1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Почему нам сложно просить и принимать помощь

Содержание

Православная Жизнь

Я просто предлагаю помощь машинально, ведь я сама мама и знаю, как непросто бывает куда-то выйти/войти с двумя детьми сразу (впрочем, и с одним ребенком и пакетами тоже).

— Давайте я вам помогу?

У входа в подъезд вижу молодую женщину и коляску с маленьким ребенком, ребенок побольше держит дверь, пока его мама носит вверх по лестнице большие сумки-пакеты. Нет, я не хочу быть «добренькой», не думаю в этот момент о «европейской» и «неевропейской» вежливости, не вспоминаю множество статей и постов в интернете о том, как правильно помогать, — как толерантных, так и не очень, как злобных, так и жалобных, как со стороны тех, кто «принципиально не помогает», так и со стороны тех, кому «неправильно помогли». Я просто предлагаю помощь машинально, ведь я сама мама и знаю, как непросто бывает куда-то выйти/войти с двумя детьми сразу (впрочем, и с одним ребенком и пакетами тоже).

— Нет, ничего не надо, — с ноткой раздражения в голосе говорит женщина, — вы проходите скорее, я все спокойно сама сделаю.

Кинув взгляд на малыша, с трудом подпирающего тяжелую входную дверь, и на хныкающего младенца в коляске, я иду дальше.

Мне редко предлагают помощь, вот честно. Когда мы переезжали с тремя детьми, старший из которых лежал с высокой температурой, а нам нужно было срочно приводить в порядок две квартиры, из помощников были только платная клининговая служба и платные же няни. Когда мы перестали появляться в приходе, где до этого несколько лет руководили подростковым объединением, а затем попросили освободить нас от активностей (родился четвертый ребенок), — нас просто забыли. Но вот в эту снежную питерскую зиму меня с машиной несколько раз толкали посторонние, просто идущие мимо мужчины. Один из них, кстати, был такого почтенного возраста, что я всерьез переживала, не поднимется ли у него давление, но он не успокоился, пока я не выехала из сугроба.

Признаюсь, мне неизвестно, что такое навязчивая помощь. Как-то раз, когда мы со свекровью лежали по разным больницам, а муж был дома с двумя детьми и одним младенцем, наша подруга практически жила у нас, помогая ему. А другой друг просто приехал и дал денег, и мы не стали отказываться. Это была критическая ситуация, в которой наши друзья здорово помогли. Но вот так чтобы в обычные дни кто-то мне все время предлагал помощь? Вообще такого не припомню. Может, мне повезло. А может, наоборот, нет. А может, мне самой надо помогать другим, а не ждать какой-то мифической помощи себе?

Скажу начистоту, обиды были. Как-то читала заметку одной мамы, предлагавшей опекать многодетные семьи хотя бы во время сборов в храм. Потому что пока оденешь всех шестерых-семерых детей, первые одевшиеся уже или в лужу упадут, или вспотеют, или подерутся… Да, у нас не семеро детей, а всего четверо, но если бы кто-то когда-то помог мне с малышами… признательности моей не было бы границ. Но увы.

Возможно, мы производим впечатление настолько благополучного семейства, что никому и в голову не приходит мысль предложить помощь. Возможно, я выгляжу гордой и неприступной, поэтому, когда я раньше заносила коляску в трамвай, никто не сбивал друг друга с ног, пытаясь мне помочь. Возможно, у людей всегда есть подсознательное опасение услышать вот такое «не надо, я сама», сказанное с плохо скрываемым раздражением.

Недавно я поняла простую вещь. Как бесполезно злиться на мужа в ожидании подарка/внимания/цветов/чего угодно, если он даже не понимает, из-за чего я расстроена, так и бессмысленно обижаться на весь мир, который «должен» тебе помочь, но почему-то не помогает! Если тебе что-то надо — просто скажи об этом. Хочешь, чтобы помогли, — попроси! Да, могут отказать, и это может быть неприятно. Но не неприятней, чем услышать раздраженное «не надо, я сама».

Просьба — тончайший психологический «организм», требующий долгой и тонкой педагогической настройки. В этом организме соединяются в смысловое единство надежда и доверие, смирение и достоинство, честность и самопознание, уважение и вера, внутренняя необходимость и свобода. Стоит одному из этих «органов» просьбы выйти из строя, и она превращается в свою противоположность. Без надежды человек вовсе не просит; без доверия не просит другого, а испытывает его; без смирения не просит, а требует; без достоинства не просит, а клянчит; без осознания внутренней необходимости просимого, существенности своей нужды не просит, а капризничает; без веры в бескорыстие другого — предлагает сделку; без уважения к его честности — идет на подкуп; без признания его свободы — хитро манипулирует или грубо шантажирует. Чем больше вдумываешься в психологическую сущность просьбы, тем больше понимаешь, что этот, такой привычный, такой повседневный феномен — есть настоящее чудо, одна из вершин, на которые способна подниматься человеческая душа. В просьбе человек превосходит самого себя и создает один из высших типов отношений с другим (Федор Василюк).

Просить — это очень сложно, согласна. Действительно, надо иметь как минимум достаточно достоинства, чтобы сформулировать просьбу, и достаточно великодушия, чтобы спокойно услышать отказ. Я вижу множество людей, которые готовы скорее манипулировать, шантажировать, презирать и ненавидеть — но не просить. Советские стереотипы «человек это звучит гордо» и «жалость унижает человека» причудливо переплетаются между собой и создают атомизированное общество, где каждый сам за себя, каждый сам по себе, а все, что сверху, — это уже предмет товарно-денежных отношений.

Забавно, правда, что именно в советское время было принято и помогать, и просить. Сегодня я не пойду за солью к соседям по даче, как и они ко мне, лучше съезжу в ближайший магазинчик. И бабушку со второго этажа никто не попросит присмотреть за детьми, пока родители в кино. И соседка снизу не принесет горячих пирожков, «только что из духовки». И сосед сверху не станет занимать десятку до получки (хотя по этому я точно не скучаю).

Возвращаясь к моей личной «саге о помощи», скажу, что в нашей жизни действительно произошло «настоящее чудо, одна из вершин, на которые способна подниматься человеческая душа». Однажды мы в кругу братьев и сестер по общине высказали вслух свою проблему: не успеваем гулять в будни с детьми, и младшая дочка в основном сидит дома; и просьбу — не мог бы кто-нибудь иногда гулять с ней? И произошел вот этот чудесный контакт: один прихожанин отозвался на просьбу, с кротостью и упорством прошел через все круги моей прокрастинации (ой, не знаю, когда, сегодня у нее кружок, завтра врач, позвоните послезавтра) и стал регулярно гулять с нашей девочкой в парках и на катках.

«В просьбе человек превосходит самого себя и создает один из высших типов отношений с другим». И это прекрасные отношения, точно.

Почему мы не умеем просить? И как этому научиться

Помощь, советы, деньги… Для некоторых попросить об этом трудно и даже невозможно. Но ведь обращение за помощью к другим — одна из основ жизни в обществе.

Каждый день мы встречаемся со множеством знакомых и незнакомцев, общаемся, взаимодействуем. Наш мир — это другие люди. Сообща мы делаем то, чего не смогли бы в одиночку. На этом и строится цивилизация.

И тем не менее многим, очень многим трудно дается эта несложная вроде бы операция — попросить другого о чем-то для себя. Попросить прибавку к зарплате, попросить маму не звонить каждый вечер — и не обижаться, если ей не звонят, попросить соседа в метро подвинуться, мужа… жену… друга… и даже ребенка — вынести мусор, например.

Из-за отсутствия этого навыка просьбы слишком долго томятся у нас внутри и на выходе иногда приобретают вид упреков и обвинений: «Да когда же ты наконец вынесешь мусор!», «Помощи от тебя не дождешься!» или даже «Ты обо мне совсем не думаешь!».

Просьба и в самом деле — проявление зависимости. Но разве не все мы в той или иной степени зависим друг от друга?

26-летняя Мария хотела бы зарабатывать больше. «Некоторые коллеги, выполняющие ту же работу, получают в три раза больше, — жалуется она. — Мне кажется, что качество моей работы говорит само за себя, но, похоже, это не так. И все же я не могу заставить себя обратиться к начальнику. Раз он сам не видит, что я хорошо работаю, как я смогу ему доказать? К тому же все в отделе знают: мой муж, что называется, богатый человек. Мне неловко. Словно, прося справедливой оплаты, я при этом отниму деньги у того, кому они, возможно, нужнее».

Читать еще:  Почему священники оставляют служение?

Нежелание обращаться с просьбами приводит нас иногда к решениям, которые другим могут показаться удивительными. «Муж хотел бы детей, но я категорически против, — заявляет 28-летняя Валерия. — Я ненавижу просить, а мои подруги с детьми просят с утра до ночи: маму — помочь, начальника — отпустить, мужа — дать денег, врача — быть внимательным, учителей — стать добрее. А мне дорога моя независимость!»

Да, просьба и в самом деле — проявление зависимости. Но разве не все мы в той или иной степени зависим друг от друга?

Невыносимость этого состояния чаще всего говорит о том, что в детстве просьбы и нужды ребенка вызывали у родителей неприятие, объясняет семейный психолог Инна Шифанова: «Если родители не обращают внимания на то, что ребенку нужно, или, хуже того, смеются над этим или унижают его, у него вырабатывается защитная реакция: не буду просить, сам справлюсь. Но вместе с этим появляется отчужденность, замкнутость, которая в дальнейшем мешает устанавливать близкие отношения».

Пересмотреть правила

39-летняя Ирина редко делает покупки для себя: «Неловко признаться мужу, что мне нужно новое пальто. Хотя у меня неплохая зарплата, всегда кажется, что важнее купить что-то для детей. А когда я была маленькой, мама говорила: «Платье не старое, просто рукава короткие, я их выпущу и походишь». И если что-то покупала, говорила: «Вот видишь, я тебе купила новое платье, а мне придется ходить в том, что есть!» Мне до сих пор стыдно тратить на себя, я чувствую, что обделяю других».

Умение просить напрямую связано с установками, которые исповедовались, вслух или молча, в родительской семье. Инна Шифанова перечисляет те из них, которые мешают открыто говорить о потребностях и желаниях.

  • «Мы бедные, но гордые».
  • «Родственники нам завидуют (ненавидят нас), лучше к ним не обращаться».
  • «Каждый за себя».
  • «Не верь, не бойся, не проси».
  • «Никто спасибо не скажет, лучше держаться подальше, не давать и не брать».

И неслучайно из знаменитого романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» многие помнят именно эти слова: «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!» Правда, реплика эта принадлежит Воланду, Князю тьмы. А в другой книге сказано совсем иначе: «Просите — и дано будет вам; ищите — и найдете; стучите — и отворят вам» (Евангелие от Матфея 7:7).

Часто мы боимся не столько отказа как такового, сколько своей неспособности пережить его без ущерба для самооценки

В неумении (которое идет рука об руку с нежеланием) просить могут выражаться две противоположные крайности: от униженности до гордости, от ощущения, что у меня нет права получить от другого человека что бы то ни было: время, деньги, внимание… до перфекционизма: «я должен уметь все», «у меня не может быть недостатка в чем-либо».

«Совершенно не могу попросить помочь мне даже родных людей, почему-то во мне такая установка, что я должна справляться со всеми трудностями сама», — жалуется на форуме нашего сайта пользовательница Dakla.

Очень часто мы боимся не столько отказа как такового, сколько своей неспособности пережить его без ущерба для самооценки. Или обвинений в несостоятельности, неспособности — но в этом случае мы также успеваем обвинить себя раньше, чем это сделают другие. Полезно спросить себя, а как мы относимся к тому факту, что обращаемся к кому-то с просьбой: считаем ли мы это обычным делом или из ряда вон выходящим событием, видим ли в этом признание своих ошибок или проявление открытости.

Как научиться?

Практически все мы испытываем дискомфорт или чувствуем себя неловко, когда приходится просить. Понять смысл этих ощущений поможет вопрос «почему», считает психоаналитик Изабель Королитски: почему мы просим кого-то? Почему именно этого человека? Трудно ли нам просить вообще или конкретно его? И, наконец, каковы уважительные причины не обращаться к нему с этой просьбой. Так мы узнаем, что для нас означает перспектива быть обязанными другому, как мы относимся к тому образу себя, а также что мы действительно думаем о другом.

Кроме того, полезно знать семейную историю. «Просьба как действие напоминает нам об отношениях зависимости — в данном случае от родителей, — которые мы хуже или лучше переживали в начале жизни. Все зависит от того, как принимались наши первые детские просьбы», — указывает психоаналитик.

Поменять точку зрения

«Просьба — выражение доверия, — рассуждает психолог. — Чтобы хорошо это почувствовать, обратите внимание, что происходит с вами, когда вы в роли дающего. Обычно мы испытываем приятные чувства, а иногда начинаем лучше относиться к тем, кому помогли, больше интересоваться их жизнью. Так почему не дать другому шанс испытать то же самое? Пусть он почувствует свою доброту, проверит лучшие качества».

Разумеется, мы не застрахованы от неудач. Что ж, мы будем знать этого человека немного больше. Но, может быть, не он черств, это мы ошиблись в его возможностях, а он не захотел жаловаться?

Мы боимся согласия не меньше, чем отказа, представляя, что собеседник просто не решился сказать «нет»

«Если нам тяжело отказывать, мы переносим эту трудность на других. И боимся согласия не меньше, чем отказа, представляя, что собеседник вовсе не желал нам помогать, просто не решился сказать «нет». Но если мы можем отказывать, то задача кажется не такой уж трудной», — заключает Инна Шифанова.

«Меня долго возмущало, что я все делаю для мужа, а он для меня нет, — рассказывает 46-летняя Надежда. — Я испытывала жгучую обиду и думала, что он меня не любит. На грани развода я обратилась к психотерапевту и только тогда поняла, что я ничего не говорю вслух. Я искренне считала, что он должен обо всем догадаться сам, ведь я-то угадываю его желания! Но выяснилось, что часто и ему хотелось совсем не того. Дошло до смешного: я считала, что он обожает жареную картошку, а он предпочитал пюре. Я долго училась говорить вслух о желаниях и не принимать отказ как обиду. В итоге мы вместе и нам хорошо. Но это был долгий путь, и не скажу, что легкий».

4 препятствия к открытости

Они мешают нам свободно обращаться с просьбой к другим. Психоаналитик Изабель Королитски анализирует причины, семейный психолог Инна Шифанова предлагает пути решения.

Избегаем беспокоить другого

Объяснение: возможно, самыми первыми просьбами и потребностями ребенка пренебрегали, они вызывали у него чувство вины или становились поводом для эмоционального шантажа со стороны родителей. Став взрослым, он предпочитает обойтись без помощи, чтобы не испытывать боль, вызванную отказом или согласием, за которым стоит слишком много условий.

Пути решения: примите меры предосторожности, прежде чем высказать просьбу. Внимательно выбирайте, к кому обратиться. А если у вас нет выбора, понаблюдайте, как ведет себя этот человек с другими. Сформулируйте просьбу заранее, подберите слова, аргументируйте позицию… Представьте всю сцену последовательно вплоть до возможного отказа. Повторяйте свой «фильм», пока не почувствуете, что готовы психически и эмоционально. Высказав просьбу, похвалите себя, независимо от полученного ответа.

Не хотим показывать слабость

Объяснение: положение просителя отождествляется не только со слабостью, но и с риском. Мы позволим другому заглянуть в наше личное пространство, увидеть потребности и недостатки. Страх быть завоеванным часто берет начало в психических и эмоциональных «вторжениях» родом из нашего детства. Чтобы защитить личную территорию, мы самоизолируемся.

Пути решения: примите как данность, что ни один человек не самодостаточен. Вспомните все то, что вы уже получили от других к настоящему времени (знания, советы, ценности, время). Тренируйтесь: каждый день обращайтесь к кому-нибудь с небольшой просьбой, а когда обращаются к вам, твердо отвечайте согласием или отказом, избегая двусмысленности и недопонимания. Так вы укрепите навыки социального взаимодействия.

Застряли в заданной роли

Объяснение: семья отводит нам место в ней, навязывает ролевые игры, в которых часто встречается тот, кто помогает, советует, дает. Часто речь идет о первенце или единственном ребенке, на которого опираются родители, переоценивающие его зрелость и способность заботиться о других. Позднее для таких людей просить о чем-либо — все равно что признать поражение или побеспокоить окружающих, вдруг сменив роль «дающего-спасателя» на роль просителя.

Пути решения: настаивайте на просьбе, даже если это удивляет окружающих. Просьбу человека, который раньше справлялся сам, часто не воспринимают как серьезную, а иногда и вовсе не слышат. Но если вы позволите себе сменить роль, то чувство ответственности никуда не денется, оно останется с вами, но при этом ваши отношения с другими будут основаны на равенстве, а не на привычке пользоваться вашими услугами.

Боимся долгов

Объяснение: этот страх свойствен тем, кому в детстве казалось, что каждая просьба заставляет их взять на себя долг, который придется вернуть с процентами, или тем, кого родители «перегружали» в детстве, требуя, чтобы они отвечали на все их эмоциональные требования. Позднее эти люди предпочитают ни о чем не просить других, чтобы не пришлось отдавать долг.

Пути решения: учитесь говорить «нет», потому что только это умение даст вам возможность произносить не вымученное, а искреннее «да». Тогда ваше общение станет действительно непринужденным. Затем переходите на следующий этап: не отклоняйте предложения или просьбы сразу, дайте себе время подумать, выдвигайте условия, предлагайте другие решения. Главное — не застревать на принципиальном «нет», которое отрезает вас от других людей, запрещая просить их о чем-либо.

Читать еще:  Играть в игровые автоматы на деньги лидеров гемблинг-индустрии в Multi Gaminator

Почему нам сложно просить и принимать помощь

— Давайте я вам помогу?

У входа в подъезд вижу молодую женщину и коляску с маленьким ребенком, ребенок побольше держит дверь, пока его мама носит вверх по лестнице большие сумки-пакеты. Нет, я не хочу быть «добренькой», не думаю в этот момент о «европейской» и «неевропейской» вежливости, не вспоминаю множество статей и постов в интернете о том, как правильно помогать, — как толерантных, так и не очень, как злобных, так и жалобных, как со стороны тех, кто «принципиально не помогает», так и со стороны тех, кому «неправильно помогли». Я просто предлагаю помощь машинально, ведь я сама мама и знаю, как непросто бывает куда-то выйти/войти с двумя детьми сразу (впрочем, и с одним ребенком и пакетами тоже).

— Нет, ничего не надо, — с ноткой раздражения в голосе говорит женщина, — вы проходите скорее, я все спокойно сама сделаю.

Кинув взгляд на малыша, с трудом подпирающего тяжелую входную дверь, и на хныкающего младенца в коляске, я иду дальше.

Мне редко предлагают помощь, вот честно. Когда мы переезжали с тремя детьми, старший из которых лежал с высокой температурой, а нам нужно было срочно приводить в порядок две квартиры, из помощников были только платная клининговая служба и платные же няни. Когда мы перестали появляться в приходе, где до этого несколько лет руководили подростковым объединением, а затем попросили освободить нас от активностей (родился четвертый ребенок), — нас просто забыли. Но вот в эту снежную питерскую зиму меня с машиной несколько раз толкали посторонние, просто идущие мимо мужчины. Один из них, кстати, был такого почтенного возраста, что я всерьез переживала, не поднимется ли у него давление, но он не успокоился, пока я не выехала из сугроба.

Признаюсь, мне неизвестно, что такое навязчивая помощь. Как-то раз, когда мы со свекровью лежали по разным больницам, а муж был дома с двумя детьми и одним младенцем, наша подруга практически жила у нас, помогая ему. А другой друг просто приехал и дал денег, и мы не стали отказываться. Это была критическая ситуация, в которой наши друзья здорово помогли. Но вот так чтобы в обычные дни кто-то мне все время предлагал помощь? Вообще такого не припомню. Может, мне повезло. А может, наоборот, нет. А может, мне самой надо помогать другим, а не ждать какой-то мифической помощи себе?

Скажу начистоту, обиды были. Как-то читала заметку одной мамы, предлагавшей опекать многодетные семьи хотя бы во время сборов в храм. Потому что пока оденешь всех шестерых-семерых детей, первые одевшиеся уже или в лужу упадут, или вспотеют, или подерутся… Да, у нас не семеро детей, а всего четверо, но если бы кто-то когда-то помог мне с малышами… признательности моей не было бы границ. Но увы.

Возможно, мы производим впечатление настолько благополучного семейства, что никому и в голову не приходит мысль предложить помощь. Возможно, я выгляжу гордой и неприступной, поэтому, когда я раньше заносила коляску в трамвай, никто не сбивал друг друга с ног, пытаясь мне помочь. Возможно, у людей всегда есть подсознательное опасение услышать вот такое «не надо, я сама», сказанное с плохо скрываемым раздражением.

Недавно я поняла простую вещь. Как бесполезно злиться на мужа в ожидании подарка/внимания/цветов/чего угодно, если он даже не понимает, из-за чего я расстроена, так и бессмысленно обижаться на весь мир, который «должен» тебе помочь, но почему-то не помогает! Если тебе что-то надо — просто скажи об этом. Хочешь, чтобы помогли, — попроси! Да, могут отказать, и это может быть неприятно. Но не неприятней, чем услышать раздраженное «не надо, я сама».

Просьба — тончайший психологический «организм», требующий долгой и тонкой педагогической настройки. В этом организме соединяются в смысловое единство надежда и доверие, смирение и достоинство, честность и самопознание, уважение и вера, внутренняя необходимость и свобода. Стоит одному из этих «органов» просьбы выйти из строя, и она превращается в свою противоположность. Без надежды человек вовсе не просит; без доверия не просит другого, а испытывает его; без смирения не просит, а требует; без достоинства не просит, а клянчит; без осознания внутренней необходимости просимого, существенности своей нужды не просит, а капризничает; без веры в бескорыстие другого — предлагает сделку; без уважения к его честности — идет на подкуп; без признания его свободы — хитро манипулирует или грубо шантажирует. Чем больше вдумываешься в психологическую сущность просьбы, тем больше понимаешь, что этот, такой привычный, такой повседневный феномен — есть настоящее чудо, одна из вершин, на которые способна подниматься человеческая душа. В просьбе человек превосходит самого себя и создает один из высших типов отношений с другим (Федор Василюк).

Просить — это очень сложно, согласна. Действительно, надо иметь как минимум достаточно достоинства, чтобы сформулировать просьбу, и достаточно великодушия, чтобы спокойно услышать отказ. Я вижу множество людей, которые готовы скорее манипулировать, шантажировать, презирать и ненавидеть — но не просить. Советские стереотипы «человек это звучит гордо» и «жалость унижает человека» причудливо переплетаются между собой и создают атомизированное общество, где каждый сам за себя, каждый сам по себе, а все, что сверху, — это уже предмет товарно-денежных отношений.

Забавно, правда, что именно в советское время было принято и помогать, и просить. Сегодня я не пойду за солью к соседям по даче, как и они ко мне, лучше съезжу в ближайший магазинчик. И бабушку со второго этажа никто не попросит присмотреть за детьми, пока родители в кино. И соседка снизу не принесет горячих пирожков, «только что из духовки». И сосед сверху не станет занимать десятку до получки (хотя по этому я точно не скучаю).

Возвращаясь к моей личной «саге о помощи», скажу, что в нашей жизни действительно произошло «настоящее чудо, одна из вершин, на которые способна подниматься человеческая душа». Однажды мы в кругу братьев и сестер по общине высказали вслух свою проблему: не успеваем гулять в будни с детьми, и младшая дочка в основном сидит дома; и просьбу — не мог бы кто-нибудь иногда гулять с ней? И произошел вот этот чудесный контакт: один прихожанин отозвался на просьбу, с кротостью и упорством прошел через все круги моей прокрастинации (ой, не знаю, когда, сегодня у нее кружок, завтра врач, позвоните послезавтра) и стал регулярно гулять с нашей девочкой в парках и на катках.

«В просьбе человек превосходит самого себя и создает один из высших типов отношений с другим». И это прекрасные отношения, точно.

Почему так трудно просить помощи со стороны

Одна из ценностей проекта Ключи Мастерства – взятие ответственности за все происходящее в жизни на себя.

Мы призываем не отдавать свою силу, искать ответы внутри себя, учиться решать проблемы самим, а не сваливать на других.

Но существуют ситуации, когда просто необходимо обратиться за помощью:

  • задать волнующий вопрос, в котором вы некомпетентны,
  • попросить об услуге или о повышении в должности.

У некоторых людей даже мелкие просьбы вызывают внутренний дискомфорт, им трудно просить помощи у других людей.

Они думают: “Лучше обойдусь без этого или сам разберусь, чем кого-то просить”.

Если вы относите себя к этой категории, тогда предлагаем разобраться, что за этим стоит.

6 причин, почему людям трудно просить помощи со стороны

Я определила 4 причины, по которым люди отказываются просить помощи, даже если она им действительно нужна. А две последние причины подсказали читатели блога.

1. Страх отказа

По этой причине многие боятся попросить о помощи. Считают, что им обязательно ответят отказом.

Корень ее находится в детстве, когда вам отказывали близкие люди (родители, братья, сестры), запрещали что-то.

Теперь вы не просите, потому что боитесь даже не самого отказа, а снова испытать укол боли.

Вы решили, что недостойны какой-либо помощи и научились справляться своими силами. Это очень полезное умение, которое развивает смекалку, дополнительные навыки.

Но иногда помощь со стороны необходима, например, если вы заблудились в чужом городе, а GPS направляет совсем не туда, куда нужно.

Прежде чем обратиться с просьбой, смиритесь с отказом. Избавьтесь от ожидания, что вам помогут. И после этого просите о том, что вы не в силах сделать сами.

Если откажут, вы не испытаете сильного дискомфорта, так как будете уже подготовленными.

Если вам часто отказывают, возможно, это зеркало. Присмотритесь как вы реагируете на обращения за помощью. Вы сами помогаете людям или равнодушно отворачиваетесь?

2. Боязнь показаться глупым

Подсознательно вы не принимаете факт, что не можете все знать и уметь.

Не страшно спросить то, о чем не знаешь. Страшно не спросить и стать заложником своего страха, оказавшись в неловкой ситуации.

То, чего мы боимся, скрываем от других, как правило, написано у нас на лбу.

Что для вас важнее, что какой-то чужой человек посчитает вас не слишком умным и затянуть решение важного вопроса на длительное время или позволить себе чего-то не знать, спросить у других и решить свою проблему за считанные минуты?

Научитесь принимать себя разным: и умным, и не знающим, с помощью способов из статьи Как научиться принимать себя: 6 способов.

3. Просьба о помощи воспринимается как унижение

Если вам в прошлом часто отказывали, то просьба о помощи воспринимается вами как что-то унизительное.

Вы вспоминаете до сих пор, как в детстве просили у сверстника машинку, а он отказал.

Вы горько плакали, умоляли его дать вам поиграть – это действительно было унижение для маленького ребенка, зависимого от родителей и от внешнего мира.

Читать еще:  Мнение церкви: Что делает нас несчастными: основная причина

Или просили маму купить игрушку, а вам отказывали. Не потому, что вы такой плохой и недостойный, не для того, чтобы причинить боль, а у родителей банально не было денег.

Сейчас-то вы уже взрослый человек и понимаете это. Вы не хуже других и имеете право получить то, что просите.

Ничего унизительного в просьбе о помощи нет. Когда к вам обращаются за помощью, разве вам кажется это унижением? Думаю, нет.

Поверить в себя, поднять самооценку вам поможет медитация Моя Ценность.

4. Убеждение, что просить стыдно

Если ребенку запрещают просить или стыдят за то, что просит больше, чем позволено, это приводит к появлению убеждения, что просить стыдно, неприлично.

Ребенок не виноват, что родители не могут объяснить, почему “нельзя” или что у них нет средств на его запросы.

Не все, что родители считают излишеством, таким является для ребенка. Как ему понять избыток это или потребность?

Во взрослом возрасте это приводит к тому, что человек затрудняется просить. Отсутствует умение принимать отказ, срабатывает детская реакция – обида, раздражение.

Человек добивается успеха как профессионал, получает огромный опыт, а попросить о повышении стыдно. Он ждет, что руководитель сам догадается и поднимет зарплату.

Человек, который умеет просить, знает, что ничего страшного и стыдного в этом нет, адекватно воспринимает отказ, умеет договариваться, отстаивать свое мнение и вести переговоры.

См. также 7 причин почему женщины не хотят просить мужчин о помощи, если хотите с другого ракурса посмотреть на вопрос обращения за помощью.

5. Страх оказаться должным

Многие убеждены, что стоит им попросить о помощи, им непременно выставят счет. Жизненный опыт подсказывает им не просить ни в коем случае, чтобы не оказаться в долгу у того, кто помог.

Если вы в прошлом наступили на такие грабли, это не значит, что все люди обязательно будут поступать с вами таким образом.

Перед тем, как обратиться за помощью, определите со второй стороной условия ее оказания: платная эта услуга или безвозмездная, от чистого сердца.

Так вы себя обезопасите в будущем от претензий и обвинений в том, что вы должны.

Ну а если вам все равно предъявят счет, вы всегда можете вернуться к вашей договренности и напомнить человеку об условиях, при которых вы приняли эту помощь.

6. Просить неудобно

Некоторые люди, считают, что неловко беспокоить людей своей просьбой. “Я неважен, чужие дела важнее своих.”

Такой человек идет по жизни как бы извиняясь за то, что вообще живет. Это проявление нелюбви к себе, осознание своей неважности, никчемности.

В некоторых случаях людей действительно неудобно беспокоить. Не пойдешь же просить соль к соседям в 2 часа ночи. В остальном, это ложная скромность.

Если вы не знаете удобно или неудобно просить о помощи, изучите правила хорошего тона. В каких случаях можно и уместно обратиться за услугой, одолжением к знакомым или незнакомым людям. И возможно, этот вопрос отпадет сам собой.

Чтобы избавиться от ограничений, внутреннего дискомфорта, который связан с затруднениями в обращении за помощью, и ощущать себя свободным, нужно излечиться от травм, полученных в детстве.

Мастер класс “Исцеляем Травмы Прошлого” поможет осознать и отпустить поведение вечно обиженного ребенка.

Вы перестанете реагировать на жизнь по-старому — из состояния травмы, боли, перепишете старые разрушительные сценарии на эффективные и успешные.

Почему трудно просить помощи?

Автор: Марианна Збронская

Почему некоторым людям трудно просить помощи?

В самом деле, есть такие люди, для которых попросить помощи, значит, открыто, прилюдно расписаться в собственном бессилии. Далеко не все из них это осознают, объясняя свое поведение кто гордостью, кто отсутствием потребностей, кто принципами, типа «не плачь, не бойся, не проси». Очень немногие из них могут все же осознать и признать хотя бы страх унижения: «не прошу, потому что не люблю, когда мне отказывают». Но вот осознать, признать за собой страх перед чувством беспомощности, стоящий за всеми этими объяснениями, а уж тем более позволить себе эту беспомощность принять и пережить, способны вообще единицы.

Действительно, переживания, связанные с необходимостью просить о помощи, у многих из нас могут вызывать почти животный ужас, сходный с тем, который мы могли бы испытывать перед лицом неизбежной смерти. Мы с младенчества учимся защищать себя от разрушения. Мы учимся выживать, жить, нам хочется жить приятно — счастливо.

Младенец действительно бессилен, единственная его защита — это мать, и если она слишком рано, слишком резко или жестоко оставляет его один на один с холодным миром, реальное бессилие ребенка связывается у него с переживанием возможности не выжить. Соприкосновение с ужасом небытия вызывает у младенца шоковое — защитное — бесчувствие, которое со временем становится постоянным, привычным способом избегать болезненных переживаний. И в дальнейшем, даже тогда, когда человек вырастает, становится взрослым, обретает достаточную психическую устойчивость и высокий интеллект для того, чтобы понимать, что никакие чувства не могут действительно разрушить его, он по-прежнему, как младенец, по привычке продолжает защищаться от осознания и принятия того факта, что есть вещи в мире, перед которыми он в самом деле бессилен.

Стремление человека подавить или вытеснить страх перед беспомощностью или унижением заставляет его искать отнюдь не прямые и не короткие обходные пути к удовлетворению своих потребностей. Результат — жертвенность, зависимость, манипуляции, чувство вины, стыд, с которыми, кстати сказать, тоже надо как-то справляться, изыскивать силы на их «запрятывание» от себя и от других.

При этом, те немногие, которым удается, собравшись с духом, соприкоснуться со страхом, пройти через него и позволить себе переживать беспомощность, как любое другое чувство, получают возможность открыто и прямо просить помощи и получать её в том виде, в котором она им необходима.

Чувство стыда в детстве: почему так тяжело принимать помощь и как позволить другим помогать вам

Все мы хотим, чтобы о нас заботились, проявляли внимание и чуткость, но как только это происходит, мы почему-то чувствуем себя не в своей тарелке. Как только кто-то начинает помогать, большинство из нас испытывают дискомфорт и чувство стыда. Почему же так происходит?

Проблемы привязанности

Большинство людей с раннего детства усваивают одну простую вещь: чем меньше просишь, тем лучше, иначе станешь обузой или вообще прекратишь что-то получать. Такое мышление проистекает из первых форм привязанностей.

Ранние привязанности формируют отношение к миру, другим людям и ожидания. Если ребенок испытывает ненадежную привязанность, он перестает доверять окружающим и чувствует себя уязвимым во взрослых отношениях. Если ребенок не получает постоянную и качественную помощь от своих родителей, это сбивает с толку и формирует чувство стыда и неуверенности на всю жизнь.

Почему так трудно полагаться на помощь других

Некоторым людям трудно просить о помощи и признавать, что они не в состоянии сделать что-то самостоятельно. Осознание собственной беспомощности в каком-то вопросе и вызывает чувство стыда. Зачастую это происходит, если человек потратил первый год жизни на то, чтобы выражать свои потребности, но не получал на них адекватного ответа. Так зарождается избегающая привязанность, когда ребенок старается быть самодостаточным и не прислушивается к своим истинным потребностям, чтобы потом не испытывать болезненного чувства стыда из-за того, что на эти потребности никто не реагирует.

Псевдонезависимость

Когда у человека развивается избегающий стиль привязанности, он чувствует так называемую псевдонезависимость и стремится сам удовлетворить свои потребности. Из-за этого ему особенно трудно полагаться на других и искать у них поддержки. Ему просто не верится в то, что кто-то адекватно отреагирует на его потребности, а не проигнорирует, как было в прошлом. К тому же позволить кому-то помочь — все равно что признать себя недееспособным.

Как преодолеть дискомфорт, связанный с принятием помощи

Вот так сразу взять и принять чью-то помощь будет не просто. Ведь придется отказаться от той формы адаптации, которая в свое время была необходимым условием выживания. Уход от чего-то, что дает чувство безопасности, естественным образом вызывает страх, беспокойство и неуверенность. Но эти чувства исчезнут, как только человек привыкнет к новой реальности, где он сможет принимать помощь окружающих.

Первое, что придется сделать — расстаться с негативной идентичностью, которую человек развил на раннем этапе, считая себя обузой, если приходилось что-то просить. Она возникает, когда ребенок не чувствует себя в безопасности рядом со своими родителями. Когда родитель не реагирует на потребности ребенка, то малыш бессознательно предполагает, что это его вина.

Второе, нужно научиться относится к получению помощи как к любому другому социальному навыку. Для этого придется разрушить внутренние барьеры, которые держат на расстоянии с другими людьми. И первое, что нужно будет сделать — обратить внимание на своего внутреннего критика, который подпитывает чувство дискомфорта. Ряд мыслей, которые преуменьшают, критикуют или отрицают личность (например, «Мне не нужна помощь», «Это моя ноша, а не их», «Не стоит полагаться на других» и т. д.), на самом деле не являются реальными фактами о человеке. Это просто безосновательный комментарий внутреннего критика.

Третье, что можно сделать, это начать исследовать свои модели привязанности, и то как они влияют на способность принимать помощь от других. Зачастую формы привязанности служат образцом того поведения, которое человек заведомо ожидает от других. Это в большинстве случаев не соответствует реальности, но формирует чувство недоверия и дискомфорта. Только поняв истинную природу своей привязанности, можно стать более открытым миру.

Принять помощь — это не эгоизм

Нужно перестать рассматривать принятие помощи как личную эгоистичную потребность, лучше смотреть на это как на один из способов коммуникации и укрепления отношения с окружающими. Когда человек противится любому благотворительному акту, он ставит барьер между собой и теми людьми, которые готовы прийти на помощь. Но щедрость — это двусторонняя форма взаимодействия, и чем больше человек принимает, тем больше он может предложить окружающим. Как однажды сказала Брене Браун: «Пока мы не сможем принимать с открытым сердцем, мы никогда не будем давать с открытым сердцем. Когда мы осуждаем получение помощи, мы осуждаем оказание помощи».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector