0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кроткая ли «кроткая»? Достоевский о самоубийствах

Кроткая

Фёдор Достоевский

  • Бумажная

22 августа 2021 г. 17:41

3 Быстрая.

Всегда сложно писать отзывы и рецензии на произведения классиков, так как в большинстве своём они известны в сюжетном и смысловом плане, однако высказаться хочется, что сейчас и будет сделано.

Достоевский — не самый мой любимый писатель среди великих классиков, мне не нравится его большая проза, кроме «Бесов», но его малые произведения я очень люблю. «Сон смешного человека», «Записки из подполья» — одни из любимейших моих произведений. И вот прочитал повесть, которую сам Достоевский назвал «фантастическим рассказом».

Сюжет автор раскрывает в самом начале прямым текстом, говоря, что речь пойдёт о муже, чья жена покончила с собой. Собственно и всё речь в повести идёт о взаимоотношениях человека с женой и эти отношения заканчиваются печально.

Главный же плюс произведения — это ритм, оно не…

1 мая 2021 г. 13:06

Повесть эта в определенном смысле такая «трамплинная» перед «Братьями Карамазовыми» вещь у писателя получилась, — кажется Достоевскому было необходимо закрыть женскую тему «Неточек Незвановых» и через «Кроткую» перейти к Грушеньке (ибо «карамазовская» Катерина Ивановна находится в близкой, но немного другой «парадигме» Настасьи Филипповны из «Идиота»). В преамбуле Федор Михайлович, (почти) как всегда «подстраховывается» (от обвинений в плохом, с точки зрения «литературы» языке): «рассказывающий», как обычно, заранее говорит здесь, что он «не литератор». Подстраховывается, потому что Достоевскому важно передать эмоциональные состояния героев (а эмоциональные состояния, они по определению малолитературны, они дёрганы.. они идут потоками, они трудночитаемы.. они всегда на грани.. срыва и…

7 мая 2021 г. 17:59

Писатель поначалу обращается к самому естественному желанию любого человека — желанию быть нужным. А затем показывает, как мужчина, наигравшись, начинает извращаться над первым в жизни чувством юного, ничего хорошего не видевшего, ничего положительного не испытавшего юного существа. Садизм и желание властвовать, стремление впиться в горло слабому, в его незащищённую, с бьющимся пульсом шею и разорвать её одурманивают. Не является ли это желание стремлением отомстить? Личные комплексы, детские травмы? По треугольнику Карпмана, подозреваю, если сейчас он тиран и зверь, то потому, что ранее сам был жертвой и изгоем. Поэтому преклонение молодой жены становится из лестного ненужным, неценным. Более того, герой начинает испытывать от попирания её гордости и чувства человеческого…

13 марта 2021 г. 18:48

5 Silentium

Молчи, скрывайся и таи И чувства и мечты свои — Пускай в душевной глубине Встают и заходят оне

Почитал чужие рецензии. Заметил как много людей говорят о пресловутом молчании героя. Некоторые полагают, что герой молчал, чтобы жена «сама всё поняла». Я уже и сам стал подумывать о том, чтобы отмолчаться. Кто меня знает и так всё поймёт. И без отзыва. Но потом я заметил, что рецензенты, пишущие о молчании героя делятся на два лагеря. А поскольку я не смог примкнуть ни к одному из них, то всё-таки решил написать. Одни читатели сочувствуют героям, которым «только и нужно было что поговорить по душам«. И тогда все их проблемы решились бы, как по мановению волшебной палочки. Но позвольте! Как же они могли «всего лишь поговорить» если рассказчик только и говорит что о своём молчании, как о…

Диалог в «кроткой»

Е. А. ГАРИЧЕВА

ДИАЛОГ В «КРОТКОЙ» Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО[1]

В контексте напряженных размышлений о судьбе русской женщины следует рассматривать «фантастический рассказ» Достоевского «Кроткая» (1876). Героиня, покончившая жизнь самоубийством, появилась после фактов самоубийства в текущей действительности, которые потрясли писателя: дочь Герцена, акушерка Писарева, швея Борисова. Достоевский пытается ответить на вопрос, почему Писарева, приехавшая учиться в Петербург и получившая образование, кончает жизнь самоубийством: «Усталость, апатия. Живая натура. Не вытерпела и разочаровалась. Прокляла» (24, 219); «Отчего Писарева устала и отравилась: не нашла требований духу» (24, 227). Это приводит его к обобщению: «Жаль, что женщина слаба, устает, не выносит разочарования» (24, 200).

Впрочем, писатель понимает, что мотивы у самоубийц могут быть разные. Поэтому он противопоставляет смерть дочери Герцена смерти Борисовой: «1) Две смерти. Дочь Герцена. Холодный мрак и скука. Мачеха. 2) Потом из окна с образом. Смиренное самоубийство. Мир Божий не для меня. Как-то потом долго думается» (24, 275).

Желание исследовать тип «кроткой» прослеживается в первоначальных заголовках рассказа: «Девушка с образом», «Запуганная» (24, 381, 385). По мнению комментаторов к ПСС, разделение на хищный и смирный тип Достоевский заимствовал у А. Григорьева (24, 460).

Одним из первых заметил повторяющийся тип характера у Достоевского : «…Люди, которых человеческое достоинство оскорблено, являются нам у Достоевского в двух главных типах: кротком и ожесточенном… Первые не делают уже никакого протеста, склоняются под тяжестью своего положения и серьезно начинают уверять себя, что они – нуль…»[2]. Очевидно, что исследователь выделяет такой критерий, определяющий типологию характеров, как сохранение достоинства, определение своего места в мире. Кроткий – это не сопротивляющийся давлению и не сохраняющий своего достоинства человек.

Но есть и другой тип кроткого. Его соотнес с социально-нравственным идеалом Достоевского, раскрытом в статье «Социализм и христианство»[3]. На первом этапе – патриархальности – «человек живет непосредственно», на втором этапе – цивилизации – человек «теряет источник живой жизни», руководствуясь разумом, утрачивает веру и обособляется от других, на третьем этапе – христианстве – отдельный человек добровольно и сознательно отрекается от своеволия и, отдавая себя другим, но не растворяясь в общем, достигает высшего единения со всеми (20, 191-192).

Св. Ефрем Сирин утверждает, что выработать в себе смиренномудрие можно лишь в непрестанной борьбе с гордостью, человекоугодием и тщеславием[4]. Обращаясь к Посланию Апостола Павла, он создает образ воина Христова, который в борьбе со своими страстями обретает покой в Боге: «Итак войди в себя, возлюбленный, и возвратись в покой твой. Облекись в броню веры, возложи на себя шлем спасения, восприми меч Духа Святого, иже есть глагол Божий (Еф. 6:17). Будь для единодушных братий образцем кроткого нрава. И высшие да подивятся терпению твоему. Да возрадуется о доблести твоей и живущий в тебе Дух Святый»[5]. Именно такое понимание кротости содержится в размышлениях Достоевского о «Дворянском гнезде» Тургенева, которое вошло в «Дневник писателя»: «Кроткий человек не мстит, проходит мимо, но примириться со злом и сделать хоть малейшую нравственную уступку ему в душе своей он не может» (22, 189). Такой тип кроткого, по мнению писателя, несет в себе лучшие качества русского человека.

Этот тип кроткой показан Достоевским в одноименном рассказе 1876 года. , справедливо указывая на сложность и противоречивость образа героини, не рассмотрела его в развитии, в изменении, и не соотнесла это с изменением Закладчика[6].

Рассказчик понимает, что героиня смиренна от природы: «Добрые и кроткие не долго сопротивляются и хоть вовсе не очень открываются, но от разговора увернуться никак не умеют…» (24, 8). Она сохраняет в себе ребенка, который зависим от родителей и боится чужих: «Была она такая тоненькая, белокуренькая, средне-высокого роста; со мной всегда мешковата, как будто конфузилась (я думаю, и со всеми чужими была такая же …» (24, 6). Автор называет ее любопытство «детским», ее рассказ о своей семье – «очаровательным лепетом невинности». В черновиках Закладчик восклицает: «Дитя! дитя! 10-летнее дитя!» (24, 326).

Читать еще:  Предмет дискуссии в Москве - православие и современное общество

Кроткая хранит вещи, доставшиеся ей от родителей, как драгоценность. Семья для нее ассоциируется с идиллией. Особенно ей дорог образ Богородицы, который она закладывает, не снимая ризы, вопреки совету Закладчика. Это показывает целостность героини – она воспринимает мир в единстве земного и небесного, внешнего и внутреннего.

Черты, которые обнаруживает закладчик в Кроткой, соотносятся с лучшими чертами русской женщины, отмеченными Достоевским: доброта, искренность, великодушие, чистота, прямолинейность, сохранение идеала (24: 8, 9, 10, 16, 19).

Но, вместе с тем, надлом в душе Кроткой уже произошел. Это проявляется, когда Закладчик указывает на ее бедность: «Батюшки, как вспыхнула! Глаза у нее голубые, большие, задумчивые, но – как загорелись!» (24, 7). Кроткая несет в себе романтическое мироощущение, она знает, что такое индивидуалистический бунт: «Вы мстите обществу? Да? – перебила она меня вдруг с довольно едкой насмешкой, в которой было, впрочем, много невинного» (24, 9). Ее интерес вызывает фраза Мефистофеля, которую цитирует рассказчик: «Я есмь часть той части целого, которая хочет делать зло, а творит добро». Романтическое представление о взаимопроникновении добра и зла противоречит библейской истине о сущем как божественном бытии: из небытия бытие не рождается. Но окончательное смешение ценностей в душе героини происходит, когда она попадает в дом Закладчика.

Герой описывает пространство своего дома так: «Киот мой с лампадкой, — это в зале, где касса; у меня же в комнате мой шкаф и в нем несколько книг, и укладка, ключи у меня, ну, там постель, столы, стулья» (24, 15). В спальне Закладчика нет икон – следовательно, он не молится перед сном. Кроме того, киот находится в помещении, куда заходят посетители – для них это знак, что он человек верующий. Герой оказывается в зависимости от мнения других – вот почему его так мучает история его несостоявшейся дуэли. Рассказчик утратил свою целостность, хотя и мечтает о том, чтобы его полюбили как внутреннего человека.

Его поединок с Кроткой – это и борьба со своим страхом, и в то же время самоутверждение. Рассказчик размышляет: «Гордые особенно хороши, когда…ну, когда уж не сомневаешься в своем над ними могуществе, а?» (26, 12). Жажда власти над душой, по мнению Б. Вышеславцева, самый страшный человеческий порок, который разрушает человека и извращает Эрос[7]. В черновиках к рассказу есть запись: «И вся моя [раба моя]» (24, 249).

Поединок Закладчика с Кроткой – это и конфликт ценностей. Рассказчик отрицает самопожертвование: «Дешевое великодушие всегда легко, и даже отдать жизнь – это дешево, потому что тут только кровь кипит и сил избыток, красоты страстно хочется!» (24, 14). Именно после этого разговора на губах Кроткой появляется «недоверчивая, молчаливая, нехорошая» улыбка и она начинает молчать, т. е. выходит из диалога. Ссоры же происходят после того, как Кроткая «вздумала выдавать деньги по-своему, ценить вещи выше стоимости». Для Закладчика деньги – это мера ценностей: «…Объявил ей спокойно, что деньги мои, что я имею право смотреть на мир моими глазами» (24, 17). Возможно, для Кроткой это означает разрыв между словом и делом мужа: ведь он ее убеждал, что может делать благо для людей, будучи ростовщиком. Следствием становится бунт, и она является «зверем в припадке»: ценности в ее душе окончательно смешиваются. Самооправдание мужа для нее становится моделью поведения: «…Восстать действием против такой тирании и принять все последствия, значило выказать гораздо более мужества, чем в какой хотите дуэли» (24, 18).

Кроме того, можно заметить параллель между размышлением Закладчика о внезапном изменении Кроткой и попыткой Достоевского понять покушение на убийство подчерицы, совершенное Корниловой (один из нашумевших процессов, о котором пишет Достоевский в «Дневнике писателя»). Резкое превращение «кроткой» в «зверя» писатель объясняет ее аффективным состоянием. Сама Корнилова так говорила о своем преступлении: «Как будто воля не моя была, а чья-то чужая» (24, 313). В черновиках к рассказу есть запись: «Кроткие так, отдаются движению, не рассуждают» (24, 318).

Когда происходит окончательное падение героини, Закладчик это осознает, но у него не хватает душевных сил остановить ее: «…Зачем же ее не спас от злодейства? …Но душа моя тогда была в мрачном отчаянии: я погибал, я сам погибал, так кого ж бы я мог спасти?» (24, 22). После преступления жены и своего самоутверждения рассказчик окончательно выходит из диалога с Кроткой: «И вдруг – вдруг, видя, что я смотрю на нее, она бледно усмехнулась бледными губами, с робким вопросом в глазах… Я равнодушно отвел глаза. Брак был расторгнут, «побеждена, но не прощена»… Ночью с ней сделался бред, а наутро горячка» (24, 22). Не получив прощения, Кроткая замыкается в своем мире, молчание становится ее защитой: «…Она как бы рада была не сказать лишнего слова» (24, 23). Ее пространство сужается: «Она занималась работой, бельем, а по вечерам иногда читала книги, которые брала из моего шкафа. Выбор книг в шкафе тоже должен был свидетельствовать в мою пользу. Не выходила она никуда» (24, 25).

Пение Кроткой показывает, что дух ее сломлен: «Тогда еще голос ее был довольно сильный, звонкий, хотя неверный, но ужасно приятный и здоровый. Теперь же песенка была такая слабенькая, — о, не то чтобы заунывная…, но как будто бы в голосе было что-то надтреснутое, сломанное, как будто голосок не мог справиться, как будто сама песенка была больная» (24, 27). Причины духовной и душевной болезни героини выявляются во время ее исповеди: «…Сложив руки… начала говорить мне, что она – преступница, что она это знает, что преступление ее мучило всю зиму, мучает и теперь… что она слишком ценит мое великодушие» (24, 32). Вместе с тем, «детский смех» героини означает, что ядро ее личности сохраняется.

А далее рассказчик вновь переворачивает модель мира героини – теперь ему хочется, чтобы к нему относились, как к объекту: «…Не отвечай мне ничего, не замечай меня вовсе и только дай из угла смотреть на тебя, обрати меня в свою вещь, в собачонку» (24, 28). Кроткую пугает изменение ее положения: сначала муж играет роль Бога, теперь он в ней видит своего кумира. полагает: «Кроткая бросается из окна с прижатой к груди иконой Богоматери. Тем самым она хочет сказать, что ее уход из жизни не бунт против Бога (как у Кириллова), а слабость жизненной силы и заранее просит прощения за грех самоубийства»[8]. Это еще и защита ее мира, и просьба о заступничестве Пресвятой Богородицы. Ее уход с иконой через окно символичен: она словно отказывается от этого мира и уходит в другой – мир небытия. Странная улыбка Кроткой перед смертью напоминает улыбку героини рассказа «Скрипка Ротшильдта»: она радуется смерти как освобождению от тирании мужа.

Читать еще:  За что были казнены святые апостолы Петр и Павел?

Таким образом, Кроткая Достоевского выходит из состояния природной чистоты, в ней пробуждается индивидуальное и индивидуалистическое (бунт), личностное начало (покаяние), но встать на путь смиренномудрия она не может. Почему Кроткая кончает жизнь самоубийством? В черновиках Достоевский шесть раз повторяет слово «устала» (24, 324-325).

По мысли , композиция рассказа является кольцевой, что символизирует безысходность для героя[9]. Но смерть Кроткой меняет рассказчика. В авторском предисловии к рассказу читаем о герое: «Ряд вызванных им воспоминаний неотразимо приводит его наконец к правде; правда неотразимо возвышает его ум и сердце. К концу даже тон рассказа изменяется сравнительно с беспорядочным началом его. Истина открывается несчастному довольно ясно и определительно, по крайней мере для него самого» (24, 5). Героя начинает тяготить молчание, для него оно становится символом небытия: «Говорят, солнце живит вселенную. Взойдет солнце и – посмотрите на него, разве оно не мертвец? Все мертво, и всюду мертвецы. Одни только люди, а кругом них молчание – вот земля!» (24, 35). Кроме того, Закладчик вспоминает Первое послание Иоанна, в котором есть слова: «Бог есть Любовь» (4:8) и предостережение: «Дети! Храните себя от идолов» (5:21). В черновиках он хочет читать Псалтирь. У героя появляется потребность в диалоге, который, по мысли М. Бахтина, и есть подлинное бытие человека, со-бытие его с Богом[10].

Включение в диалог с уже ушедшей из жизни женой дает возможность Закладчику понять свою вину: «…Я не безумный и не брежу вовсе, напротив, никогда еще так ум не сиял… Измучил я ее – вот что!» (24, 35). В плане для рассказа у Достоевского находим: «Но он надорвал ее сердце» (24, 382). Напряженное состояние диалога заставляет героя искать точку соприкосновения с Кроткой, и он ее находит: «Почему, почему мы бы не могли сойтиться и начать опять новую жизнь? Я великодушен, она тоже – вот и точка соединения!» (24, 34). Великодушие – это качество русского человека. «Русские люди долго и серьезно ненавидеть не умеют», — утверждает Достоевский (22, 40). Это перекликается с признанием Закладчика: «Но ненависть моя никогда не могла созреть и укрепиться в душе моей» (24, 25). Таким образом, в сердце героя, в его покаянии и великодушии, залог его будущего возрождения.

В черновиках к «Дневнику писателя» 1876 года находим размышления Достоевского о незаконченных типах (24, 447). Видимо, Закладчик также относится к таковым: он объединяет в себе парадоксалиста, подпольного человека и безобразника-страдальца. Истина, которую открывает герой, не может его не изменить. Единственный его исход отныне – глубокое покаяние.

[1] Опубликовано: «Мир станет красота Христова». Категория преображения в русской словесности XVI-XX веков [Текст]: монография / . – Великий Новгород: МОУ «Ин-т образовательного маркетинга и кадровых ресурсов, 2008. – С. 107 – 112.

[2] Добролюбов, Н. А. Собр. соч.: В 9 т. / . М.;Л., 1963. Т. 7. С. 247.

[3] Щенников, Г. К. Характерология // Достоевский: Эстетика и поэтика: Словарь-справочник. Челябинск, 1997. С. 235.

[4] Ефрем Сирин, св. Творения / Св. Ефрем Сирин. М., 1993. Т. 2. С. 162.

[6] Юрьева, О. Ю. Мотив поединка в рассказе «Кроткая» / // Достоевский и современность: Материалы XIX Международных Старорусских чтений. В. Новгород, 2005. С. 296-313.

[7] Вышеславцев, Б. П. Этика преображенного Эроса / . М., 1994. С. 54.

[8] Лепахин, В. В. Икона в русской литературе XIX века / // Христианство и русская литература. СПб., 2002. Сб. 4. С. 144.

[9] Туниманов, В. А. «Кроткая» Достоевского и «Крейцерова соната» Толстого / // Русская литература. 1999. № 1. С. 53-88.

[10] Бахтин, М. М.1961 год. Заметки // Бахтин . соч. М., 1996. Т. 5. С.344.

«Кроткая» — фантастический по достоверности рассказ

В рассказе есть Предисловие. В Предисловии автор предуведомляет читателя, что рассказ назван «фантастическим», тогда как он «в высшей степени реален». Да-да, столь правдоподобен, будто всё сказанное Главным героем записано на стенографе.

Внимание, Достоевский не может стать другим: из текста рассказа выставлен крючок с наживкой, чтобы все поверили, что в нём описаны обыденные события — не имеющие отношения к Законам Мироустройства.

Значит, на самом деле всё как раз наоборот: в «фантастическом рассказе» есть Великий смысл, в формулу сведенный в исповеди Версилова в более позднем романе «Подросток»…

ЛЮДИ НЕ МОГУТ ЖИТЬ В СОГЛАСИИ,
ПОТОМУ ЧТО НЕ ПОНИМАЮТ ДРУГ ДРУГА
И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, САМИХ СЕБЯ.

Один думает о происходящем одно, другой — иное,
на самом деле нет ни этого, ни того,
ибо ИСТИННАЯ СУТЬ ОТ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА СОКРЫТА.
ТАК БЫЛО, ЕСТЬ И БУДЕТ, ПОКА…

Вот, что следует из «внешних обстоятельств» жизни, внешнего вида двух главных героев и того, что они сами говорят о себе…

ОН — закладчик. ОНА молча закладывает у него вещи.
ОН «строг, строг и строг». «Строгость у него это сухость».
ОН — отставной штабс-капитан блестящего полка,
родовой дворянин, независим и прочая… ОНА после смерти своих родителей (отец — личный дворянин) уже три года находится в рабстве у своих «скверных тёток» на «подённой безжалостной работе» с битьём и попрёками.
ОНА «молода, добра и кротка», «искренняя, но с характером». ОН отрекомендовался ей Мефистофелем…

Б. А. Заборов. Иллюстрации к фантастическому рассказу
Ф. М. Достоевского «Кроткая». 1978.
Выбор между «толстым купцом и закладчиком, цитирующим Гёте».

В ней была такая искренность, ОН разом решил — женюсь!

Тем временем тётки вознамерились продать её соседнему толстому лавочнику с двумя бакалейными. Пятьдесят лет ему. «Он уж двух жен усахарил и искал третью, вот и наглядел её: «Тихая, дескать, росла в бедности, а я для сирот женюсь». Действительно, у него были сироты.

ОН вызвал её из дома и тут же у ворот объяснил, что сочтёт за счастье и за честь… «Объявив благородно мои недостатки, не пустился объявлять о достоинствах, прямо сказал, что сыта будет, ну а нарядов, театров, балов — этого ничего не будет, разве впоследствии, когда цели достигну. Этот строгий тон решительно увлекал меня».

ОНА долго думала и тут же у ворот сказала «да».
Несколько раз ОН заметил «беглую складку в её лице»,
но не придал этой складке должного значения…

ОН «облагодетельствовал» ЕЁ.
И возник союз между ПАЛАЧОМ и ЖЕРТВОЙ.
Тот союз, что ведёт к БУНТУ, СМЕРТИ, ОТЧАЯНИЮ…

Б. А. Заборов. Иллюстрации к фантастическому рассказу
Ф. М. Достоевского «Кроткая». 1978.
Смерть КРОТКОЙ, оказавшейся БУНТАРКОЙ…

Всё осложнилось тем, что ОНА НЕ БЫЛА КРОТКОЙ…
Кроткий человек, по определению, — долготерпеливый,
потому что преисполнен покорности, незлобивости,
смирения, «мухи не обидит», ангельский, голубиный…

ОНА БЫЛА ГОРДОЙ, ибо…
«Гордость — утешительница слабых» (Вовенар).

СУТЬ КРОТОСТИ — способность держать своё негодование,
гнев и ярость под контролем, не опускаясь до мести…
СУТЬ ГОРДОСТИ — стремление отстаивать свою честь,
используя всё, что позволяет питать самоуважение,
чувство собственного достоинства, полноты жизни…

КРОТКАЯ использовала все формы сопротивления тирану-мужу: ухмылки, взгляды, дерзкий вид; споры и несвойственные ей выходки вплоть до припадков; потом начался БУНТ — она стала уходить из дома, хотя ей было это запрещено; в конце концов взяла в руки револьвер…

Читать еще:  «Смерть боится того, кто не боится смерти». Паисий Святогорец

«Эта прелесть, эта кроткая, это небо» превратилась
«в тирана, нестерпимого тирана его души и мучителя!»

Б. А. Заборов. Иллюстрации к фантастическому рассказу
Ф. М. Достоевского «Кроткая». 1978.
Отчаяние ТИРАНА, оказавшегося ЧЕЛОВЕКОМ С СЕРДЦЕМ…

Всё осложнилось тем, что ему
РЕШИТЕЛЬНО НЕЧЕМ БЫЛО ГОРДИТЬСЯ…

Роковую роль сыграло событие в театре, довольно пустяковое недоразумение, ссора между офицерами двух соревнующихся полков. Долгом чести офицера было вступиться в защиту обиженного товарища и вызвать на дуэль того, кто оскорбил полк. Герой повести не решился на такой поступок, что было всеми признано ТРУСОСТЬЮ. По приговору офицеров герой произведения должен был оставить полк.

«В моей жизни было потом, после полка много позора и падения». ПАДЕНИЯ ВОЛИ И УМА, вызванное отчаянием положения. У него не было почти никаких средств к жизни, поэтому он просил милостыню, ночевал в доме Вяземского на Сенной для петербургских низов.

Три года он был деклассированным элементом и вдруг бывший офицер смог подняться: получил наследство и открыл кассу ссуд. Став ростовщиком, он мог мстить обществу, которое его оттолкнуло, но мстить лишь до некоторой степени, на короткое время — с момента отдачи под залог до выкупа. Это, конечно, давало удовлетворение, но, однако, только частично.

Ему был нужен кто-нибудь такой, кто давал возможность
полностью удовлетворить садистские чувства.

О. Маркина. Иллюстрация к рассказу Достоевского «Кроткая».
ЖЕРТВА, доведенная своим страданием до предела —
только частично отвечает за свои поступки.
Самоубийца осталась КРОТКОЙ, которую ждёт благодать?

ОН ещё до женитьбы узнал, что ОНА ГОРДАЯ. Это его не смутило: «Ну, гордая! Я, дескать, сам люблю горденьких. Гордые особенно хороши, когда… ну, когда уж не сомневаешься в своём над ними могуществе».

«Чрезмерная гордость — вывеска ничтожной души» (Тургенев).
ГОРДЫЙ ТРУС доказал это положение со всей очевидностью…

«Принимая ее в дом свой, я хотел ПОЛНОГО УВАЖЕНИЯ. Я хотел, чтоб она стояла предо мной в мольбе за мои страдания — и я стоил того. О, я всегда был горд, я всегда хотел или всего, или ничего». ОНА должна была понять, что ОН «суров, горд и в нравственных утешениях ни в чьих не нуждается, страдает молча».

ОН создал целую систему истязаний своей ЖЕРТВЫ.
«О, без всякой натуги система сама собой вылилась».

И. Коржев. «Молчание». 1994.
«Молчание глубоко, как Вечность; разговоры мелки, как Время».
«Речь — удел человека; молчание — удел Бога, но и зверя, и смерти… А потому мы должны постигнуть оба искусства». Карлейль

Вскоре после свадьбы стало ясным, что несмотря на все старания Кроткой, душевный контакт между ним и ею невозможен. Они стали все больше и больше отдаляться друг от друга. Кроткая всё больше уходила в молчание. А МОЛЧАНИЕ ЭТО СИМПТОМ «УМИРАНИЯ».

«Гордый человек точно обрастает ледяной корой.
Сквозь кору нет хода никакому другому чувству» (Толстой).

ОН говорит: «Я все молчал, и особенно, особенно с ней молчал, до самого вчерашнего дня, — почему молчал? А как гордый человек». Между супругами выросла СТЕНА. Такой стеной герой хотел отгородить себя сперва от общества. ОН занимался ростовщичеством, чтобы жить «вдали от вас всех». Потом такая стена выросла между ним и Кроткой. Они уже не составляли никоего единства. Это было ОДИНОЧЕСТВО ВДВОЁМ. Вскоре у каждого появилось СОБСТВЕННОЕ ПРОСТРАНСТВО. И они были в них СОВЕРШЕННО ОДИНОКИ.

ОН винит во всём Кроткую и закономерности бытия… «Вы думаете, я её не любил? Кто может сказать, что я её не любил? Видите ли: тут ирония, тут вышла злая ирония судьбы и природы! Мы прокляты, жизнь людей проклята вообще!»

Их внутренние миры разнонаправленны:
у него — вниз, у неё — вверх…
«Гордый ум всегда бывает умом мелочным;
гордая душа — это душа возвышенная» (Пьер Буаст).

«Я всё ей говорил, что повезу ее в Булонь купаться в море, теперь, сейчас, через две недели, что у ней такой надтреснутый голосок, я закрою кассу, что начнётся всё новое, а главное, в Булонь, в Булонь!»

Рассказывает Лукерья — служанка…

«Стоит она у стены, у самого окна, руку приложила к стене, а к руке прижала голову, стоит этак и думает. И так глубоко задумавшись стоит, что и не слыхала, как я стою и смотрю на неё из той комнаты. Вижу я, как будто она улыбается, стоит, думает и улыбается. Посмотрела я на неё, повернулась тихонько, вышла, а сама про себя думаю, только вдруг слышу, отворили окошко. Я тотчас пошла сказать, что «свежо, барыня, не простудились бы вы», и вдруг вижу, она стала на окно и уж вся стоит, во весь рост, в отворенном окне, ко мне спиной, в руках образ держит. Сердце у меня тут же упало, кричу: «Барыня, барыня!» Она услышала, двинулась было повернуться ко мне, да не повернулась, а шагнула, образ прижала к груди и — и бросилась из окошка!»

Петербургский двор-колодец.
И понёсся из Петербургского двора-колодца в Небо крик…
Не ОНА — ЖЕРТВА, ОН — ПАЛАЧ — кричал,
что «сведя мысли в точку», ИСТИНУ осознал…

«Косность! О, природа! Люди на земле одни — вот беда!
«Есть ли в поле жив человек?» — кричит русский богатырь.
Кричу и я, не богатырь, и никто не откликается.

Говорят, солнце живит вселенную.
Взойдет солнце и — посмотрите на него, разве оно не мертвец?
Всё мертво, и всюду мертвецы.
Одни только люди, а кругом них молчание — вот земля!

«Люди, любите друг друга» — кто это сказал? чей это завет?
Стучит маятник бесчувственно, противно. Два часа ночи.
Ботиночки ее стоят у кроватки, точно ждут ее…
Нет, серьезно, когда её завтра унесут, что ж я буду?»

Опять логический сбой… Нет у него «завтра»,
ибо не будет принято его раскаяние,
и эта «страшная минута» превратится в долговечность…

Жизнь — пустыня, по ней мы бредем нагишом
Смертный, полный гордыни, ты просто смешон!
Ты для каждого шага находишь причину —
Между тем он давно в небесах предрешен.

А. А. Ушин. Иллюстрация к рассказу Ф. М. Достоевского «Кроткая».
Счастье, строящееся на полном порабощении и подчинении,
оказалось недостижимым. Подчинению КРОТКАЯ противопоставила
СВОБОДУ — «умерла, помолившись»…

Достоевский писал о сходном событии, ставшем ему известным из газет… «Упала на землю, держа в руках образ. Этот образ в руках — странная и неслыханная в самоубийстве черта! Это уж какое-то кроткое смиренное самоубийство. Тут даже, видимо, не было никакого ропота или попрека: просто — стало нельзя жить. «Бог не захотел» и — умерла, помолившись» .

ЖИТЬ С ЛЮДЬМИ НЕ МОГЛА — И УМЕРЛА:
УМЕРЛА В СОГЛАСИИ С СОБОЙ И С МИРОМ.

Слышите, звучит над Россией «звон похоронного колокола»?
Бу-у-ум! Люди осиротели, так как нет жизни без веры
в возможность счастья, простого счастья, на земле.
Бу-у-ум! Лишь кроткие сохраняют веру, что им поможет Бог.
Бу-у-ум! Кто мы, где мы, куда идём.

Натюрморт XIX века. Увядший чертополох.

Leave a Reply Отменить ответ

Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector