0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Новости Москва

Содержание

В современной России отношения между РПЦ и руководством государства вернулись к Синодальному периоду, когда Церковь во многом осталась «без голоса» и была подчинена светской власти. Бывший глава Синодального отдела по взаимодействию Церкви и общества Московской патриархии протоиерей Всеволод Чаплин обратил внимание, что Патриарх Кирилл самоустранился из общественной дискуссии, и подчеркнул, что это – путь деградации.

РИА «Новый День» представляет вторую часть большого интервью с известным общественным и церковным деятелем, который оценил нынешнюю ситуацию в РПЦ и перспективы ее развития.

РИА «Новый День»: Вы неоднократно отмечали, что не разделяете позицию патриарха Кирилла в сфере церковно-государственных отношений и по вопросам церковного управления. Как вы оцениваете ситуацию сегодня?

Всеволод Чаплин: То, что сегодня происходит в Церкви – это управленческий кризис. Многие решения принимаются без обсуждения с теми, кого жизненно касаются эти решения. Не должен в Церкви принимать значимые для всех решения один человек, даже если он Патриарх. Не могут не выслушиваться люди, которых эти решения касается.

Этот кризис демонстрирует и последняя дискуссия в отношении будущего Сретенской семинарии (решением Синода Русской Православной иеромонах Силуан смещен с должности и.о. ректора, объявлена «оптимизация» учебного процесса) – ни с большинством преподавателей, ни со студентами, ни с теми мирянами, кто поддерживают эту семинарию, в том числе финансово, насколько я знаю, не обсуждалось и пока не обсуждается то, что с ней хотят сделать. Естественно, это вызывает глубокую скорбь у людей.

Если решение принимаются на основе некоего иллюзорного представления об особой харизме любого служителя Церкви, будь то Патриарх, архиерей, священник, игумен, игумения – это всегда кончается плохо. История это хорошо знает.

Лучшее, что можно сделать сегодня ответственному лицу в Церкви – это не мешать. Есть потрясающие инициативы в той же сфере образования. Попытками унификации можно только разрушить, не создав ничего путного взамен. Это же касается благотворительной области, информационной – попытки считать, что все живые, выросшие снизу инициативы недостойны внимания, что только сверху можно спустить какие-то универсальные схемы – это не только управленческая, но и глубокая духовная ошибка. Церковь всегда создавалась именно снизу, а не сверху. Нужно видеть инициативы людей, поддерживать, где-то корректировать, но всегда вести диалог с теми людьми, которые эти инициативы осуществляют. Церковь всегда развивалась именно так.

Посмотрите на Рождественские чтения – это крупнейший церковный форум, он вырос снизу и был очень эффективен. Люди могли там создавать свои маленькие площадки, и именно поэтому он стал гораздо популярнее, чем все организованные сверху церковные собрания. Сейчас его пытаются задушить, лишая абсолютное большинство участников возможности выступить на маленьких секциях, сведя все к помпезным крупным мероприятиям, на которых люди боятся поднять половину тем, которые обсуждаются в Интернете, – в частности, финансовые потоки в Церкви.

Вот есть телеканал «Спас». Он стал очень модным, красивым, я очень рад этому развитию. Но он не может считаться заслуживающим доверия, пока он не поднимет две темы – браки и разводы наших власть имущих и деньги в Церкви. Без этого, без поднятия других нравственно значимых острых тем получается просто глянцевая витрина, за которой скрываются люди, боящиеся даже рот раскрыть и обсуждающие эти темы только под никами в Интернете, обычно на повышенных тонах.

«Новый день»: Получается, что в Церкви такая же ситуация, как в государстве, где сегодня все решения «спускаются» на места сверху и не обсуждаются ни с кем?

Всеволод Чаплин: Уровень несистемности в принятии решений хуже, чем в государстве. Вот, например, история со Сретенской семинарией, очевидно, требовала того, чтобы высказались самые разные люди, которых касается это решение.

Тема отношения к экуменизму (идеология всехристианского единства, движение за сближение и объединение различных христианских конфессий) – достаточно уродливому учению, придуманному антихристианскими западными кругами. Вся мыслящая Церковь, за исключением узкой околобюрократической секты, против этого явления. Почему мы не можем его осудить? Потому что у некоторых церковных начальников деятельность во Всемирном совете церквей (крупнейшая международная экуменическая организация, основанная в 1948 в Амстердаме) связана с воспоминаниями молодости. Я в молодости тоже провел достаточное время во Всемирном совете церквей – и убедился в бессмысленности этой организации, в нехристианских основаниях деятельности. Что нам в ней делать? Если свободно это обсудить, я думаю, что реакция Церкви будет совершенно однозначной. Однако дискуссия сдерживается, и сдерживается волюнтаристскими методами.

Уже очевидно, что церковная вертикаль терпит экономический крах, крах полный и окончательный. Утверждается из многих источников, что прежде сверхприбыльное предприятие «Софрино» (завод по производству церковной утвари и всего необходимого для богослужения) становится чуть ли не банкротом. Остальные старые источники доходов в виде церковных гостиниц, очевидно, давно превращаются в источники убытков. Я не знаю подробности, но наблюдения именно такие – видно, что рассчитывать на прибыль особо не приходится. В храмы люди несут меньше денег.

РИА «Новый День»: Вы затронули очень щепетильную тему – тему финансов в Церкви. Еще недавно российское медиапространство сотрясалось от споров про «часы патриарха». Может быть, люди несут в Церковь меньше денег на фоне этих обсуждений и того, что Церковь перестала вступаться людей?

Всеволод Чаплин: Я бы так не сказал. Весь шум в Интернете мало повлиял на людей. Повлияло их обеднение и та самая сытая спокойная жизнь, которая дает человеку иллюзию собственной беспроблемности и ложного душевного спокойствия. В некоторых храмах стало меньше людей и, очевидно, везде люди стали беднее.

Все происходящее означает, что нужно учиться жить по средствам всем – от Патриарха до церковного сторожа. Какие-то расходы, которые были возможны в 90-е годы, абсолютно немыслимы сейчас. От них просто надо отказываться.

Я не понимаю, почему до сих пор нужно поддерживать бесплатное образование в семинариях, кроме исключительных случаев, когда поступает абсолютно бедный человек и его нужно поддерживать, выделить специальную стипендию. Я не понимаю, зачем нужно поддерживать обслуживающий персонал в большом количестве зданий, которые практически не используются и содержатся для торжественных событий и «статусных» мероприятий. Вполне можно или их законсервировать, оставив одного сторожа, – или сдавать в аренду. Включая самые «статусные» резиденции.

Всем надо понять, что «тучные» годы кончились, и в два-три раза скромнее проводить те же церковные торжества. Вместо приема с меню после освещения храмов – вполне достаточно накрыть на улицах столы с чаем и пригласить туда не 50 «випов», а 500 прихожан, и пообщаться с ними.

«Среди простых людей чувствуется глухая злоба»: протоиерей Всеволод Чаплин о настроении общества и транзите власти. Интервью с экс-главой Синодального отдела РПЦ. Часть 1

«Новый День»: Прошлым летом Вы говорили, что пенсионная реформа «аморальна» и РПЦ должна заступиться за народ. И все же реакция Церкви на реформу была крайне сдержанной. Как вы считаете, с чем это связано?

Всеволод Чаплин: Обратите внимание, Его Святейшество практически ушел из публичного пространства. Да, говорятся проповеди, не сильно отличающиеся от уровня среднего образованного священника. Да, почти не стало сомнительных с богословской точки зрения высказываний, которые в Интернете критиковали грамотные люди – кто-то жестко, кто-то с добрым снисхождением. Но сейчас за год произносится, может быть, всего 5-10 речей, которые системно затрагивают общественно-значимые темы. Сравните с его же общественной активностью конца 2000-х или начала 2010-х годов. Это просто несопоставимо. Как правило, выступления, которые сейчас звучат – плод коллективного творчества. И в принципе это правильно – глава любой крупной общины должен говорить не только от себя, но учитывать то, что советуют люди, более компетентные в той или иной области. Но, увы, многие темы остаются без патриаршего слова – то ли имеет место усталость, то ли боязнь отрицательной реакции, то ли активность ограничивается окружением, которое хочет совершенно нелегитимным образом переключить только на себя формирование церковно-общественной повестки дня – одно дело, когда ее формируют и озвучивают профильные церковные ведомства, другое – когда это делают разного рода пресс-атташе.

Читать еще:  Президент встречает Рождество в Знаменском храме на окраине Суздаля

Про повышение пенсионного возраста не было сказано почти ни слова. Прозвучали некоторые комментарии, в основном, в ответ на вопросы на пресс-конференциях. Но сравните это даже с позицией по монетизации льгот, когда принималось целое концептуальное заявление Патриарха и Синода. В свое время ваш покорный слуга вместе с экспертами такой документ готовил. Сейчас какие-то невнятные комментарии на пресс-конференциях и в соцсетях, хотя это повод для документа, обращенного к властям и к народу, повод для воззвания.

Фактически, произошло то, о чем я предупреждал. Без самостоятельной экспертной подготовки позиции Церкви, Патриарха по общественно значимым вопросам минимизировано количество инициативных серьёзных выступлений, оформленных в концептуальные тексты. Происходит в основном только ситуативное реагирование в полуофициальном – получастном формате, иногда – в соцсетях. Это, извините, деградация – и то ли осознанный, то ли вынужденный уход от формирования общенациональной и мировой повестки дня.

«Новый День»: Можно ли говорить о том, что церковнослужители оказались «под колпаком» Кремля и по-своему выполняют роль госслужащих?

Всеволод Чаплин: На самом деле подавляющее большинство священников не соотносит свою деятельность с тем, что думают и говорят власти. Но на уровне центральных церковных структур, очевидно, есть какой-то список «снятых» тем. Я не исключаю, что этот список либо самостоятельно вырабатывается под влиянием очевидной политической повестки дня, либо обсуждается со светскими чиновниками, в том же УВП (управление по внутренней политике администрации президента).

Это очень опасный путь. Тот же Патриарх Кирилл много говорил о том, что в Синодальный период (1721-1917 гг., когда главой Церкви практически был император) а Церковь молчала по общественно-значимым проблемам. Беда в том, что мы сейчас находимся в ровно такой же ситуации. Если что-то и говорится – это очень общие слова, совершенно исключающие прямую критику в адрес людей, которые могут быть либо полезны, либо опасны.

«Новый День»: Ранее вы пророчили патриарху Кириллу отставку, но она до сих пор не последовала. Как вы считаете, может ли он покинуть свой пост?

Всеволод Чаплин: Думаю, он очень не хочет, но может быть всякое. Я бы никогда ничего не исключал.

Заключительную часть большого интервью с протоиереем Всеволодом Чаплиным читайте на сайте РИА «Новый День» в ближайшее время

Москва, Мария Вяткина

В кабмин — через Думу или Совфед

Основные изменения предложены в отношении правительства — было решено не вносить правки в действующий закон, а принять новую редакцию документа и закрепить новые конституционные полномочия парламента по формированию правительства.

А именно: председатель кабмина, его заместители и федеральные министры (кроме министров «силового блока») будут назначаться президентом на должность после того, как их утвердит нижняя палата. «Назначение членов правительства через обсуждение в Госдуме повысит ответственность министров перед гражданами нашей страны, — заявил журналистам Вячеслав Володин. — Возрастет и ответственность депутатов за принимаемые совместно с правительством решения». Изменения, по его словам, положительно скажутся на качестве власти.

Что касается «силового блока» (минобороны, МВД, МЧС, минюст, МИД и другие федеральные органы исполнительной власти, которыми руководит непосредственно президент), то для него процедура несколько другая. Глава государства будет вносить представления по кандидатурам, а сенаторы — проводить консультации и информировать его в письменной форме о результатах.

В целом механизм формирования правительства меняется «кардинальным образом», подчеркнул председатель Комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Павел Крашенинников (официальный представитель президента при рассмотрении пакета законопроектов по Конституции). При прохождении через парламент кандидат расскажет законодателями, как «он собирается работать, решать вопросы, касающиеся конкретного министерства», отметил он.

«Поскольку кандидатуру министра утверждает Госдума, то часть ответственности она берет на себя, — отметил глава комитета. — В результате изменений выиграет в первую очередь общество».

Депутат от «Справедливой России» Олег Шеин спросил у докладчика, хватит ли Госдуме недели на рассмотрение кандидатур министров (такой срок указан в проекте). Ведь обычно речь идет сразу о нескольких кандидатах, отметил он. «В течение недели и комитеты, и фракции способны принять решение, — ответил Крашенинников. — А если вы беспокоитесь об отпусках, то да, нас из них для этого вызовут».

Для консультаций в Совфеде по «силовым» кандидатурам, кстати, в законопроекте пока тоже прописан недельный срок. И вот тут возможны изменения — сенаторам могут дать больше времени, не исключил Крашенинников.

ЛГБТ захватывают Америку

Показательным также является факт, что в 2020 году в США во всевозможные органы власти будут избираться 1006 представителей нетрадиционной сексуальной ориентации, большинство из которых являются членами Демократической партии. Однако стоит напомнить, что несмотря на повсеместное насаждение толерантности и пропаганду «альтернативных» семейных ценностей, представители ЛГБТ составляют меньшинство в американском обществе. Это значит, что, если представительство секс-меньшинств во властных структурах США будет значительно увеличиваться, может сложиться странная ситуация: меньшинство будет диктовать, как жить большинству в самом прямом (сексуальном) смысле этого слова.

Церковь пересматривает отношения с государством перед президентскими выборами

Новый 2017 год Русская православная церковь начала с масштабных планов по реституции. Например, в воскресенье, 5 февраля, завершится передача церкви Сампсониевского собора в Санкт-Петербурге. На подходе — Исаакиевский собор, который отойдет ей в ближайшем будущем «в безвозмездное пользование» на 49 лет. В Санкт-Петербургской епархии также твердо намерены получить в долгосрочное пользование храм Спаса-на-Крови.

Успехи РПЦ в Петербурге вдохновили на активные действия Симферопольскую и Крымскую епархию. Она собирается вернуть себе 24 объекта на территории музея-заповедника «Херсонес Таврический». С нетерпением ждут в РПЦ окончательной передачи ей Рязанского кремля в 2018 году.

Но все это — крупные и резонансные проекты церкви. Есть и менее масштабные проявления этой новой волны реституции, которые представляются гораздо более спорными. Например, в Ставрополье РПЦ претендует на бывшие монастырские земли, где сейчас стоит жилой дом. А в нем живет ветеран Великой Отечественной войны. В Рязанской области жертвой возвращения монастырских земель стала бывшая узница концлагеря. И это — только получившие огласку истории.

Нынешняя активизация РПЦ в вопросе возвращения своей собственности — признак того, что отношения церкви с обществом и государством меняются, уверен профессор департамента политической науки НИУ ВШЭ Святослав Каспэ. И Исаакиевский собор вместе с «Херсонесом» — это пробные камни в оба огорода.

― Наблюдаемая нами волна возвращения церковной собственности ― это новый феномен или многолетний вялотекущий процесс, который получил такой резонанс в связи с передачей Исаакиевского собора?

― Эта история вяло течет уже четверть века, с тех пор, как была декларирована сама идея и необходимость возвращения «имущества религиозного назначения». В этой истории периодически случаются обострения, сейчас мы наблюдаем одно из них.

Я думаю, что, с одной стороны, неслучайно это обострение несколько выходит по своим масштабам за рамки предыдущих эпизодов. С другой стороны — весь этот сюжет стоило бы рассматривать в более широком контексте, потому что он может быть предвестием неких значительных перемен в российских церковно-государственных, церковно-общественных и общественно-государственных отношениях. Проблема заключена именно в этом треугольнике — «Церковь-государство-общество».

Вид на Владимирский кафедральный собор в национальном заповеднике «Херсонес Таврический». Фото: Наталья Гарнелис / ТАСС

― Чем нынешнее обострение выходит за рамки предыдущих?

― Все, что сейчас происходит в нашей стране, так или иначе находится в тени предстоящих президентских выборов и неясности их сценария. Эта ситуация повышенной неопределенности побуждает самых разных акторов пытаться играть на повышение ставок.

В данном случае нельзя сказать, что играет именно РПЦ как субъект, ведь она не является монолитным актором. В случае с Исаакием понятно, что это личная инициатива патриарха (хотя есть версия, что кашу заварил петербургский митрополит Варсонофий, и ему же придется ее расхлебывать). По крайней мере, петербургские власти ссылаются на договоренности между губернатором Полтавченко и патриархом Кириллом. В случае Херсонеса ясности меньше, тем более что предыдущая попытка его обретения была неудачной.

Можно сказать так: кто-то или много кто в РПЦ пытается максимизировать свои активы.

Видимо, рассчитывая, что в этой ситуации предвыборной неопределенности кремлевские власти не рискнут ухудшать отношения с Церковью. Но при этом, вероятнее всего, параллельно развиваются инициативы патриарха и патриархии — и самодеятельные инициативы «с мест». Которых, наверное, будет становиться все больше.

― Можно сказать, что раньше РПЦ было сложнее добиться передачи ей собственности, чем сейчас, или в таких вопросах власть всегда шла навстречу?

Власти далеко не всегда шли навстречу. И сейчас не всегда идут. Видимо, имеет место прощупывание почвы со стороны Церкви — что удастся, что не удастся.

― На фоне историй с Херсонесом и Исаакием есть более мелкие январские инциденты — с ветераном Великой Отечественной в Ставрополе и узницей концлагеря в Рязанской области. Эти случаи — это такие производные от Исаакия, реакция на него?

― Нет. Русская православная церковь вообще не существует как единый политический, экономический или социальный актор и не должна таковой быть по своим же собственным канонам. Дисциплина, вертикаль власти в Церкви гораздо слабее, чем представляется светскому наблюдателю.

Другое дело, что есть некая атмосфера. Каждый епископ, поп, настоятель монастыря улавливает в этой атмосфере что-то свое. И мы в основном обращаем внимание на тех священнослужителей, которые попадают в основной новостной поток, чьи частные действия рифмуются с макрособытиями вроде Исаакия или Херсонеса.

Не бывает так, чтобы патриарх отдал команду, и вся Церковь пошла в атаку.

Тем более что степень недовольства нынешним патриархом, и без того немалая, возросла после его встречи с Папой Римским.

Читать еще:  В столичных храмах молились о моряках крейсера "Варяг" и канонерской лодки "Кореец"

Поэтому я лишь в некоторой степени готов считать все эти события звеньями одной цепи. И уж точно это не такая цепь, которую разматывает и которой размахивает один-единственный субъект.

Улица Октябрьская, 233, Ставрополь. Эта земля до революции принадлежала Иоанно-Мариинскому женскому монастырю. РПЦ хочет вернуть ее, выселив ветерана ВОВ

― В рамках этой реституции, как можно заметить, церковь возвращает себе только крупные и особо ценные культурные объекты. Возникает вопрос: мы просто не знаем о других случаях, когда она возвращала себе, например, разрушенные церкви в глубинках, или церковь этого не делает?

― Это один из самых недооцененных аспектов проблемы. Само слово «возвращение» некорректное. В случае с тем же Исаакием и со множеством других объектов Церковь не претендует (хотя по закону имеет на это право) на передачу этих объектов в собственность. Она просит передать их в пользование. И это понятно, потому что принятие в собственность означает и принятие на себя бремени всех расходов по содержанию. В случае с памятниками культуры и истории расходы колоссальные.

Если говорить в целом об РПЦ, то она совсем не так богата, как часто считают внешние наблюдатели, в поле зрения которых находятся патриарх, патриархия и отдельные священнослужители на «Мерседесах».

В действительности же приходская жизнь — это чрезвычайно бедная жизнь. Это объективная реальность: у церковных приходов, малых епархий нет достаточных средств.

Может возникнуть вопрос о том, насколько честно требовать себе то, что ты не можешь содержать. Я не хотел бы им задаваться — кто я такой, чтобы подвергать Церковь моральному суду? Более интересный вопрос — зачем? Зачем это вообще делать? В том же Исаакии богослужения совершались без каких-либо проблем (проблемы и протесты начались как раз сейчас). С другой стороны, все представители Церкви в один голос утверждают, что с передачей собора Церкви ничего не изменится, все его музейные функции будут исполняться в прежнем объеме. Если ничего не изменится, тогда зачем что-то менять? Я не понимаю.

Вообще же Церковь — это огромное сообщество, которое живет своей многообразной жизнью. Мы знаем множество храмов, которые восстанавливаются чуть ли не по бревнышку нищими попами с помощью столь же нищих местных жителей. Статистически полной картины на этот счет нет ни у кого. Но говорить, что этого не происходит, нельзя. Да и в Херсонесе мы имеем дело, по сути, с тем же индивидуальным порывом местного протоиерея отца Сергия. Мы пытаемся собрать мозаику из этих индивидуальных порывов, но она не сможет получиться логически непротиворечивой.

― В начале разговора вы упомянули, что нынешняя активность РПЦ — это симптом перемен в треугольнике отношений «церковь-государство-общество». Что вы имели ввиду?

― У нас по Конституции, да и де-факто, светское государство. Оно находится в формальном партнерстве с Церковью, да. При этом РПЦ все чаще предъявляет к государству свои претензии и рассчитывает на их удовлетворение. Со стороны государства претензий к Церкви что-то незаметно. И есть общество: большая его часть безмолвствует, но в нем есть активные меньшинства — и «либеральных», секулярных критиков Церкви, и «православных» радикалов, к самой Церкви имеющих очень косвенное отношение. Государство оказывается меж двух огней, потому что оно не может однозначно склониться ни на одну, ни на другую сторону. Государство пытается маневрировать. Причем государство-то — это не только Кремль. Каждый губернатор выстраивает свою линию поведения, многие из них находятся в очень сложном положении.

А общее напряжение нарастает, потому что у нас отношения между религиями и государством до сих пор фундаментальным образом не урегулированы.

И у меня такое чувство, что тот раскол по линии религия-государство, который был системообразующим для большинства западных демократий, у нас тоже может выдвинуться на первый план. Уже выдвигается. Пока медленно. Но если в России, не дай Бог, стрясется что-нибудь посильнее Pussy Riot (а оно технически возможно не только в России, но всегда и везде, потому что для этого достаточно пары придурков — не будем забывать, например, недавнее нападение на мечеть в Канаде), то этот раскол будет моментально выявлен и проявит себя в очень жесткой форме.

― Есть ли какие способы урегулирования этих болезненных отношений РПЦ и государства?

― С одной стороны, их нужно терпеливо и мучительно выяснять, прояснять и регулировать. Быстро это никогда не получается. Во Франции это заняло примерно 100 лет. Столько времени потребовалось для того, чтобы заложить хотя бы основы сосуществования доминирующей светской и периферийных религиозных субкультур, прежде всего католической. Здоровые политические, гражданские нации рождаются только в результате и по итогам этого процесса.

С другой стороны, есть некоторые способы, которые могут облегчить эти муки, хотя бы немного приблизить достижение консенсуса. У нас, например, была во многом наивная, но в целом разумная и полезная попытка Михаила Прохорова — когда он еще занимался политикой. Среди его тогдашних инициатив была разработка «Религиозного кодекса» — большого законодательного акта, который бы суммировал, переформатировал и оптимизировал структуру отношений между государством, религиозными организациями и обществом на началах взаимной честности и прозрачности. Конечно, одним законодательным актом такую проблему не решить, но это, мне кажется, был неплохой пример движения в верном направлении. Эта инициатива была свернута вместе со всей политической активностью Прохорова. Но она хотя бы была.

― Как вы думаете, после президентских выборов взаимоотношения РПЦ и государства будут меняться?

— Они бы и без президентских выборов менялись, потому что они все время меняются. Так далеко никакой ответственный аналитик заглядывать не будет. Сегодня прямо на наших глазах идет проба сил. А какими в итоге окажутся силы и их баланс, сейчас сказать невозможно.

Выборы президента РФ: ждать ли сюрпризов

Демонстрационное «полевение» правящих элит в ходе кампании по выборам президента страны и после неё станет базовым политическим трендом в России в текущем году, считает директор Института ЕАЭС Владимир Лепехин

В субботу с 00 часов кампания по выборам президента России войдет в следующую фазу. Она предполагает сбор подписей избирателей в поддержку тех кандидатов, которые не выдвигаются политическими партиями, и сдачу подписных листов в Центризбирком до 10 февраля.

На сегодня из 16 кандидатов, чьи документы были приняты и утверждены ЦИК, двое (Павел Грудинин и Владимир Жириновский) уже зарегистрированы, поскольку им, как выдвиженцам от политических партий, сбор подписей избирателей не требуется. До 18 февраля будут зарегистрированы те из остальных 14 кандидатов, кто справится с «домашним заданием» — соберет подписи в свою поддержку без нарушений и в срок.

Картина в соцсетях

Политические эксперты отмечают довольно высокую активность кандидатов и их штабов, что позволяет надеяться на высокую явку избирателей на выборы в марте 2018 года — более высокую в сравнении с той, которая была зафиксирована на последних федеральных выборах в 2016 году. Активны и СМИ, поскольку в предвыборной кампании уже обнаружилось несколько интриг, способных, как считают журналисты, перерасти в скандалы, сулящие обилие информационных поводов.

Но для того чтобы среднестатистический избиратель реагировал на разворачивающиеся на выборах президента РФ коллизии, важно следить не только за новостными блоками в прессе, но и за теми дискуссиями, которые разворачиваются в социальных сетях. По крайней мере, социальные сети дают вполне адекватное представление об основных целях предстоящей кампании и, соответственно, таргет-группах.

И если в традиционных СМИ потенциальные кандидаты в президенты представлены сегодня более или менее сбалансированно, то в социальных сетях какие-либо иные кандидатуры, кроме трех, названных выше, практически не просматриваются. И здесь сети, как я полагаю, более репрезентативны, поскольку базовая формула предстоящих выборов задана вот этой тройкой: в центре — действующий президент, справа от него — кандидат от либералов, слева — кандидат от КПРФ.

Все остальные кандидаты фактически «погреться вышли» в лучах славы, при всем моем уважении к большинству из них.

Классическая формула

Вообще все кандидаты в президенты России еще с 1996 года делятся на четыре основные категории. Первая — «партия сказала надо — кандидат ответил есть!», вторая — «выдвиженцы по зову сердца», третья — «попросили в высоких кабинетах» и четвертая — фрики. Думаю, большинство представителей второй, третьей и четвертой категорий не пройдут через фильтр сбора подписей избирателей в свою поддержку.

Повторение ставшей уже классической трехчленной формулы избирательной кампании (правые-левые-центр), как, собственно, и в 2012 году, — свидетельство того, что итоги голосования 18 марта 2018 года абсолютно предсказуемы.

Результат предопределен

Отмечу еще одну интересную деталь разворачивающейся кампании: избирателей совершенно не волнуют предвыборные программы кандидатов — только лозунги. Подготовкой программных текстов не озабочены особо и сами кандидаты. Некоторые из них так вообще бравируют отсутствием программ — типа «ешьте меня таким, какой я есть!». А это значит, что выборы (не только в России, кстати, но повсеместно) носят все больше демонстрационный, если не ритуальный характер.

Фактически они всего лишь легитимируют влияние в обществе тех или иных «групп интересов», не более.

Читать еще:  Ценный золотой крест похищен из православного храма в Финляндии

Разумеется, это не относится к действующему президенту России, который начал штурм поста главы государства в 2000 году с позиции исполняющего обязанности председателя правительства России и тем самым изначально оказался в позиции как бы НАД конкурентными группировками. В такой позиции Владимир Путин находится и по сей день, что позволяет ему иметь максимально высокий рейтинг в самых разных, в том числе и в противоборствующих социальных группах.

Так вот, по состоянию на 12 января 2018 года, то есть на момент закрытия списка выдвиженцев от партий, будущий итоговый результат уже предопределен. Можно также со стопроцентной уверенностью утверждать, что никаких неожиданностей в ходе предстоящих выборов президента России не будет.

Тёмная лошадка

ЦИК РФ принял, повторю, документы от 16 кандидатов. Но вновь, как и в 2012 году, основные дебаты разворачиваются между доверенными лицами двух кандидатов: представителя власти и кандидата от «левых» сил.

Замечу также, что подаваемый КПРФ «альтернативный» власти кандидат оценивается экспертами не столько как конкурент Владимира Путина, сколько как лидер из «новеньких», призванный то ли подставить действующему президенту плечо в поствыборной перетряске закосневших элит, то ли стать его преемником. Отсюда и разного рода предположения по поводу того, что Грудинин может набрать в ходе кампании «неожиданно много» голосов в свою поддержку.

К примеру, известный экономист Михаил Хазин начал в СМИ информационную кампанию под лозунгами «Я знаю, кто победит Владимира Путина» и «Павел Грудинин станет премьер-министром страны».

В представлении Хазина обе эти посылки складываются в силлогизм с выводом о том, что кандидат от КПРФ станет фаворитом предвыборной гонки, но чтобы он и впрямь не победил на президентских выборах, ему предложат возглавить правительство.

Курс на «полевение»

С моей точки зрения, даже если Грудинину и предложат в итоге какой-нибудь министерский портфель, то не потому, что он покажет в ходе выборов какой-то выдающийся результат. Зависимость тут обратная: само его участие в президентской кампании есть условие возможного будущего высокого назначения. (Согласно высказанному выше тезису о выборах как механизме легитимации влияния тех или иных групп.)

С учетом падения в России в течение последних двух с лишним лет (в связи с объявлением ей экономических санкций) уровня жизни значительной части населения страны степень протестных настроений в РФ нарастает. На этой почве у власти появляется потребность в союзе с одной из протестных групп — и лучше, чтобы это был союз с «левыми» патриотами, а не с либералами-западниками. С «левыми» можно договориться о национальном консенсусе, а с радикальными либералами — нет.

К тому же первых в России на порядок больше, чем вторых.

Словом, демонстрационное «полевение» правящих элит в ходе кампании по выборам президента страны и после неё станет базовым политическим трендом в России в текущем году. Официальное «полевение» власти позволит ей путем интеграции в свои ряды Павла Грудинина и некоторых представителей его команды снизить в стране градус протестных настроений, что очень важно в ситуации нарастания внешнего давления на российское руководство.

Вот это, пожалуй, главное, что нужно знать по состоянию на 12 января о предстоящих в России в марте этого года президентских выборах.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Роман Худяков («Честно») – снялся с выборов

Бывший член партии ЛДПР и депутат Государственной Думы. 40 лет. Родился в Тирасполе. Служил в миротворческих силах РФ в Приднестровье. Известен своим участием в развлекательных программах на телевидении. Выступает за национализацию ЦБ, отмену ЕГЭ, поддержку семей, ревизию законодательства и введение КПД чиновников.

Является председателем партии «Честно». Снял свою кандидатуру 22.01.2018 без объяснения причин.

Вопросы и задания к документу [ править | править код ]

Есть минимальный уровень образования и осведомлённости, вине которого всякое голосование становится своею собственной карикатурой. Здесь нужна не элементарная грамота, которая позволяет человеку вместо «приложения руки», вымазанной чернилами, нарисовать буквами свою фамилию. Здесь нужно понимание самого выборного процесса и предлагаемых программ, умная оценка кандидатов, разумение государственного и экономического строя страны и его нужд, верное видение политических, международных и военных опасностей и, конечно, приобщённость к источникам правдивых сведений .

Есть уровень необразованности, малообразованности и неосведомлённости, при котором голосует не народ, а обманываемая толпа; и из этого возникает не демократия, а охлократия (правление тёмной толпы). И нужно быть совсем наивным, чтобы воображать, будто люди, которым обманно морочили головы 80—40 лет, завтра станут сознательными гражданами», способными разобраться в государственном вреде и политической пользе: стоит только провозгласить «свободу» и «равенство» — и все сейчас же объявят себя сторонниками республики и федерации.

Это означает,что если человек не достаточно сведущ в политике, то он может выбрать кандидата наугад, действуя бессознательно,что является противоположным смыслу голосования в демократическом государстве, который состоит в том, чтобы делать выбор сознательно, а не просто присутствовать на выборах для галочки.

  • Актуальны ли сегодня размышления автора, опубликованные им в середине прошлого века? Аргументируйте ответ, привлекая материалы СМИ, практический опыт своих знакомых.

Да,высказывание автора является актуальным и на сегодняшний день, так как большинство людей, совершая выбор,не задумываются о его последствиях, и выбирают кандидатов наугад. Особенно часто это касается молодежи, имеющей крайне относительное отношение к политике.

Знакомые всё лица

От ЛДПР — «чтобы новые лица появились на олимпе власти» — собирается на выборы Владимир Жириновский. Для 70-летнего политика это уже 6-я (!) личная попытка покорить наш политический олимп. Загодя о намерении вписать свою фамилию в список кандидатов на должность Президента РФ объявил и глава федерального политкомитета «Яблока» 64-летний сооснователь партии Григорий Явлинский. Он участвовал в выборах в 1996 и 2000 гг., а в 2012 г. не был зарегистрирован из-за претензий Центризбиркома к собранным в его пользу подписям избирателей. На этот раз «Яблоку», имеющему депутатов лишь в региональных парламентах, тоже придётся собирать подписи — 100 тыс. штук.

Несмотря на формальное препятствие в виде непогашенной судимости, уже мобилизует сторонников главный возмутитель политического спокойствия последнего времени 40-летний юрист Алексей Навальный. К слову, по закону кандидатам-самовыдвиженцам для регистрации на грядущих выборах нужно будет собрать по стране 300 тыс. подписей.

Как и ЛДПР, никаких подписей не понадобится для выдвижения кандидатов думским партиям «Справедливая Россия» и КПРФ. Однако есть сомнения в том, что это будут их лидеры — 64-летний Сергей Миронов, бывший председатель Совфеда (он был кандидатом однажды, на выборах 2004 г., но в итоге сам поддержал на них Владимира Путина), и 72-летний бессменный глава КПРФ Геннадий Зюганов, участвовавший уже в 4 президентских выборах.

Эсеры вроде бы подумывают выставить кандидатом женщину: будет выделяться среди претендентов-мужчин и только за счёт «полового фактора» и обсуждения социальных тем вполне сможет собрать несколько процентов голосов. По крайней мере, больше, чем 0,75%, которые С. Миронов получил в 2004 г.

Перед драматичной развилкой стоит и КПРФ. Судя по опросам, Зюганов рискует впервые уступить второе место Жириновскому. К слову, в свежем рейтинге доверия политикам от ВЦИОМ у лидера КПРФ — 6,9%, у предводителя ЛДПР — 14%, у Миронова — 2,4%. У президента В. Путина — 52,6%.

«Геннадию Андреевичу важно продемонстрировать обновление партии и не потерять над ней контроль, — говорит Константин Калачёв, руководитель Политической экспертной группы. — Если он в итоге не рискнёт пойти на выборы сам, то кандидатом от КПРФ может стать кто-то из молодых и преданных ему коммунистов. Кремлю важно лишь то, чтобы избиратели КПРФ, как и других партий, пришли на выборы».

Потратят сущие копейки

Кстати, траты на всю кампанию по внесению поправок в Конституцию (примерно 15 млрд рублей) многие опрошенные эксперты считают вполне адекватными.

«Изначально закладывали сумму большую, чем необходимо. Деньги выделялись, исходя из президентской кампании 2018 года. Хотя на этот раз, например, никто не планировал задействовать 40 тысяч онлайн-камер для наблюдения за процессом. Расходы на армейские палатки и средства дезинфекции обойдутся куда дешевле», – говорит Станислав Андрейчук.

На одного избирателя закладывают примерно по 80 рублей на маски и антисептики, то есть суммарно на эти цели может быть израсходовано порядка 1 млрд.

«Вообще утверждение, что выборы любого уровня нам слишком дорого обходятся – не более чем миф. Понятно, что когда обычный человек услышит сумму в 15 млрд, он может в обморок упасть. Но если сравнивать с тем, куда и сколько тратится бюджетных денег – это на самом деле копейки», – заключает Андрейчук.

Председатель крайизбиркома Ирина Акимова в беседе с корреспондентом amic.ru объяснила, что всего Алтайскому краю выделили на проведение кампании 261 млн рублей. Из них на оплату труда членам избирательных комиссий отводится не менее 82%, то есть около 216 млн. На территории региона образовано 1802 УИКа, в которых работает примерно 18 тысяч человек.

При этом расширять состав комиссий или создавать новые участки, несмотря на выросшую нагрузку, не планируют. Оплачиваться работа членов УИК будет из федерального бюджета, исходя из фактически отработанных часов за период всей кампании.

По словам Акимовой, крайизбирком прорабатывает несколько направлений, связанных с грядущими нововведениями при голосовании и подготовке плебисцита. В частности речь идет о повсеместном тестировании членов УИК на коронавирус. За чей счет будет проводиться процедура и в какие сроки – пока не ясно.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector