираюсь-набираюсь-набираюсь этой взрывоактивной массы». «Но я же тебе не плитка, чтобы ты разряжался об меня!» – тут уж и та сострит. Оба рассмеются.

Как отец Антоний мог открыть перспективу иной жизни

Нам, келейникам-послушникам, тоже рядом с отцом Антонием все-таки не сказать, чтобы просто уж приходилось. Ты тоже постоянно был в колоссальном напряжении, которое, конечно, дисциплинирует-перестраивает твою душу, но это можно сравнить с костоправством – а если что-то в тебе не так опытом прежней жизни срослось? Может быть, ведь и ломать потребуется…

Мы, послушники-келейники, бывало, и изнывали. Тем более что в реанимации дежуришь сутками, уже и спать хочется, есть, помыслы, недовольство обступают. Но он нам говорил, что тоже всё это сам проходил на практике, так что хотелось выйти из своего угла, где ревешь, и патриарху броду всю по волоску повыдрать.

Он, кстати, всегда мог вот так поддержать-посочувствовать – для него весь этот опыт роста не ушел в прошлое, был актуален. Знаю, он так одному парню, когда тот в ужасе каялся в одном своем грехе, сказал: «Тебе 17, а я этот грех в 14 совершил», – вот так мог снять с души тяжесть, открыть перспективу иной жизни. Потом рассказывал, что молодой человек стал монахом на Афоне. Так и нас отец Антоний утешал: после боли Господь милостью одарит. И его слова всегда оправдывались!

Нас отец Антоний утешал: после боли Господь милостью одарит. И его слова всегда оправдывались!

«Вот меня не будет с вами, – говорил, – и ты поймешь, что не просто так отец Антоний был в твоей жизни. Ты будешь благодарен Богу за то, что у тебя был этот отрезок жизни». При этом он вовсе не возвеличивал себя – наоборот, как-то со скромностью пояснял, что хоть что-то да получишь полезное. Если сейчас это не осознаёшь, потом тебе это откроется. И так надо вообще ко всему и всем в своей жизни относиться. Потому что миром правит Промысл Божий – батюшка часто повторял слова отца Иоанна (Крестьянкина).

Часто мы с отцом Антонием и ночами сидели говорили, часа по три, а то и больше – он так интересно, по-настоящему волнующе душу говорил, цеплял какие-то самые главные струны сердечные, что неизменно уже и тогда возникало чувство благодарности. И еще рядом с ним было острое переживание присутствия Бога в твоей жизни: это Господь тебе послал отца Антония, чтобы он тебе всё это сейчас открыл!

Беспроигрышный подход к жизни

Кстати, по поводу благодарности помню его фразу: «Я по тому, как семинарист берет у меня конфетку, уже могу понять, известно ли ему чувство благодарности». Это помогало трезвиться. Никакая наигранность с ним бы и не прошла. У тебя либо есть чувство благодарности, либо его нет – и от него ничего не скроешь.

Но он и сам был точно скульптор наших душ – умел отсекать лишнее, высвобождать-очищать Богом данное, актуализировать лучшее. Настоящий духовник: он не подавлял, не лепил под себя свою вторую копию, он именно тебе тобой помогал стать. А потом говорил: «Запомни себя таким и оставайся собой».

Сам он никогда не переставал быть собою и не забывал быть неизменно благодарным всему и всем, кто только на его пути встречался. Даже если люди причиняли ему боль, все равно он их за «благодетелей» своих считал – они его внутренне чем-то обогатили. Такой у него был беспроигрышный подход к жизни.

Отблагодарить всех и каждого старался. Все врачи, которые к нему приходили, если не какой-то дар, духовно значимый, святыньку, то слово доброе, вселяющее силу, надежду получат. Еще кто кого больше врачевал. Или историю какую веселую расскажет для поднятия духа, или просто хотя бы конфетки вручит, но как-то утешит, поддержит человека и в его служении.

Когда он приезжал из Грузии, он привозил с собой невероятное количество чурчхелы – сотни штук. Еще, разумеется, вино. Всем и всюду раздавал. Он не переставал быть благодарным.

Когда Христос посреде нас

Помню, когда мы провожали отца Антония в последний раз, сажали его на поезд, то просто утирали слезы. Батюшка и сам так трогательно прощался с нами – даже взаимно всплакнул. Он очень любил Сретенский монастырь – конечно, любил и Печоры. И мы его все так полюбили! Он нас точно в самое сердце свое принял. Расстаемся и понимаем, что видим его в последний раз. Дорога в один конец. К нам отец Антоний больше не вернется – и сердце сжалось: это бесконечно дорогой нам человек, от которого можно было еще и получать подарки, переданные вот так через поколение, напрямую от отца Иоанна (Крестьянкина).

По батюшке Антонию было видно, что он очень многому от отца Иоанна научился, впитал в себя его дух, наставления. Даже это его обращение – «Деточка моя» – неизменно напоминало об отце Иоанне, и отец Антоний сам вдруг точно становился «деточкой» того, кто его так называл. Это его тоже держало в каком-то точно юном тонусе. Позволяло просто и непосредственно общаться со всеми нами – мальчишками – по-человечески, по-дружески, а не свысока и не овеществляюще-функционально: «подай-принеси». Хотя мы и сами были рады вертеться вокруг.

Именно когда сохраняется такая человечность отношений, ты совершенно невесомо носишься вокруг: одна нога тут, другая там – и просто ликуешь, нет этого сковывающего уныния, когда в тебе видят только робота-чтобы-кому-то-было-удобно, нажимают на тебе кнопки, пусть даже и твоих эмоций, и – уже не ты «вертишься», готовый ближнему, как Самому Христу, послужить, а тобою как-то по-сатанински вращают, осуществляя свои «хочу».

Это совершенно разные картины мира. У отца Антония она всегда была пусть и не по-райски – мы все-таки еще в этом тяжком мире, – но последовательно христоцентрична. Он не умерщвлял, наоборот – освобождал тебя для внутренней духовной жизни.

Дай Бог всем нам встретиться в жизни вечной.

Архимандрит Антоний (Гулиашвили)

Календарь Молитвослов Библия

  • 08.02.2021
  • 0 комментариев
  • Татиана
  • Рубрика: подвижники благочестия

Жизнь нескончаемая. Памяти новопреставленного архимандрита Антония (Гулиашвили)

Преставился ко Господу архимандрит Антоний на 82-м году, перейдя из земной жизни в вечную в день памяти новомучеников и исповедников Церкви Русской.

Кавказ в моем сердце

По милости и благодати Божией по блаженной кончине почаевского старца схиархимандрита Феодосия (Орлова), подвизавшегося после закрытия Киево-Печерской лавры в 1961 году в горах Кавказа, я получила благословение на написание книги о нем. Знакомясь с биографией этого подвижника, открыла для себя совершенно новый пласт духовной культуры: пустынножительство. Узнала и полюбила всем сердцем легендарных Глинских старцев: митрополита Зиновия (Мажугу), архимандритов Серафима (Романцова), Андроника (Лукаша), Серафима (Амелина). Ныне они прославлены в лике святых.

Так я глубже узнала об Иисусовой молитве и ее делателях, замечательных Глинских старцах, которых приютила гостеприимная Иверия после разорения их обители, познакомилась с теми из них, кто был еще жив. Тема старчества увлекла настолько, что я стала посещать места их подвигов, география которых была весьма обширной. Всемилостивый Господь подарил мне в Грузии много незабываемых встреч, каждая из которых запечатлелась на скрижалях сердца. Одним из подвижников благочестия, общение с которым стало для меня знаковым, стал архимандрит Антоний (Гулиашвили)), более 50 лет служащим в священном сане и глубоко почитаемым многочисленными чадами. Его мудрые и увлекательные рассказы о святынях, старцах и духовные наставления я готова была слушать бесконечно, обретя в них неисчерпаемый источник благодати и мудрости, а в самом батюшке — живое воплощения истинно христианской любви..

На фотографии, сделанной во время одной из встреч с ним, в верхнем углу справа он изображен с отцом Иоанном (Крестьянкиным).

Всегда невольно заслушивалась, когда он глубоко духовно, однако и не без юмора рассказывал о ныне прославленных старцах, с которыми ему довелось общаться: митрополите Зиновии (Мажуге, в схиме Серафиме,+1985), преподобноисповеднике Гаврииле (Ургебадзе,+1995)), Бетанских старцах архимандрите Иоанне (Майсурадзе,+1957) и архимандрите Георгии (в схиме Иоанне, Мхеидзе, +1962). Батюшка был хранителем ценнейших воспоминаний об этих святых, и слушать его доставляло великую духовну радость.

Примечательный факт: в келье отец Антоний, по традиции Глинских старцев, надевал на руку одну поручь

Необходимо отметить, что отец Антоний, гроб с телом которого находится сейчас в храме Александра Невского в Тбилиси, где в свое время подвизались митрополит Зиновий (Мажуга) и схиархимандрит Виталий (Сидоренко, +1992), могила которого в настоящее время является местом массового паломничества. Сам батюшка служил здесь на протяжении ряда лет.

Читать еще:  Американская жизнь глазами иеромонаха из Киева

Он много рассказывал об отце Виталии, и его живое, яркое повествование навсегда запечатлелось в памяти, как, впрочем, и рассказ отца Мардария, в схиме Алексия (Данилова.+2009), с которым мне посчастливилось общаться незадолго до его кончины. Однако это, как и другие рассказы батюшки, — тема отдельного разговора, и я обязательно вернусь к ним в следующих публикациях.

Но особенно оживлялся батюшка при упоминании об архимандрите Иоанне (Крестьянкине), духовным чадом которого он являлся и которого глубоко почитал. Лицо его оживлялось, в глазах появлялось какое-то особенное тепло, а голос становился еще более проникновенным.

Отца Антония всегда было очень приятно слушать. Он был нетороплив, сдержан, говорил негромко, но четко и как-то задушевно, с легким юмором, внимательно выслушивая вопросы и отвечая на них подробно и терпеливо.

Несколько раз я ловила себя на чувстве, что отец Иоанн (Крестьянкин) пребывал при общении, — батюшка так часто вспоминал о своем духовнике, что создавалось устойчивое ощущение его незримого присутствия. Да, очевидно, так и было, ибо отец Иоанн жил в его благодарной памяти. В течение последних 40 лет жизни отца Иоанна (Крестьянкина) отец Антоний был его духовным чадом, и, хотя сам он более полувека пребывал в священном сане(в этом году было бы 55 лет), старцу он внимал с благоговением и сыновней любовью
Обратимся к воспоминаниям.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) в воспоминаниях отца Антония (Гулиашвили)

«Впервые я приехал в Печоры, — поведал отец Антоний, — со своей мамой и послушником.

Мы очень хотели попасть в пещеры, но это было практически невозможным: народу было множество, и мы понимали, что никто нас вперед не пропустит. Вдруг увидели, как ведут какого-то старичка, рядом с которым находится келейник. Как оказалось, это и был отец Иоанн.

«Феодосьюшка, пойдем со мной»

Люди оживились, стали проталкиваться к нему. Мы же не предпринимали никаких усилий, считая их безнадежными. Однако произошло неожиданное. Проходя мимо нас, он вдруг остановился, подвинул окружавших его людей и взял маму за руку.

«Феодосьюшка, пойдем со мной», — ласково сказал он, назвав ее по имени. Мама впоследствии вспоминала, что у нее буквально ноги отнялись от неожиданности: ведь старец видел ее впервые в жизни.
Позже, когда я уже на правах духовного чада приезжал к нему за советом и наставлением, он всегда спрашивал о ней и в ответ на мои сетования о ее слабой вере неизменно утешал: «Ничего, ничего, она еще иночество примет».

При всем уважении к старцу я не мог в это поверить, зная негативное отношение мамы к церкви и тому, что я принял монашество.

Однако ни одно слово старца не пропало втуне. Предсказание батюшки сбылось незадолго до кончины мамы: по благословению Святейшего Патриарха Илии II я собственноручно постриг ее в иночество. Удивительно и то, что до этого она 48 дней Великого поста ничего не вкушала, потребляя лишь воду в очень незначительном количестве, зато трижды причастилась, попросила у меня прощения и, наконец, выразила желание стать инокиней. Так батюшка ее вымолил. Нужно ли говорить, что после этого я доверял ему безгранично?

Исцеление по молитвам старца

Был еще один случай.

У меня странный организм. Иммунитет ослаблен, и стоит заболеть, как это превращается в колоссальную проблему. То, что у других проходит быстро, затягивается на недели и месяцы.

11 лет назад мне пришлось пережить сложную операцию на сердце. Люди после такой операции выходят на десятый день, а я провел 51 день в реанимации, а потом пролежал еще полгода.

Приходили врачи, профессора и все разводили руками. Профессор, который делал операцию, был уверен, что я не выживу и даже позвонил отцу Тихону (Шевкунову), предложив забрать меня умирать вне стен больницы.

Но я был уверен, что выживу, потому что так отцу Тихону сказал мой дорогой духовник. Поэтому я ничего не боялся.

Да и как я мог умереть? В Священном Писании сказано: «Не хочу смерти грешника», а у меня еще столько нераскаянных грехов! Так вот и живу: грешу и снова каюсь, надеясь на милость Божию».

Отец Иоанн (Крестьянкин) и архимандрит (ныне епископ) Тихон (Шевкунов)

В гостях у отца Антония

Вспоминаю встречу, коорая, как оказалась, стала последней. Необходимо отметить, что отец Антоний, тога уже тяжело больной, несмотря на нездоровье, любезно согласился встретиться со мной непосредственно перед тем, как должен был ложиться в больницу.

Тем не менее он терпеливо отвечал на мои вопросы, и, к слову, сказал, что не понимает тех священников, которые не открыты для общения с паствой двадцать четыре часа в сутки.

Встреча происходила в присутствии Левана Мамаладзе — частого гостя у отца Антония. Он трогательно заботился о его здоровье и всегда был готов помочь с медицинским обслуживанием.

Мы достаточно долго говорили о новопреставленном архимандрите Филарете (Кудинове, 2017), которого батюшка считал воплощением смирения, о нестяжательности схиархимандрита Исаии (Коровая, +2011), о схиархимандрите Виталии (Сидоренко).

Батюшка вспоминал о пребывании на Украине, конфликте с властями и тюремном заключении. Но ответ на любой мой вопрос так или иначе сводился к упоминанию об отце Иоанне (Крестьянкине), через восприятие которого он рассматривал любое событие из своей жизни.

Так, когда я задала ему вопрос о том, как батюшка относился к ИНН, отец Антоний вспомнил, как однажды, переживая по этому поводу, приехал к отцу Иоанну без предварительного звонка.

Всегда ранее, прежде чем отправиться в путь, он испрашивал благословения старца. На этот раз приехал самочинно и при общении отец Иоанн неоднократно косвенно напомнил ему об этом, трижды повторив во время беседы: «А я думал, что ты – верующий».

Так и в вопросе, который волновал отца Антония: все в Боге, и ни к чему нельзя относиться по-фарисейски.

Последние дни земной жизни старца

Когда отец Антоний коснулся последних дней жизни своего старца, лицо его стало печальным.

Он с горечью рассказывал, что последнее время отец Иоанн сильно болел, и приезжал он к нему несколько раз, несмотря на то, что сам еще не оправился после операции и дальние переезды были ему категорически запрещены. Последняя встреча с духовником состоялась незадолго до его кончины.
«Я был у него за пять дней до смерти. — изменившимся голосом, как-то особенно проникновенно сказал отец Антоний. — После операции мне было запрещено и земным транспортом пользоваться, и воздушным, но я полетел, не задумываясь над последствиями.

Келейница старца, Татьяна Сергеевна, говорит: «Он совсем плох». Отец Филарет меня пускать не хочет, а я стою на своем: мне надо повидать батюшку, я приехал за «бензином, на заправку», пустым не уеду.

Наконец отец Филарет сдался: «Посмотри на него: он ненормальный. — махнул рукой он. -Давай пустим его».

И меня пустили. Это была прощальная встреча».

Известие о кончине старца

Вскоре после вовращения в Тбилиси из Печор прилетело печальное известие.

«Вернулся – а через пять дней получил сообщение о смерти батюшки. И я полетел снова.

Искушения были невероятные. То самолет задержался, то поезд. В Печорах холодно, минус 37. Чувствуя, что так я могу опоздать на погребение, я слезно взмолился: «Батюшка, неужели ты хочешь, чтобы я опоздал?» И отец Иоанн услышал меня: все устроилось наилучшим образом.

Когда я добрался до места, заупокойная литургия еще не завершилась. Так что, слава Богу, и послужить успел, и попрощаться. Так, по молитвам своего дорогого духовника скорбь расставания превратилась в светлую Пасхальную радость. Потому что смерти — нет, и я дерзаю надеяться на встречу с ним в блаженной Вечности.

Отец Антоний говорил о смерти как о чем-то обыденном, и обилие цветов возле его кельи доббавляло в общение светлое ощущение торжества всепобеждающей жизни.

«Всегда, когда имею возможность, -продолжил он свой рассказ о старце, — стараюсь приехать в Печоры и уезжаю оттуда, исполненный Пасхальной радости. Даже здоровье заметно улучшается. Ни в одном санатории так хорошо себя не чувствовал. Обязательно посещаю его келию, где не единожды сидел с ним на диванчике порой до четырех, до пяти утра. Удивительно, но порой уезжаю даже более счастливым, чем при его жизни».

Наша беседа с батюшкой затянулась, и я испытывала неловкость, что утруждаю отца Антония, и из-за меня он опаздывает в больницу. Было, конечно, невероятно интересно, и совершенно не хотелась расставаться, да и батюшка не торопился. Воспоминания согревали ему душу, и он преображался на глазах, лицо становилось моложе, — его оживотворяли красивые, задумчивые глаза, в которых, казалось, отражается Вселенная…

Несколько раз я прощалась с ним, но батюшка был так радушен, так светел, что хотелось продлить радость общения, и Господь, внимающий сокровенным желаниям нашего сердца, продлевал это незабываемое общение.

Когда я попросила благословение сфотографировать его на молитвенную память, отец Антоний безропотно встал, причесал бороду, поправил крест, осмотрел подрясник и предложил выбрать удобное место, а потом еще долго и терпеливо переносил все мои суетливые перемещения, стараясь в точности выполнять просимое. Когда же я, наконец, набралась сил и попрощалась с ним, он ласково приобнял меня и благословил на дорогу. И я знала, — перелет обязательно будет благополучным.

На память о встрече батюшка. к моей величайшей радости, предложил сделать фотографию.

Какое высокое смирение! Какая любовь ко всем нам, суетным, праздным, помышляющим о дне сегодняшнем и так мало думающим о Вечности!

Уходя от старца, я уносила в сердце чувство величайшей благодарности за его терпение и мудрость. Таким он навсегда остался в моем сердца. Упокой, Господи, его высокую чистую душу!

Архимандрит Антоний (Гулиашвили)

Я рос и воспитывался в лоне Грузинской Православной Церкви, с детства посещал русский приход, учился в русской школе. В юности, хотя у меня и было огромное желание, я не имел возможности посещать монастыри и храмы России. Осуществить это желание впервые мне удалось уже священнослужителем, в 1972-1973 годах.

Будучи много наслышан о Псково-Печерском монастыре и его старцах, я приехав в Псков, а оттуда по благословению митрополита Иоанна поехал в Печоры, в монастырь. Вот там, в монастыре, я и удостоился милости Божией — я встретился со старцем о. Иоанном, в то время еще довольно бодрым и общительным.

Я попросился к батюшке на прием, хотя многие говорили мне, что это невозможно: к батюшке много желающих, а ты, мол, только приехал и хочешь сразу к нему попасть. Тем не менее, батюшка меня принял и долго беседовал со мной, давая наставления. В эту поездку батюшка еще принимал меня, а когда я уезжал домой, то передал со мной подарок нашему патриарху. С тех пор я стараюсь по возможности на Успение Божией Матери бывать в обители.

В 1986 году мы с мамой и моим послушником приехали в Печоры. В этот день отмечали сороковой день с момента кончины епископа Феодора, пребывавшего на покое в монастыре. В монастыре узнали, что батюшка будет служить панихиду в пещерах, где был погребен владыка Феодор. Мы приложились к образу Успения Божией Матери и стали пробираться сквозь толпу богомольцев к пещерам. Вход был закрыт, ждали отца Иоанна. Никакой надежды попасть в пещеры не было, но мы надеялись хотя бы увидеть батюшку.

И вдруг толпа зашевелилась: «Батюшка идет, батюшка идет», ? и все стали расступаться, создавая коридор для прохода. Наконец появился отец Иоанн, как всегда с добрым выражением лица, как на крыльях летящий, в сопровождении своего послушника Вани (будущего архимандрита Филарета). «Господи, помоги приблизиться к батюшке!» Глядя на батюшку, мы видели на его лице свет и чистоту, мы видели его милость и любовь ко всем нам. Всех согревала его улыбка. Неожиданно он взял за руку мою маму, и мы втроем пошли с батюшкой в пещеры. В тот же день я попал к батюшке, он благословил меня, и мы долго беседовали. Прощаясь, батюшка сказал мне: «Я всегда рад принимать гостей из Грузии». А братии сказал: «Это с Иверской страны — его надо утешить». Так скрепилась наша любовь и теплые отношения со старцем.

Мои ежегодные поездки (я бы ездил хоть каждый месяц) меня привязали не только к старцу и обители, но и к братии. Это были милые и добрые молитвенники. Правда, иногда мой приезд вызвал и ревность. Братия в шутку говорили: «Ну все, пока этот грузин не уедет, к батюшке не попасть».

Эти поездки превратились для меня в потребность. Хотя бы один раз в год, к престольному празднике в монастыре, я обязательно приезжал к батюшке, получал наставления и ответы на все мои вопросы, которые я сам не брался решать. Как-то в присутствии нескольких братии я сказал: «Приезжая к отцу Иоанну, я как бы получаю заправку на целый год». И потом, встречая меня, в монастыре говорили: «Приехал на заправку».

Уезжая из монастыря, я всегда чувствовал себя обогащенным. Никогда не смогу забыть всей той любви и теплоты, которую мне оказывал отец Иоанн. Уже старенький, уставший после всенощного бдения (а в монастыре бдение оканчивалось очень поздно), батюшка мне шептал: «Пойди, попей чайку, а потом приходи в келью, побеседуем». Эти беседы затягивались иногда до двух-трех часов ночи. Но я не то что не уставал, даже и не хотел уходить. Я лишний раз боялся пошевельнуться, находясь рядом с таким отцом и наставником. Впитывал в себя каждое слово отца Иоанна. К сожалению, по молодости я не все исполнял, но, во всяком случае, отец Иоанн стал для меня родным и дорогим наставником. Все это продолжалось много лет, укреплялась отцовcкая любовь, и я в себе, как в христианине и священнослужителе, стал чувствовать перемену к лучшему. Это было заслугой отца Иоанна.

Читать еще:  Помощь детской больнице оказала Запорожская епархия УПЦ

Меня всегда удивляло, что батюшка всегда был одинаков. Он никогда никого не ругал, но ему было достаточно взглянуть на тебя, и сразу становилось понятно, прав ты или нет.

Очень интересен такой случай. Батюшка, уже склонившись к глубокой старости, летом ненадолго уезжал на так называемый отдых. Случилось, что я приехал, а батюшки нет. Нетрудно представить мое состояние — приехал насладиться, накормиться, напиться живой воды, а кормильца и колодца нет. С унынием я подошел к батюшкиной келье и встретился с его послушницей, матушкой Марией (у нее была интересная фамилия — Владыко). И она посоветовала мне: «Вот какая печаль, батюшки нет. Но ты, отче, хотя бы в келью войди, ведь духом он здесь. Помолись, поговори с отцом». Я зашел в келью, как всегда сделал три поклона у святого угла и присел на диванчик, на котором в продолжении многих лет беседовал с батюшкой. Трудно представить себе, что произошло со мной в эти минуты. Никогда я не уезжал из монастыря с такой радостью и с таким богатством, как в тот год. Я удивлялся: «Чему ты радуешься? Ведь ты не встретился с батюшкой». Но радость переполняла всю мою душу, потому что я, хоть и не виделся с батюшкой, но чувствовал его, когда сидел на этом диванчике.

Стареет батюшка, и я уже реже стал появляться в монастыре. И вот после последней поездки в Печерский монастырь, по приезде в Москву, я обследовался у врачей-кардиологов, и мне предложили операцию на сердце. Я сказал: «Без благословения патриарха и старца не могу дать согласия». Мне дали срок — две недели, и я уехал домой. Через две недели приехал уже на операцию. Страха у меня не было, я знал, что дорогой батюшка и вся братия молятся за меня, а молитва старца — это свято. Перед операцией мне должны были сбрить бороду и сказали, что я должен есть жирную и мясную пищу, а наступал Великий пост. Я никак не соглашался и был в смущении.

Дай Бог здравия отцу Тихону, наместнику Сретенского монастыря, который много помог мне в эти трудные дни и месяцы. Он прямо из реанимационной палаты позвонил отцу Иоанну, батюшка поговорил со мной. Пять или шесть слов было сказано отцом Иоанном мне тогда, их не обязательно оглашать, но эти слова вызвали у меня и слезы, и радость: я почувствовал отеческую заботу и заступничество.

Без всякого страха я пошел на операцию. Единственное, чего я боялся и просил у Господа, — это чтобы не было ропота. Оптинские старцы пишут: «Дай мне, Господи, все воспринять как посланное от Тебя». Благодарю Господа, что за все пять месяцев, которые я провел в больнице (из них 51 день — в реанимации), я ни разу не возроптал, но все время перед глазами у меня был дорогой батюшка отец Иоанн, который поддерживал меня духом, который молился за меня. Верю, что и сейчас молится, потому что я смог еще раз произнести слова «Христос воскресе!», хотя очень мало надежды было на мое выздоровление. Господь дал мне здравие по молитвам.

Об отце Иоанне можно говорить не только часами, но и годами, удивительно то, что все можно сказать и двумя словами. Он — носитель духа своего покровителя — апостола любви Иоанна Богослова. И действительно, и стар и млад, и с радостью и с горем приезжая к нему, все получают утешение.

Помню, как у нас в Тбилиси две русские матушки, находившиеся при мне в храме, попросили благословения уехать в Россию. Я решил послать их к отцу Иоанну, спросить его совета, а сам молитвенно просил Бога, чтобы батюшка оставил их при мне. Отец Иоанн с радостью принял их, выслушал и сказал: «До конца оставайтесь со своим батюшкой». Так и случилось: обеих матушек, монахиню Аскитрию и инокиню Анастасию, хоронил я. Царство им Небесное! И это тоже была мне помощь от батюшки — мне трудно было бы без них.

Вот все, что я хотел рассказать о батюшке Иоанне. Еще раз повторяю, что об отце Иоанне можно говорить годами и не выговоришь всего того, что мы получали и получаем от него. Иногда мне кажется, что отец Иоанн — это небожитель, посланный к нам с Небес для назидания, научения, укрепления. И я глубоко верю, что отец Иоанн и после отхода в иной мир никогда не оставит нас без своей теплой молитвы. Это меня вдохновляет, укрепляет и дает силы со смирением и чувством ответственности перед Господом и старцем служить Матери-Церкви.

Юлия Вознесенская: орудия нашего служения – слово и сердце

Публикация на портале Православие.ру 10 сентября 2013 года
11 сентября 2013 г.

Ежегодно 10 сентября Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) при поддержке Международной ассоциации по предотвращению самоубийств (International Association for Suicide Prevention) проводит Всемирный день предотвращения самоубийств (World Suicide Prevention Day). Цель этого дня – поощрение деятельности по предотвращению самоубийств во всем мире. Сегодня, в день борьбы с суицидами, известная писательница Юлия Вознесенская – один из модераторов сайта по предотвращению самоубийств «Победишь.ру» (http://www.pobedish.ru/) – рассказала об этой мало кому известной стороне ее деятельности.

– ЮЛИЯ НИКОЛАЕВНА, СЕГОДНЯ, В ДЕНЬ БОРЬБЫ С СУИЦИДАМИ В МИРЕ, ВЫ ЛЮБЕЗНО СОГЛАСИЛИСЬ ПОГОВОРИТЬ ОБ ЭТОЙ ЧРЕЗВЫЧАЙНО СЕРЬЕЗНОЙ ТЕМЕ. ОДНАКО БОЛЬШИНСТВО ВАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ И ПОЧИТАТЕЛЕЙ НЕ ЗНАЮТ О ВАШЕМ СЛУЖЕНИИ НА ЭТОМ ПОПРИЩЕ.

– Спасибо вам большое, Ирина, за это слово – СЛУЖЕНИЕ. В отношении литературы я бы постеснялась его к себе примерять, а вот в отношении антисуицидного форума «Победишь» и примеряю, и принимаю. Волонтерская работа на форуме – это именно служение.

Помните, как определял свое призвание герой Дж. Сэлинджера Холден Колфилд в романе «Над пропастью во ржи»? Подросток говорит своей младшей сестренке: «Понимаешь, я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей и кругом – ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы над пропастью, понимаешь? И мое дело – ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть». Только у нас не пропасть, а страшное топкое болото и «ребятишки» наши, а в большинстве своем посетители сайта это молодые люди, уже ступили в это болото, уже начинают в нем утопать. А у нас нет ни спасательных кругов, ни веревок, ни плотов, ни багров – одно только слово, с которым надо немедленно выйти к тому, кто обратился на сайт, в его «гостевую» (это что-то вроде приемного покоя, где можно разместить свою просьбу о помощи) или на форум. Ну и сердце, конечно, без сердца на нашем сайте делать нечего. Да, вот так бы я орудия этого служения и определила – «слово и сердце».

– РАССКАЖИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, О ВАШЕЙ КОМАНДЕ И О ТОМ, КАК ПОЯВИЛОСЬ ЭТО СЛУЖЕНИЕ, С ЧЕМ ОНО СВЯЗАНО?

– Антисуицидный сайт «Победишь.ру» является частью основанного в 2006 году Дмитрием Геннадиевичем Семеником Интернет-проекта «Пережить.ру» (http://www.perejit.ru/), отвечающего на вопрос «Как пережить уход любимого человека?» Сайт «Победишь.ру» был открыт двумя годами позже, в 2008 году, поскольку число потенциальных самоубийц, обратившихся за помощью на «Пережить.ру», было ужасающе велико. Разве это не страшно, что посещаемость сайта – около 6500 человек в день? Считаю заслугой нашей команды добровольцев (среди 50-ти человек есть психологи, психиатры, священники), что более 20 тысяч человек заявили, что сайт спас их от суицида. На сайте размещены десятки тысяч положительных отзывов о его работе. По материалам сайта изданы три книги – это единственные реально существующие и помогающие в России антисуицидные книги, адресованные самоубийцам (а не, извините, белиберда, написанная псевдоспециалистами для психологов). Кстати, представители сайта вошли в число экспертов Роспотребнадзора, которые анализируют сайты на предмет суицидоопасности. Активисты проекта обучали профилактике суицида преподавателей вузов в Белоруссии и офицеров в России.

– А КАК ВЫ ОКАЗАЛИСЬ В ЧИСЛЕ ВОЛОНТЕРОВ АНТИСУИЦИДНОГО САЙТА?

– Все началось с того, что мы познакомились в Москве с «доктором Мишенькой» – психологом Михаилом Игоревичем Хасьминским – и его коллегой доктором Инной Мирзоевой. Он работал психологом в Онкологическом центре им. Блохина и хосписе для детей с онкологическими заболеваниями. Они попросили меня надписать «несколько книг» для больных раком ребятишек. Отказать я, естественно, не могла. Мы встретились в ресторанчике-поплавке на берегу Джамгаровского пруда, и дорогие мои врачи выставили передо мной два пластиковых мешка моих книг: «Вот, надпишите!» Конечно, можно было бы, наверное, и просто так надписать всем подряд, но доктор Мишенька сразу начал рассказывать о больных детках, и я стала писать каждому индивидуально, задавшись целью обрадовать, подбодрить каждого больного ребенка. Не помню уж, сколько времени мы этим занимались, но долго. Я писала, психологи мои читали и подсказывали. Тут доктор Мишенька заявил, что эти надписи, как и книги, будут иметь «терапевтический эффект». «Это же оздоровительные таблетки!» – сказал он и тут же пригласил меня работать волонтером на сайт-проекте «Пережить. ру», недавно основанным Дмитрием Семеником для помощи людям, переживающим душевный кризис. В этот же проект входит и сайт «Победишь.ру», отпочковавшийся от него позже как сугубо антисуицидный.

– ВАС ЛИЧНО ИЛИ ВАШИХ РОДНЫХ И ЗНАКОМЫХ ХОТЬ РАЗ ПОСЕЩАЛИ МЫСЛИ О САМОУБИЙСТВЕ?

– Слава Богу, нет. Даже никогда не слыхала, чтобы кто-то из дальних родственников или предков оказался на этом страшном краю жизни. Но, исключая небольшое число либералов-атеистов, все родственники и предки были православными, а ведь хорошо известно, что среди верующих крайне низок процент суицидников. Можно даже сказать, что это психически больные люди, а не просто люди, переживающие какой-то душевный кризис.

– КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЧТО ЕЩЕ МОГУТ СДЕЛАТЬ ГОСУДАРСТВО, ЦЕРКОВЬ И ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ В ДОПОЛНЕНИЕ К ТОМУ СЛУЖЕНИЮ, КОТОРЫМ ВЫ И ДРУГИЕ ВОЛОНТЕРЫ ЗАНИМАЕТЕСЬ НА САЙТЕ «ПОБЕДИШЬ.РУ»?

– Прежде всего, я считаю, надо откровенно и четко обозначить проблему, а не замалчивать ее по старой советской привычке. Тем более не следует бороться с единственным сайтом такого масштаба, который обнажает наболевшую проблему суицида. А такое случается: время от времени кто-то «наверху» вдруг обнаруживает сайт, который борется с суицидными настроениями в обществе, в первую очередь среди молодежи, и по какой-то странной тенденции старается устранить не зло, а тех, кто борется с этим злом. Как будто вопрос исчезнет, если его закрыть! Не обольщайтесь, не исчезнет. Никто не должен «бороться» со злом, устраняя активных и самоотверженных волонтеров, которые борются с ним. Мы должны откровенно признать, что суицид у нас в стране есть, что это великое социальное зло и бороться с ним необходимо всем вместе и на всех уровнях.

– КАКОВЫ НЕДОСТАТКИ ЭТОГО САЙТА?

– Честно-честно? Недостатков я не вижу. У нас и провалов-то в работе практически нет. Конечно, трудности есть, и в первую очередь это постоянная нехватка волонтеров. Вы поймите, Ирина, что работа на сайте очень сложна, многие трудятся буквально на износ, «на выгорание», говоря профессиональным языком психологов. Время от времени приходится брать отпуск, чтобы восстановиться. Ну, мне-то в последнее время стало легче: я болею и время от времени ложусь в больницу – там и отдыхаю. И многие так же. У нас ведь есть и инвалиды, и просто очень больные люди, в том числе и онкобольные. А некоторые не выдерживают и сходят «с дистанции» волонтерской помощи. Что ж, это в порядке вещей, и спасибо им за то, что они успели сделать.

– А ПОТЕНЦИАЛ ЕСТЬ У ВАШЕГО САЙТА?

Что касается потенциала, то сайт постоянно развивается, меняется, это очень живой и творческий процесс. Опять же «честно-честно» признаюсь вам, что считаю работу на «Победишь» едва ли не важнее своего творчества. Во всяком случае, советь меня не гложет, если я по состоянию здоровья или по настроению не работаю над книгами. А вот пропустить день и не выйти на сайт – этого я, пожалуй, просто не могу себе позволить. Совесть не велит. Я ведь больна, и мне надо спешить делать добро.

Справка

По данным ВОЗ, общее количество смертей от суицида сейчас приближается к миллиону в год. Тенденции таковы, что к 2020 году число самоубийств может возрасти в полтора раза. Суицид – это глобальная и трагическая проблема для мирового здравоохранения. По статистике, половина случаев насильственной смерти в мире приходится на самоубийства, в результате которых в мире умирает столько же людей, сколько в результате войн и насильственных убийств, вместе взятых.

Протоиерей Андрей Ткачёв:

. Бедность была жуткая, а души были золотые. Ризы были мешковинные, Чаши – деревянные, а души – золотые. Это то, чего нам не хватает сегодня. С Чашами золотыми проблем нет, только души деревянные. У нас парча, вот это из Греции, а это из Египта, а это из Америки, ладан с Афона, колокольчики-бубенчики на кадилах… – всё.

Протоиерей Андрей Ткачёв:

. человек рождается дважды – как яйцо и как цыплёнок. Если нас просто выносить, но не согреть, не выучить, не воспитать – мы будем Маугли.

29 сентября 2021

Протоиерей Андрей Ткачёв:

. Таких людей не бывает много. Захоти любой среднестатистический батюшка унаследовать подобный образ жизни, а вслед за ним — благодатные дарования отца Алексия, порыв его утихнет и «бензин закончится» очень быстро. Далее может начаться «стук в моторе» и капитальный ремонт. Тайна подлинной святости сродни тайне истинной гениальности.

27 сентября 2021

. что-то мне эта бутылка не понравилась. Я её взял и перекрестил по всем правилам. И что ты думаешь — вино цвет поменяло! У нас на глазах! Стало каким-то мутно-красным.

Анонсы

31 октября 2021

Фотоальбомы

Фотоальбом по материалам паломническо поездки московских педагогов («Алтарь Отечества», Ассоциация учителей Православной культуры города Москвы) в Северную Осетию 2-7 октября 2020 года.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector