0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Шесть типов проповеди, которая не нужна прихожанам

Православная Жизнь

Как не стоит общаться с прихожанами, чего люди ждут от современного священника и какое отношение к Церкви имеет анекдот про сосиски.

Новый формат общения

Церковные спикеры постепенно изменили формат общения с аудиторией, что очень радует. Сейчас в интернет- и телепространстве священники говорят с людьми на доступном языке. Это видят все, и это очень хорошо. Однако есть большое число совсем иных священников, которые, к сожалению, не хотят или не умеют общаться с прихожанами, и это очень большая проблема. Да, не всем дано проповедовать, не все этому научились, но избежать общения с паствой невозможно — к тому же, оно не исчерпывается только проповедью.

Признаем, что спектр тем для церковных проповедей очень мал: каждый год одни и те же праздники, память одних и тех же святых, чтение одних и тех же глав Евангелия. Но в придачу ко всему этому некоторые священники пользуются проповедями, написанными в XIX веке. Да, они порой хороши и поучительны, но, к сожалению, неактуальны для современного человека. Мы живём в совершенно других реалиях, и нам нужно учиться говорить иначе.

Некоторые священники полагают, что прихожанам не надо говорить всего, потому что «они не поймут», «плохо образованы», «их могут смутить те или иные факты». Но ведь это всё — камни в наш огород! Если не понимают — значит, мы не объяснили. Думаю, в принципе неправильно полагать, что люди нас не поймут или мы их отпугнём. Мы призваны благовествовать и говорить, а не умалчивать. Из-за умалчивания у людей рождаются суеверия, они перестают понимать смысл происходящего в Церкви, не понимают, чем обусловлены те или иные традиции. Они переиначивают смысл традиций, что приводит к заблуждениям. В итоге, когда Патриарх подтверждает постановление Поместного Собора 1917-1918 годов о том, что Евангельское чтение и Апостол могут быть при необходимости прочитаны на русском языке, люди воспринимают это как отступление от канона и традиции.

В связи с такого рода тенденциями вспоминается анекдот: муж спрашивает у жены, почему она, когда варит сосиски, отрезает у них кончики. «Так моя мама делала!» — отвечает жена. Через время приезжают к маме в гости, жена спрашивает: «Мама, зачем вы отрезали кончики у сосисок?» — «Не знаю, так ещё моя мама делала!» Бабушка, слыша этот разговор, кричит: «Девочки, я не поняла, вы что, до сих пор варите сосиски в моей маленькой кастрюльке?!» Нечто похожее бывает и в Церкви, когда мы соблюдаем традиции, не понимая их.

Какие же сценарии общения с паствой неприемлемы?

Остановимся на самых распространённых.

Священник читает проповедь, напечатанную папой-священником на печатной машинке и составленную из книжных выдержек, оставшихся от дедушки-священника. Хорошо это или плохо? — не знаю. Всё-таки общество изменилось, да и дедушка-священник обращался к совсем иным людям. Возможно, такая проповедь и хороша для тех, кто впервые пришёл в храм и ничего не знает о празднике или прославляемой иконе. Но давайте смотреть правде в глаза: в воскресенье 95% людей, находящихся в храме — это постоянные прихожане, которые обо всех праздниках уже всё прекрасно знают.

Вторая категория — священники, которые на проповеди говорят не столько о событии, сколько о том, что в праздник делать нельзя. Да, раньше нельзя было в праздник стирать, например. Я застал времена, когда стирка была делом целого дня, а то и двух: требовалось приносить воду, кипятить бельё, что-то долго тереть, выносить воду и так далее. Конечно, тратить праздничный день на такую суету нехорошо. Но в наше время стирка решается четырьмя действиями: загрузил бельё, насыпал порошок, нажал пару кнопок — всё. Жизнь меняется, и надо это осознать. На первый план вышли совсем иные проблемы. Зачем же тратить время общения на непонятные запреты?

Третий тип: священник ограничивается какими-то очевидными фактами, например, пересказывает прочитанный эпизод Евангелия или рассказывает о празднике что-то общеизвестное и много раз слышанное. Есть такие, кто говорит об одном и том же, но на разные лады и разными словами: «Мы чтим икону Богородицы такую-то, Богородица помогает нам и защищает своим Святым Покровом, поэтому мы должны непременно почитать Пресвятую Богородицу и молиться Ей, нашей покровительнице», — ни о чём, из пустого в порожнее.

Четвёртый: священник не знает, что сказать или как говорить, чтобы люди его понимали, в итоге вещает долго и очень сложно, уходя в богословские глубины и наполняя речь множеством сложных терминов.

Пятый тип. Раскрою секрет: хочешь быть популярным, чтобы к тебе ездили из других благочиний и областей? Надо говорить общие вещи, желательно приправить их «фактами» из серии «в день памяти архистратига Михаила святой архангел Михаил опускает крылья в огненную реку ада и достаёт оттуда кающихся грешников». Гарантирую, что вас даже начнут цитировать. Люди будут приезжать издалека, чтобы послушать батюшку, который говорит то, о чём не говорит никто. У него ведь есть тайное знание. Ещё бы: откуда иначе им узнать, что картошку есть нельзя, потому что в ней бесы, которые бьют по щитовидной железе! Это будет пользоваться спросом, тем более что такие факты рассказывают священники, непременно выглядящие как старцы — увы, такой образ очень хорошо продаётся… Чипы, приход антихриста, недоверие к традиционной медицине — всё это имеет православный антураж, который востребован большим числом людей. Не знаю, почему образ старца так привлекателен и почему в сознании многих он именно такой. Думаю, если рядом поставить портреты отца Александра Шмемана и Распутина, то большинство назовёт православным священником второго.

Шестой тип — священники, которые воздействуют на прихожан по-сектантски. Такой настоятель давит на то, что храм принадлежит не ему, а прихожанам, и если его уберут, то пришлют кого-то другого — непременно нерадивого. Прихожанину навязывается чувство вины и ответственности за храм, обязанность через силу трудиться ради прихода — как правило, в ущерб семье. Здесь нарушаются слова апостола Павла: «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного» (1 Тим. 5:8). Каждому священнику приходится призывать прихожан участвовать в жизни храма и прихода, но адекватный священник не будет ничего навязывать и не станет манипулировать. Прихожане с удовольствием помогают не когда на них возлагают новые и новые обязанности, а когда видят, что настоятелю нужно то же, что и им: чтобы в храме было красиво, удобно, чисто и тепло.

Некоторые священники насаждают приходящим в храм людям чувство вины, постоянно говоря об их греховности. Они так активно борются с грехом, что тот вытесняет в их проповеди Христа и любовь. Наверное, они забывают возглас: «Святая святым», — и не понимают, кому он адресован. Святые Дары — Тело и Кровь Христовы — предназначаются для святых — тех, кто стоит по ту сторону алтарной преграды. Да, они грешные, но это к ним Он пришёл. Бог хочет, чтобы мы жили вместе с Ним, чтобы помнили о Нём. Потому молитва — это не только утреннее и вечернее правило, молитвы перед едой и после. Это любое воспоминание о Боге. Но во многих храмах этому почему-то не учат. Вместо этого учат зацикливаться на грехе.

Нельзя поднимать с людьми темы, которые можно отнести к категории sub rosa — то есть тайным, не допустимым к оглашению. Самая больная из них — сфера супружеских отношений. Это область, которую священники не имеют права регламентировать. Её нельзя поднимать ни на проповеди, ни на исповеди. Сюда я бы отнёс и вопрос поста. Когда священник с амвона настаивает на принятии пищи по уставу с соблюдением сухоядения, это неправильно. Поститься нужно всем, но у каждого мера поста своя, и такие вопросы надо обсуждать индивидуально. Насаждая всем одни и те же требования, батюшка может навредить своим прихожанам.

Читать еще:  Медресе превратили в музей президента

Как же надо разговаривать с прихожанами?

Говорить о важном

Прежде всего, нужно говорить о том, что для прихожан важно. Как правило, эти же темы волнуют и самого священника. Мы живём в одном и том же обществе, сталкиваемся с одними и теми же проблемами и прекрасно знаем, что в конкретный момент времени волнует людей. Игнорировать актуальные вопросы недопустимо. Безусловно, при этом необходимо учитывать потребности своего прихода. Если говорить о проблемах искусственного интеллекта 80-летним бабушкам, нас не поймут. Если не говорить о проблемах искусственного интеллекта молодёжи, нас тоже не поймут. Надо искать золотую середину, общаться на темы, которые касаются большинства. Конечно, во всех этих разговорах мы должны быть предельно аккуратны.

Внимание на речь

Надо следить за чистотой своей речи, манерой говорить — не важно, обращаемся мы с проповедью к полному храму на праздничной службе или к трём людям после освящения автомобиля.

Как ни крути, Церковь — это институт, сохраняющий в себе много непонятного и архаичного, от этого никуда не деться, но в своём языке архаичность нужно сводить к минимуму. Священника должны понимать, поэтому забрасывать людей богословскими терминами не стоит. Наоборот: наша задача — максимально подробно разъяснять, что именно происходит в храме в целом или в тот или иной момент литургии. К слову, можно об этом не только рассказывать при личной встрече или на проповеди, но предлагать книги, статьи, видеоматериалы для изучения. Мы должны вести просветительскую работу, говорить о Евангелии и Деяниях апостолов, о крайней необходимости каждому христианину читать их.

О литературе

Очень полезно, чтобы священник рекомендовал конкретные книги, статьи, видео. Если мы говорим: «Надо изучать святых отцов», — значит, надо людей хоть немного в святоотеческой литературе ориентировать, потому что она очень разная. Может получиться так, что человек выберет себе одёжку не по размеру — возьмётся за книгу, до которой духовно не дорос. Начинающим христианам можно посоветовать патерики или святых отцов, которые жили как можно ближе к нашему времени, потому что они будут более понятны.

Мне кажется, что современному священнику неплохо напомнить о забытой многими классической литературе, рассказывающей о тех же истинах, которые проповедует православие. Для этого надо знать, чем живёт человек, сколько у него времени на чтение. Конечно, упор надо делать на литературу, так или иначе связанную со Священным Писанием — благо, сейчас её много. А по поводу святоотеческой литературы важно помнить: 90% её написано монахами, поэтому она далеко не всегда применима к нашей повседневной жизни. Этого нельзя сказать о книгах, толкующих Священное Писание или объясняющих богослужение, они могут быть очень полезны.

Указывать направление

Общаться с людьми нужно с уважением, но при этом лучше не давать конкретные ответы и советы. Наша задача — указать направление, а не подать готовое решение на блюдечке. Показать путь решения проблемы, который человек не замечал. Такой принцип полезен, чтобы избежать соблазна вещать «от лица Бога». Понятно, что это касается вопросов выбора, а не каких-то конкретных вещей из серии «можно ли есть просфорку не натощак».

Улыбаться и любить

Чтобы человек уходил из храма обрадованным и без чувства вины, надо ему улыбаться. Архимандрит Андрей (Конанос) писал: однажды к нему подошла женщина и призналась, что он спас ей жизнь только тем, что был с ней приветливым. Священник должен понимать, что люди в храм приходят не для того, чтобы их песочили. Они знают, что там их должны любить, там могут пожалеть. Ко мне приходил один человек, я не мог понять, зачем он приходит. А потом понял: ему больше идти некуда. В храм идут за добротой, за горящим сердцем священника, за готовностью не помочь даже, а выслушать. Многим людям и советов наших не надо, они сами находят ответы, выговариваясь нам. И когда мы начинаем на проповеди ругать и поносить, это неправильно. Это ранит.

Не допускать чувства вины и бороться со стереотипами

Мне больно и обидно видеть человека, который ходит в храм дольше, чем я, и при этом остался под гнётом стереотипов, слыша которые хочется его обнять и плакать. Как будто от того, как пострижена борода или какие штаны надеты, зависит духовность. Люди не становятся святыми, меняя какие-то внешние вещи. Очень тяжело сталкиваться с тем, что такие стереотипы навязываются священниками. Мы призваны учить верить, любить, молиться — а не оценивать священника по бороде, а женщину — по длине юбки.

Наши люди по многим причинам и так живут с чувством вины. Не надо ещё и в храме добавлять им поводов осуждать и мучить себя. Пусть приходят, задают вопросы, узнают от нас новое. Иначе Церковь будет по-прежнему непонятна и чужда.

Священник Димитрий Паламарчук

“Проповедь – всегда огромный риск”. Почему священник может не говорить, если его сердце молчит

Может ли человек внимательно слушать проповедь стоя, 10 минут подряд и как разобраться, к кому обращается священник, чтобы его слово поняли — размышляет протоиерей Алексий Уминский.

– На заупокойной записке вместо имен значится: “Батюшки! Вы для кого читаете проповедь? Не слышно ничего. Говорите внятно, плохая у всех дикция”. Даже не содержание, а невозможность расслышать проповедь является проблемой для прихожан?

– За ходом службы можно следить по гаджетам. Чтобы человек мог понимать и читать богослужебные тексты, сегодня созданы ну просто все условия. А вот для слушания и понимания проповеди техническое оснащение — вещь, действительно, наиболее актуальная. Проповедь для того и существует, чтобы ее слышать.

Только ленивый настоятель не думает о том, чтобы в храме установить звуковое оборудование. Вопрос технического обеспечения вообще самый простой и решаемый. Во многих храмах звукоусиливающее оборудование существует очень давно. Речь здесь не только о Храме Христа Спасителя или Богоявленском соборе, в некрупных храмах оно тоже есть.

Само по себе такое оборудование сегодня необходимо. Святейший Патриарх Кирилл, например, использует микрофон, чтобы мирянам были слышны слова Евхаристической молитвы, анафоры, произносимой в алтаре. Словом, технически обеспечить возможность услышать проповедь, не проблема. Другое дело — актуальность самой проповеди.

– Почему сегодня актуальность проповеди — проблема?

– Мы живем в такой информационной среде, в которой найти можно вообще все. Не только объяснение церковных праздников и толкование на Евангелие, в сети найдутся проповеди на весь церковный круг, сказанные блестящими проповедниками всех времен и народов. В этом смысле актуальность проповеди становится может и не спорной, но обсуждаемой.

Есть другой аспект. Не каждый священник обладает даром проповедника, как Александр Шмеман, который “в проповеди делил себя с людьми”. Не каждый способен понять, к кому сегодня он обращает свое проповедническое слово. Наконец, само место проповеди в богослужении не является важным и значимым моментом. По своему смыслу проповедь должна произноситься после чтения Евангелия. Однако, чаще читается в конце богослужения, перед тем, как священник выносит людям Напрестольный крест. Именно тогда проповедь и становится тяжелым испытанием для церковного люда, для тех, кто молился на Божественной литургии. К этому моменты храм наполняется бытовым шумом, полон детьми, которые устали и мечтают быстрее бежать гулять. Священник, следуя правилам, выходит с проповедью, не всегда сообразуясь с количеством времени, отведенным на нее.

К величайшему сожалению, проповедь может занимать больше десяти минут. Но это невообразимо. Ни один человек не способен внимательно слушать длинную, содержательно наполненную речь, если это не лекция, конечно, которую надо конспектировать, сидя в удобном положении в кресле.

Вполне естественно, что внимание рассеивается, человек отвлекается, наконец, проповедь ему может наскучить. Даже если проповедь будет произнесена после Евангелия и затянута, слушатель потеряет ритм литургии. Собьется его молитвенный шаг. Человеку будет тяжело войти в литургию вновь. Все эти моменты как раз и ставят проповедь в уязвимое положение.

За свой исторический период, даже за последние десятилетия, проповедь, увы, приобрела в сознании самих священников статус неважной дополнительной вещи. Например, когда происходит архиерейское богослужение, проповедь читается в “переменку”, в момент, когда в алтаре причащаются священнослужители.

Литургия уже прошла. Все прихожане вздохнули и начали заниматься своими делами, ожидая выноса Чаши. В этот неудобный момент выходит священник, обычно назначенный специально читать проповедь и не служащий Литургию, и произносит проповедь, чтобы занять чем-то внимание пришедших, убить время. Но для проповеди это катастрофично.

Читать еще:  Медицинские организации, центры, услуги

– Почему вам так кажется?

– Хотя бы потому, что она предназначена для другого.

Если проповедь “ради занять время”, то и церковным народом она воспринимается, как “с ноги на ногу переминаться и переждать”.

Когда священник служит на приходе, он знает, что после Евангелия его ждет длинная сугубая Ектения, во время которой обычным делом и литургическим безобразием, на мой взгляд, является долгое громкое чтение записок, которое убивает все живое в человеке, пришедшем причащаться. Сердце человека должно было зажечь евангельское чтение. Оно, как эпиклеза в Литургии верных, является эпиклезой в Литургии Слова. Это момент богообщения, пришествия самого Христа, приход Слова Божия. В этот момент мы слышим живое Слово, которым должны наполниться, которое должно нас просветить.

Проповедь должна следовать этому духовному и эмоциональному порыву, который соединяет человека с переживанием Слова Божия. Но вместо возвышения — а литургия возвышает — бац, тебя опять опускают на землю, и ты занимаешься сугубыми прошениями, совершенно земными и не имеющими отношения к Евангелию.

Когда же читать пресловутые записки?

– Нет никакой необходимости читать их на Ектении во время Литургии. Все это — дело проскомидии, дело диптихов, которые читаются в алтаре. Они не должны произноситься вслух. Когда совершается Великий вход, происходит поминовение всей Церкви, а по особым случаям и важным событиям поминовение особых имен.

Например, память усопшего человека, важного для всей церковной общины, молитва о здравии кого-то из членов общины, например, находящегося в тяжелом положении, о котором знают все и все о нем молятся. И это иное, чем просто чтение безымянных имен…

Чтение записок. Фото: tatmitropolia.ru

Так чем все-таки сегодня является проповедь? Может ли за тридцать лет служения священнику надоесть ее произносить?

– Проповедь является по-настоящему экспромтом, единственным моментом литургического творчества священника, поэтическим творчеством. Это момент вдохновения и высокого настроения священника, который готовит себя к слышанию и чтению Слова. Это момент переживания встречи со Христом и Словом Божиим. И этот момент сложен по разным причинам.

Вы правильно сказали, священнику в сане тяжело тридцать лет подряд каждый раз произносить одну и ту же проповедь. Этого нельзя делать, да и невозможно. Легче и правильнее промолчать. Священник имеет право, когда его сердце молчит, ничего не говорить. Об этом, кстати, писал митрополит Антоний Сурожский. Священник не краснобай, он не может выдавать на-гора всякий раз. Если сердце молчит, если не можешь сказать живого слова, лучше не говори. Прочти проповедь того, чьи поучения вспоминаются и трогают тебя в этот момент. Не надо бояться вспоминать слова наших великих учителей. Великих проповедников много. Всегда их слово будет поучительно и прекрасно.

Проповедь же связана с переживанием Евангелия. Что касается других церковных событий, вместо проповеди уместнее порой прочитать на клиросе кому-то из прихожан поучение на праздник. Прочесть ясным, четкими понятным голосом. И все.

– « Желательно» или «допустимо», разве священнику не предписано читать проповедь?

– Мы живем в XXI веке, а не в те времена, когда было предписано читать проповедь. Когда-то у людей, действительно, не было Священного Писания перед глазами. Они не могли читать его дома, им оставалось только вслушиваться в него в храме. Священник был обязан разъяснить Евангелие людям, которые не то что книг дома не имели, просто были неграмотны. Проповедь была проповедью катехизаторской и огласительной. Именно по этой причине она находилась перед Ектенией об оглашенных. Это была проповедь научительная.

Только к XX веку проповеди стали носить характер личного сопереживания евангельскому Слову. Мы видим это у святых отцов. Но никогда священнику не вменялось быть личным толкователем Слова. Он должен был быть катехизатором, учителем, преподавать учение Церкви через проповедь. Он был призван делать то, в чем нет сегодня смысла, ведь мы все умеем читать, нам доступны любые книги и толкования.

–Что важнее для проповеди в современной ситуации?

– Сегодня важнее, чтобы проповедь произносилась именно в евхаристической общине. Потому что, если она произносится не в общине, то непонятно для кого звучат слова.

Он обращает ее к людям, разве этого мало?

-Но кому говорит проповедь священник, если его приход – не его община, если это случайные люди, которых он не знает и не может назвать по имени, когда они подходят к Чаше?

Дети на Причастии. Фото: spbda.ru

Все священники знают, что в своей общине можно не называть имен людей. В своей общине священник знает каждого, даже если причащаться будут сто пятьдесят человек. Если он позабудет имена двух-трех, то только потому, что они ходят к нему недавно.

Если священник знает кто его община – он знает к кому обращает свое слово. Главное, такой священник понимает в каком слове сегодня нуждаются эти люди.

Положим, можно говорить абстрактно, непонятно кому непонятно что, но тогда что станешь говоришь? Как это будет звучать? В такие моменты проповедь и начинает носить характер идеологический, политический, какой угодно еще, а всего чаще она становится обличительной. Обличение – вот чего проповедь должна избегать особенно. Это ставит священника на степень судьи и пророка, того, который отличается от своих прихожан особым знанием, духовностью, богопознание, но этого просто не может быть.

Произносимая в общине, проповедь касается всех одинаково.

Со стороны священника проповедь – форма эмпатии, сопереживания. Это общий разговор о Боге, Его Слове, о Евангелии. Вот чем может быть проповедь.

Но вопрос актуальности проповеди возникает лишь в рамках существования евхаристической общины. Это момент, когда собравшиеся на литургию люди наполняются Словом, переживают Слово, приобщаются к Слову через принятие Святых тайн Христовых.

Это очень серьезная задача. Для ее реализации необходима община. Вне общины, проповедь сегодня невозможна. Проповедь – всегда огромный риск. Это место, где священника может занести, потому что он тоже живой человек. Это всегда тот жанр, который не безупречен. Наконец, это огромная ответственность за сказанное

11 типов проповедников: Какой достался вам?

Знаю, что тема эта противоречива. Есть те, кто за, есть те, кто против. Поэтому, постараюсь не углубляться в занудные рассуждения о типах темпераментов, и просто расскажу о различных проявлениях характера в контексте проповеди.

Перед тем, как мы окунемся в это неутомительное обсуждение характерных черт людей, давайте определимся с главным правилом: если вы проповедник – вы проповедуете. Как бы вы ни молились перед проповедью: «Господь, пусть люди не видят меня, пусть они видят Тебя», давайте признаем, люди вас тоже увидят.

И ваша проповедь будет нести на себе ваши следы не только в виде физического присутствия. Качества вашего характера будут тем ситом, через которое проповеди будут просеиваться как во время подготовки, так и при донесении до слушателя.

Итак, начнем:

1. Послушный проповедник

Некоторые люди зациклены на чувстве долга. Они серьезны и старательны, ответственны и надежны.

Им свойственно говорить о традиции, труде упорном и постоянном. Я подозреваю, что эти люди к проповеди готовятся со всем вниманием (что мне, учителю проповедников, не может не нравится). Этот человек найдет столько часов для подготовки проповеди, сколько нужно. Что, надо сказать, свойственно не всем типам темпераментов.

Я часто говорю о пользе должной подготовки к проповеди. Но надо признать, что картина тут не такая уж и радужная. У такого проповедника может быть тенденция напирать на тему долга, ставя исполнение долга во главу приоритетов. Такой проповедник, возможно, будет предполагать, что у других есть схожая с ним мотивация. Поэтому вся энергия может быть потрачена на объяснение того, что следует делать, без объяснения, почему, зачем. При этом наш проповедник может упустить понимание, почему некоторые кажутся нам, как бы это так сказать – безответственными. Когда Евангелие проникает в сердца людей в общине, община меняется к лучшему. Но всегда есть опасность для многих типов людей, что они увидят цель в достижении «хорошести» общины. А прямой путь к ней – исполнение. Нельзя забывать, что должны меняться и сердца.

Продолжим и перейдем типу №2.

2. Механический проповедник

Этому человеку интересно, как все работает. Он практичен в своих навыках. И в жизни он тоже практик. Им нравится несложное в жизни, но они способны постигать сложное с помощью других людей. Цель для них оправдывает средства, если только найдено практичное решение. Такой человек будет проповедовать с завидной долей практического применения. Вот решение для этой задачи. Идите, применяйте. Людям понравится, что им дают шаги для послушания, а не просто ожидают от них определенного поведения.

Читать еще:  Алексий II возглавит богослужение в Успенском соборе Московского Кремля

Однако, есть тут и определенное ограничение. Люди ведь не машины. Легко проповедовать, если считать, что они – механизмы. Когда у вас это, то делайте так, думайте так, помните вот это, и все будет хорошо. Дело в том, что жизнь проживается не в виде логических и практических шагов. В мотивации каждого конкретного человека все гораздо сложнее. Во взаимоотношениях людей с Богом и друг другом много разных взаимозависимых связей. Проповедники, налегающие на практическую часть в проповеди – это благословение для церкви. Особенно, если они не ведут себя с людьми, как с машинами.

3. Проповедник–воспитатель

Этот человек добр и заботлив. Он чувствует людей и готов отдать себя за тех, кого любит.

Думаю, что этому типу проповедников удается достучаться до людей гораздо быстрее, чем остальным. Хотя быстрота эта – без учета огромного количества времени, потраченного на заботу, выслушивание и молитву. Такая заботливая нежность – благословение для тех, кто ею окружен. Мы многому можем научиться на примере того, как этим люди заботятся и любят окружающих (но не для того, чтобы подражать, а для того, чтобы научиться это делать искренне).

Те, кто умеет читать людей, нужно также удостовериться, что они умеют внимательно читать текст и проповедовать его честно. Есть опасность, что забота о других может повлиять на субъективное, слегка искаженное восприятие Писания, и проповедник будет стремиться больше помочь, чем передать заложенный в тексте Писания смысл. А если текст Писания правильно понят, то нам нужна смелость доносить это до людей. Иногда, из страха кого-нибудь обидеть, наш проповедник-воспитатель будет что-нибудь умалчивать, не договаривать и смягчать. Заботьтесь о людях, настолько, чтобы применять Божье Слово в жизнь церкви. Возможно, следует добавить еще одну категорию проповедников – проповедников, боящихся конфликтов. Но тогда мне просто придется слово в слово повторить все, сказанное для проповедника-воспитателя.

4. Изобретательный проповедник

У него развито эстетическое восприятие, он чувствует красоту, его привлекает все новое и поразительное.

У этого типа проповедника, как и у остальных, есть сильные и слабые стороны. Новый и изобретательный способ проповеди Слова, возможно, поможет создать запоминаемые и эффективные презентации. Но могут быть и ошибки. Другие тоже, конечно, ошибаются. Но в служении новое и неизведанное – всегда риск. Старайтесь использовать свою креативную энергию (вполне себе благочестивое качество) так, чтобы хорошо отражать Бога и Его Слово.

Продолжим наши размышления о многогранной сложности нашего внутреннего мира. Как качества вашего характера влияют на проповедь?

5. Проповедник-писатель

Он хорошо умеет выражать своих мысли на бумаге, талантливо и ясно. Проповедник-писатель не представляет себе жизни в век, когда не было литературы. Он не может жить без книг.

И здесь тоже есть и положительное, и отрицательное. Проповедь – это процесс донесения информации. Поэтому способность ясно выражаться очень важна. Однако, писать и говорить – это два разных вида коммуникации. Хорошо написанный текст может совсем не привлечь слушателей. Надо уметь писать проповеди на разговорном языке, а не литературном. Лучше вообще проповеди не записывать, а лишь составлять план тезисов для последующей «озвучки» того, что между строчками этого плана. Эта мысль, кстати, покоробит не только писателей, но и другие типы темпераментов.

6. Проповедник-профессор

Это человек любит информацию и буквально является ее хранителем. Он читает, запоминает, анализирует. В его голове тонны библейских, богословских и исторических данных.

Если вы проповедник – вы проповедуете. Как бы вы ни молились перед проповедью: «Господь, пусть люди не видят меня, пусть они видят Тебя», давайте признаем, люди вас тоже увидят.

Это явное преимущество для проповеди. Способность связывать воедино множество текстов, держать эти все связи в голове и вытаскивать их на свет в случае необходимости – это очень круто.

Есть, правда, и ложка дегтя. Информация может оказаться неуместной. Проповедь – это ведь не выгрузка базы данных в мозг слушателя. Слушателям может быть трудно следить за всеми этими связями. Они могут устать от объема информации и просто «перегрузиться». Так что нашему проповедник-профессору стоит научиться укорачивать и подвергать редакции все свои тексты. Проповедникам, в принципе, тяжело в достаточной мере упрощать свои проповеди. А уж проповеднику-профессору – тяжело вдвойне. А слушателям хотелось бы не только знать своего проповедника в качестве компьютера, но и человека в нем разузнать тоже.

7. Пастор – душа компании

Умение общаться с людьми – это навык, которые стоит приобрести. Повезло же тем, у кого этот навык – врожденный. Они могут знакомиться, общаться, чувствуют себя комфортно среди людей, с радостью рассказывают истории и могут показывать свои чувства на публике.

В большинстве своем проповедники – интроверты, поэтому преимущества уединенного изучения Писания могут быть сведены на нет трудностями в коммуникации (или просто, как правило, в общении после проповеди). Общительный пастор может запросто встать и рассказать алфавит так, что все будут чувствовать тепло и комфортно. И да, есть и положительное, и отрицательное во всем этом.

8. Властный проповедник

Он любит за все отвечать. В какой бы группе людей они ни оказались, они становятся лидерами. Они всегда ищут способы влияния на окружающих.

В определенных условиях проповедь – самое правильное решение для них. Ведь между проповедью и ведением за собой – прямая связь. Но есть также и прямая связь между нашим посланием и немирским понятием лидера-слуги. Наш проповедник легко сможет объяснить видение и цели, и люди естественным образом за ним последуют.

Но очень важно, чтобы люди следовали за Богом, а не за проповедником. Конечно, к какому бы типу проповедника ни относился служитель, ему нужно проверять свои мотивы в проповеди. Но именно данному типу нужно уделять этому особое внимание.

9. Проповедник-актер

Еще один ориентированный на общение тип. Экстраверт и ходячая радость. Он обладает естественным энтузиазмом и в потенциале способен собирать вокруг себя толпы людей. В социальных ситуациях их приятно быть центром внимания. У таких проповедников всегда много энергии во время проповеди. В них радость и энтузиазм. В этих проповедях столько эмоций, сколько у проповедников других типов темперамента можно увидеть только в мечтах. Некоторые посетители церкви сочтут это слишком навязчивым, завсегдатаи богослужений же найдут оправдание и будут наслаждаться.

Однако, представителям этого типа проповедников нужно знать, что их личные качества могут кого-то напрячь. Их энергия будет раздражать. Эмоции могут счесть фальшивыми. А излишняя навязчивость эмоций в проповеди будет восприниматься как попытка скомпенсировать отсутствие должного содержания. Для некоторых ситуаций такой тип проповедников – просто находка. Но в каждой ситуации следует особое внимание уделить содержанию проповеди, которое подается в такой энергичной упаковке. Иначе ворчуны будут правы.

10. Вдохновляющий проповедник

Еще один тип естественного «рассказчика», который может доступно объяснить и применить библейские истины в проповеди. Этого человека будут считать отличным проповедником независимо от глубины содержания его проповеди. Люди просто будут ходить под впечатлением от проповеди.

Однако, у многих это впечатление будет связано с талантом человека к публичным выступлениям, а не силой сказанного. Такой проповедник должен потратить на изучение и подготовку не меньше энергии, чем он потом потратит на донесение проповеди до людей. Ему следует помнить, что некоторые люди обладают иммунитетом к его талантам и им будет тяжело слушать проповедь.

11. Проповедник-визионер

Будучи интеллектуалом, он предвидит будущее в большинстве случаев, рассказываю о нем и мягко, и мощно одновременно. У них хватает сил на креативное планирование, но на важные, но нудные дела личной и церквоной им тяжело находить время. Люди в церквях, где нет явного видения и направления, могут чувствовать недостаток руководящей составляющей. Для таких церквей такой проповедник – выгодное приобретение.

Однако, ни одно видение не возможно воплотить только слушая проповеди. Такому проповеднику нужно особое внимание уделять насущной рутине церковной жизни, а не только смотреть в лучшее будущее и постоянно говорить о нем. Люди ценят видение и направление, но им не нравится быть постоянно объектом критики и негативных оценок.

Я специально обозначил не 16 типов, а только 11. Хотя их, разумеется, может быть больше 11.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector