0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Треба ли се плашити смрти?

Содержание

Православная Жизнь

Беседа архимандрита Маркела (Павука), духовника Кијевских духовних школа.

«Ангелы Успения Пречистой видящи удивились, как Дева восходит от Земли на небо».

Такое песнопение, дорогие братья и сестры, мы слышали вчера на всенощной и услышим также сегодня.

Еще больше радости и удивления должно быть у нас, ибо ныне, подобно святым пасхальным дням, мы празднуем победу жизни над смертью. Этот праздник еще называют Богородичной Пасхой. Христос своей смертью на Кресте победил смерть, и вот сейчас, когда Божия Матерь закончила свою земную жизнь, мы уже не грустим, а радуемся, потому что веруем, что и жизнь всех нас, как жизнь Божьей Матери, не закончится могилой, а будет иметь продолжение в вечности.

Однако из-за житейской суеты мы часто забываем об этом, и пока мы еще живем здесь, на земле, для всех нас смерть страшна.

Смерть страшна, потому что иногда очень рано прерывает человеческую жизнь и разрушает все планы. Страх смерти имеет такую большую силу, что может парализовать волю и из-за этого человек не может сделать никаких добрых дел, которые мог бы сделать. Именно из-за страха смерти люди становятся предателями, как Иуда, на черное говорят белое и наоборот.

Ради того, чтобы хотя бы немного продлить свою жизнь, люди готовы бывают пойти на все.

Сейчас страх смерти во всем мире дополнительно нагнетают через пандемию, локальные войны и другие невзгоды, которые есть в жизни каждого из нас.

Однако когда на смерть смотреть глазами веры и с точки зрения вечности, то в ней можно увидеть больше добра, чем зла. Слово Божие нам говорит: «Помни о смерти и никогда не согрешишь» (Сир. 7: 39). Так, можно долго пытаться кого-то убедить, что в пьянстве, разврате, лжи жить нельзя. Да все зря. Лишь когда смерть касается своей холодной рукой головы, или сердца, или печени, или почек, тогда человек задумывается, что, может, действительно уже пора покаяться и изменить свой образ жизни с греховного на благочестивый.

Но иногда, как только человеку становится немного легче, он снова забывает о Боге и откладывает время своего обращения. У нее не хватает решимости уклониться от беззакония. Она начинает думать, что как-то обойдется, тем более, что видит вокруг себя много людей, которые также не думают каяться в своих грехах. Еще считает, что она не самая плохая, потому что есть гораздо более грешные люди. Многие вместо того, чтобы самим меняться, начинают обвинять других людей, соседей, политиков, чиновников. И нет ни конца ни края этим обвинениям, весь эфир телевидения и интернета переполнен таким.
В подобной ситуации святитель Феофан Затворник предлагает вновь вспомнить о смерти и решительно начать процесс покаяния. Поскольку нет таких людей, которые бы никогда не грешили, то он советует регулярно и тщательно омывать душу слезами покаяния. Если не будет покаяния, то мир перестанет существовать. Мы из-за своих пристрастий очень быстро уничтожим друг друга. Именно из-за отсутствия покаяния произошла революция в 1917 году и все другие страшные события ХХ века. Именно из-за отсутствия покаяния ныне многие люди запуганы войнами, революциями, болезнями.

Но когда у человека есть настоящее покаяние, а совесть чиста, то его ничто не может запугать, и даже сама смерть его уже не пугает так, как неверующих людей. Смерть для нее становится не чем-то страшным и неожиданным, а лишь мирным тихим сном, через который она переходит в вечность.

Вот такой тихой смерти, которую Церковь называет успением, сподобилась Пресвятая Богородица. Поэтому вместе с Ангелами и удивляйтесь возрадуемся и мы, что Пресвятая Дева Мария восходит от земли на небо, чтобы Своим невидимым омофором покрывать от бед всех, кто с верой обращается к Ней за помощью. Аминь.

Ученые выяснили, что чувствуют умершие: они все осознают и понимают, что их «не стало»

3 ноября 2017 23:28

Страх неизбежной смерти — для многих людей это одно из самых неприятных ощущений, особенно это касается тех, кто боится умереть в одиночестве. И как выяснили ученые, для таких страхов у людей есть все основания.

Согласно исследованию ученых из Медицинского центра Лангоне при Нью-Йоркском университете (NYU Langone School of Medicine), момент умирания — если это можно теперь так назвать – нечто совершенно иное, чем люди считали прежде.

Оказывается, умершие некоторое время даже после официальной констатации смерти все еще находятся в сознании. И более того – они понимают, что они умерли и полностью чувствуют окружающий мир.

Это выяснила группа исследователей под руководством профессора Сэма Парниа. На протяжении многих лет его команда наблюдает за состоянием умирающих, а также собирает показания тех, кто пережил клиническую смерть. После долгих лет работы авторы собрали воедино данные, обобщили их и опубликовали первые итоги.

Главный вывод исследования: после официальной констатации смерти — то есть, после остановки сердца — человеческий мозг все еще функционирует и остается активным. Ум живет. А значит, в большинстве таких случаев люди могут понимать, что они скончались.

При этом умерший чувствует, что его тело больше не реагирует на внешние раздражители. Даже если он захочет пошевелить рукой, его собственное тело не послушается. Человек как бы чувствует себя заключенным в собственном теле. Слышит слова, видит окружающих, но уже не может подать им знак.

Некоторые из пациентов после клинической смерти смогли рассказать ученым, что во время «отключки» слышали врачей и могли отрывочно пересказать переговоры персонала.

Ученые объясняют свои выводы тем, что мозг умирает медленнее, чем сердце, поэтому человек, его разум, живет некоторое время даже после констатации смерти.

По данным Американской ассоциации сердца (AHA), термины «остановка сердца» и «сердечный приступ» часто используются взаимозаменяемо, но они не являются идентичными. Во время сердечного приступа блокированная артерия нередко предотвращает попадание крови только в одну часть сердца, что может привести к смерти именно этого участка — хотя в целом сердце продолжает биться. Во время остановки сердца электрические сигналы, приводящие к его работе, нарушаются, сердце перестает биться, наступает смерть.

В подавляющем большинстве случаев врачи определяют смерть, основываясь на том, что сердце больше не бьется, поясняет профессор Сэм Парния, руководитель отделения критической медицины и реанимации в NYU Langone School of Medicine: «Именно так в большинстве случаев устанавливается время смерти человека».

И именно с момента остановки сердца кровь перестает поступать в мозг — его работа замедляются.

Замедляется — но не останавливается!

Такое замедление цепной реакции клеточных процессов, которые в конечном итоге приводят к гибели клеток всего мозга, может занять несколько часов после смерти сердца.

И работа коры головного мозга — так называемая «мыслящая часть» — все это время будет хоть и замедленно, но продолжаться. А человек жить и чувствовать.

И значит то, что обычно называется смертью (остановка сердца), по словам врачей, является всего лишь первой ее фазой.

Исследование ученых из Нью-Йорка подтверждает итоги более раннего открытия, которое сделали канадские специалисты из Университета Западного Онтарио. Тогда также заявлялось, что жизнь после смерти далека от завершения: после прекращения работы многих органов мозг все еще продолжает работать, и довольно долго.

Современной медицине, впрочем, и ранее было известно, что мозг умирает позднее сердца (благодаря чему стала возможна, например, трансплантация сердца, сегодня эта операция проводится успешно во многих странах). Однако считалось, что если жизнедеятельность мозга не поддерживать специальными медицинскими препаратами, то мозг скоро умрет вслед за сердцем. И вот теперь исследование ученых из Нью-Йорка показало, что это время значительно больше.

А вот команда врачей из больницы в Иерусалиме Haddassah проанализировала истории людей, которые оказались близки к смерти, и обнаружила, что возвращение к воспоминаниям о жизни может быть связанно с той частью мозга, которая хранит воспоминания. Врачи полагают, что эта часть мозга — последняя часть, затронутая дефицитом кислорода и потерей крови. А потому способна работать, даже когда человек теряет сознание и медленно умирает.

Медики отмечают, что часто воспоминания умирающих людей особенно эмоциональны. При этом между воспоминаниями не существуют линейной прогрессии, человек не может ответить, почему к нему пришли именно эти воспоминания, а не другие.

Главный предвестник приближающейся смерти назвали ученые

Люди, которые в зрелом и более старшем возрасте теряют чувство запаха, должны насторожиться — такие ощущения могут быть предвестником приближающейся смерти. Об этом говорят итоги нового 10-летнего исследования, которое провели ученые из Стокгольмского университета с участием 1774 шведов в возрасте от 40 до 90 лет (дальше)

Ученые выяснили, сколько человек живет после смерти

Они провели длительное исследование, во время которого фиксировали состояние 2060 человек в тот самый момент, как у тех останавливается сердце. Датчики фиксировали состояние человека независимо от того, смогли врачи вернуть пациента к жизни или нет. Всего в ходе эксперимента «с того света» вернулись 40 процентов людей. И впоследствии они (не все, но примерно половина) рассказали, что именно чувствовали в тот момент, когда все показатели говорили об их кончине — сознание на момент клинической смерти продолжало работать (подробнее)

Читайте также

Возрастная категория сайта 18 +

Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г. Главный редактор — Сунгоркин Владимир Николаевич. Шеф-редактор сайта — Носова Олеся Вячеславовна.

Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.

Читать еще:  Обрано нового Великого Магістра Тевтонського ордена

АО «ИД «Комсомольская правда». ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.

Страшное горе: как молиться за самоубийц?

Незыблемых истин у Церкви не так уж и много. Строго говоря, все они укладываются в догматическую основу христианства — Символ веры. Все остальное — правила, каноны, традиции, которые могут подлежать переменам. Другое дело, что порой эти устои настолько прочно въедаются в церковное сознание, что отступление от них кажется настоящей революцией. Особенно, если это касается вопроса важного, вопроса страшного и, казалось бы, раз и навсегда решенного. Не молится Церковь за спасение душ самоубийц! Или все-таки…

Самоубийство, в христианском понимании — это не просто грех. Это единственный грех, в котором невозможно раскаяться и, следовательно, получить прощение от Бога и спасение души.

Церковь провожает самоубийцу в последний путь воистину гробовым молчанием. Невозможно спеть «со святыми упокой» над телом человека, который всю свою волю, все свое стремление в последний час направил на то, чтобы навсегда замкнуть душу от Бога.

Церковь шарахается от самоубийства с самого начала своего существования. Недаром Иуду Искариота, который раскаялся в предательстве и покончил с собой, больше осуждают за самоубийство, чем за предательство. И недаром английский писатель-апологет Г. К. Честертон в своем эссе «Ортодоксия» писал, что самоубийца — это противоположность христианскому герою-мученику, самоубийство — оскорбление всему, за что стоит, чем дорожит Церковь.

Человека, лишившего себя жизни, нельзя поминать в храме. За самоубийцу нельзя подать записку на поминание. За него не вынет частицу из просфоры священник, служащий Литургию. Единственное, что остается стоящим у его гроба — молиться дома, но и то — многие священнослужители рассказывают, что такая молитва может свести молящегося с ума.

И это отчасти правда. Невозможно простому человеку в одиночку вместить в себя боль, ужас и страх того, кто принял катастрофическое решение покончить с собой. А нежелание Церкви молиться за самоубийцу приводит того, кто все-таки решился просить Всевышнего об упокоении души умершего, к чувству вины и страха. Как бы Бог не вменил в вину моление за грешную душу. И получается замкнутый круг: человек молится, но вместо утешения и сопереживания ушедшему зарабатывает себе лишь чувство всепоглощающей вины перед Господом. Начинает бояться Бога, который (как якобы логично следует) только накажет за то, что больно и хочется молиться и плакать. Как тут не свихнуться?

Мало кто выдержит единения один на один с тихой бездной горя, отчаяния и вины. Поэтому всеми правдами и неправдами родственники самоубийцы стараются заручиться поддержкой Церкви. Найти хоть какую-нибудь лазейку, чтобы все-таки и отпели по-человечески, и поминали потом, и дали хотя бы проблеск надежды, что на том свете с человеком все будет хорошо.

Одна из таких вполне узаконенных лазеек — свидетельство, что лишивший себя жизни был в невменяемом состоянии и не мог отвечать за то, что делает. Если есть подтверждение этому — отпеть самоубийцу позволяется. Но здесь возникает множество «кривых» ходов — кто-то выпрашивает справку у психиатра и с ее помощью обманывает благословляющего отпевание архиерея. Где-то под психическим расстройством согласны понимать алкогольное и наркотическое опьянение или состояние аффекта. Но до сих пор единого понимания — когда можно отпевать, когда молиться — у Церкви не было.

Столетиями Церковь отгораживалась от этого вопроса, либо закрывая глаза на явное попустительство, либо наоборот — проявляя чрезмерную строгость, губящую вслед за самоубийцей его родных и близких. О том, как выгорают души тех, кто не может в храме помолиться за родного, пишет в своем Живом журнале священник:

«…У меня на телефоне раздается звонок и прерываемый рыданиями женский голос пытается рассказать о своем горе. — Батюшка, сыночек, мой сыночек покончил с собой. Что делать? Потом я встречаюсь с родителями. Во время встречи отец, как правило, стоит и, опустив голову вниз, смотрит себе под ноги, а мать, стараясь прикоснуться к священнику, словно к соломинке, иногда припадает к тебе, прижимается головой к груди и плачет. Господи помилуй, как же они страшно плачут. Это не то, чтобы крик, а точно всхлипывает и подвывает маленькая обижаемая всеми собачонка.

А ты ничего не можешь сделать, самое главное, ты не можешь о нем молиться, и утешить никак не можешь. Можешь только гладить ее по руке и плакать вместе с человеком. Потом самоубийцу хоронят, и в храме появляется новая прихожанка, которая приходит на все службы, потому что молитва — единственное средство, чтобы не сойти ей с ума. Она не может, подобно мужу, уйти в запой, она уходит в молитву. Черная одежда — это теперь ее одежда на годы. Она часто исповедуется, винит себя во всем, что произошло с ее сыночком. Приходится постоянно уже от нее отгонять мысль отправиться вслед за сыном.

Эта борьба длится месяцев семь-восемь. Потом женщина приходит реже. Проходит еще несколько месяцев, мать приходит в себя, вновь начинает здраво рассуждать, ее жизни больше ничего не угрожает. И она уходит из храма, обыкновенно навсегда. Но я никого не осуждаю, ведь это невыносимо тяжело не иметь возможности помолиться об ушедшем».

Это невыносимо тяжело — не сметь помолиться. И Церковь, в конце концов, решилась разделить страшное бремя вместе с родными самоубийцы, подставить плечо там, где не поддержит никто другой.

«Всем правящим архиереям приходится сталкиваться с таким явлением, когда скорбящие родственники лица, покончившего с собой, обращаются с просьбой о его отпевании. Полагаю, что здесь необходимо ввести единую практику, дабы избежать злоупотреблений — как в сторону избыточной строгости, так и в сторону неоправданных послаблений. В Москве был выработан особый чин молитвы о самоубийцах», — сказал патриарх Кирилл в 2011 году в преддверье архиерейского собора.

Стоит отметить, что в некотором смысле «чин молитвы за самоубийц» у Церкви уже есть. Это молитва мученику Уару, которому, в обход всех правил, молятся и за самоубийц, и за некрещеных. Но следует оговориться — это те молитвы, которые каждый читает строго один, келейно — то есть не общецерковно. И далеко не всех священник благословит читать эти молитвы.

Некоторые эксперты поспешили заявить, что Церковь приспосабливается под современный мир, в котором проблема самоубийства стоит очень остро.

Это мнение человека, не очень хорошо понимающего, как ориентируется в нашем мире Церковь. Она не может «осознать», что живет в новом мире, тем более что в смысле грехов мир со времен падения Адама и Евы ничуть не изменился. И не может сделать из этого некую «пиар-акцию», чтобы заманить к себе тех, кто редко ходит в храм. И совершенно неважно, сколько самоубийств происходит — одно или миллион, количество не переходит в качество в смысле церковного отношения к проблеме. Если с собой покончит миллион человек — самоубийство не перестанет быть смертным грехом.

Вряд ли позиция Патриарха изменилась с тех пор в угоду «реалиям». Меняется не отношение Церкви к смертному греху. В решении, которое в итоге было вынесено Священным Синодом, заложено нечто иное, чем «приспособление проблемы к современным реалиям».

На заседании Священного Синода от 27 июля 2011 года было постановлено одобрить «Чин молитвеннаго утешения сродников живот свой самовольне скончавшаго» — то есть молитву для родственников самоубийц. Пресс-секретарь Патриарха Московского и всея Руси протоиерей Владимир Вигилянский поясняет: молитва создана для тех случаев, когда отпеть человека все-таки против всех канонов, но хочется дать родственникам церковное утешение и поддержку в их горе. Особо подчеркивается: это не молитва за самоубийцу, это молитва о тех оставшихся в живых, кто умирает от горя и не знает, куда с ним бежать, боится оскорбить Бога своими мольбами и тонет в отчаянии.

«Но не яростию Твоею обличи ны, ниже гневом Твоим накажи ны, Человеколюбче Владыко, ослаби, исцели сердечную скорбь нашу, да победит множество щедрот Твоих грехов наших бездну, и Твоея безчисленныя благости пучина да покрыет горькое слез наших море», — трогательно молит Церковь вместе с родственниками человека, наложившего на себя руки.

Кроме того, сродникам самоубийцы, правда, только по благословению духовника, разрешается наедине молиться словами преподобного Льва Оптинского: «Взыщи, Господи, погибшую душу раба Твоего (имярек): аще возможно есть, помилуй. Неизследимы судьбы Твои. Не постави мне в грех молитвы сей моей, но да будет святая воля Твоя».

Но все-таки, молитва — это не только инструмент утешения. Возможно, в какой-то мере это попытка отстраниться от вынесения самоубийце заочного приговора на всю вечность. Слишком часты случаи, когда невозможно определить, насколько «тверд ум и добра память» у того, кто так уходит из жизни.

Конечно, церковные слова о том, что самоубийство — это отречение от Божьей любви, а, следовательно — прямой путь в ад — звучат пугающе. Но только не тогда, когда думаешь о том, как много боли и страха испытывал тот, кто покончил с собой. От какого ужаса он бежал? Да и может ли отвергнуть Божью любовь тот, кто никогда ее толком не знал? И в таком случае — нет ли надежды, что самоубийцы — даже те, кто сознательно полез в петлю — в глазах Божьих будут теми, кто «не ведал, что творил»?

Очень хочется верить, что, всецело осуждая самоубийство здесь, Церковь в ней все же предает окончательный суд Богу, который все-таки лучше знает, что ощущала за секунду до смерти душа самоубийцы. Что, если он все-таки успел покаяться — хоть в самый последний миг?

СП — Новости Бельцы Молдова

Бельцкий независимый портал

Языки

  • ro
  • ru

Сообщить новость | Задать вопрос

Чтобы отправлять сообщения «СП», авторизуйтесь с помощью одного из сервисов

Войти через соцсеть

  • Login with Facebook
  • Login with Одноклассники
  • Login with ВКонтакте
  • Login with Google

Калькулятор курса валют

«Как умирает больной с ковидом». Бельцкий врач описал, что в реанимации переживают тяжелобольные

  • Мнения
  • Сами Посудите

«Как умирает больной с ковидом». Бельцкий врач описал, что в реанимации переживают тяжелобольные

«Возьмите фен для сушки волос, включите его на максимальный режим, направьте его себе в лицо с расстояния 20 см и подышите. Вот так дышат пациенты с маской СРАР». Фото иллюстративное: wp.com

Бельцкий врач Дмитрий Дубинчак-Мулер, анестезиолог-реаниматолог отделения реанимации Бельцкой клинической больницы, на своей странице в соцсети описал, что происходит с больными коронавирусом, у которых заболевание протекает в тяжёлой и крайне тяжёлой формах. Приводим его текст полностью.

«Мне пришлось видеть десятки, а то и сотни смертей»

— Как умирает больной с ковидом.

К сожалению, в последние недели случаев заражения коронавирусной инфекцией становится все больше, мест в больницах становится все меньше, а отношение людей к пандемии становится все более пофигистическим.

За год работы с заражёнными пациентами в реанимации мне пришлось видеть десятки, а то и сотни смертей. К сожалению, нельзя провести «не верящих в ковид» туда, в самое пекло, где мои коллеги каждый день сражаются за жизни людей. Уверен, один день такой «экскурсии» заставил бы поверить в ковид даже самых заядлых скептиков. Но, увы, этого сделать нельзя из соображений этики и безопасности.

Читать еще:  Как правильно войти в новый год?

Тем не менее я могу поделиться информацией о том, что происходит с больными коронавирусом, у которых заболевание протекает в тяжёлой и крайне тяжёлой формах. Могу рассказать, как они вместе с врачами сражаются за свою жизнь и, к сожалению, не всегда побеждают в этом сражении. Может быть, после прочтения этой статьи некоторые пересмотрят свое отношение к ношению масок, социальной дистанции и «тяжёлым формам простуды» (именно так многие называют коронавирус).

«Не все попадают в реанимацию»

— Для начала: кто попадает в реанимацию? Не все, а точнее, далеко не все.

Первые симптомы, которые ощущает заболевший коронавирусом пациент — это сильнейшая слабость, боль во всем теле, иногда сухой кашель и повышение температуры до 37-40 градусов (у всех по-разному). При этом уже на 2-3 день с момента появления симптомов у человека может появиться одышка различной степени выраженности. Если одышка слабая, пациента помещают в обычное отделение и при необходимости дают ему кислородную маску, в результате чего дышать ему становится легче. Если одышка усиливается и переходит в тяжёлую форму, пациента переводят в реанимацию.

«Что такое одышка?»

— Что такое одышка? Встаньте прямо сейчас и сделайте 10 отжиманий, или пробегите лёгким бегом 100 метров, или быстро поднимитесь по лестнице на 4-5 этаж. Сейчас вы ощущаете лёгкую одышку.

Теперь пробегите с максимальной для вас скоростью 300 метров или поднимитесь бегом на 9 этаж. Теперь у вас тяжёлая одышка. Как ощущения? Вот так дышит больной, попадая в отделение ковидной реанимации. Происходит это из-за того, что на фоне коронавирусной инфекции поражаются лёгкие. Лёгочная ткань отекает, а сосуды, проходящие в лёгких, забиваются мелкими тромбами. В результате этого человек дышит, но кислород не попадает в его организм через пораженные лёгкие, то есть пациент начинает задыхаться.

И вот, задыхаясь, человек попадает на кровать в реанимации. Первое, что делают врачи, — переворачивают пациента на живот и надевают ему обычную кислородную маску. Не вдаваясь в подробности анатомии и физиологии, скажу, что в положении «лёжа на животе» кровоснабжение и вентиляция лёгких улучшаются, в результате чего сатурация (концентрация кислорода в крови) может повышаться, то есть человеку становится легче дышать. Но не всегда, не всем и не надолго.

«Больные плачут, но это единственный шанс на жизнь»

— Если через несколько минут/часов врач видит, что пациенту не становится легче, и он продолжает задыхаться, его переводят на маску CPAР (сипап). Что это такое? К лицу пациента прикладывается специальная маска, которая герметично прилегает к коже, закрывая нос и рот больного. Маска подключается к аппарату, который под давлением «вдувает» насыщенный кислородом воздух в лёгкие пациента. Пациент при этом все ещё находится в сознании и испытывает не самые приятные ощущения. Какие?

Находясь в автомобиле, движущемся со скоростью около 100 км/час, высуньте голову из окна лицом вперёд и попробуйте подышать. Или проще: возьмите фен для сушки волос, включите его на максимальный режим, направьте его себе в лицо с расстояния 20 см и подышите. Вот так дышат пациенты с маской СРАР.

Маска эта плотно привязывается к голове пациента, и ему приходится лежать с ней по несколько часов в день, но чаще — целыми днями, а иногда неделями. Все это время пациенты в сознании, и врачи объясняют им, что хоть это и тяжело, но им нужно стараться дышать через эту маску, так как это для них — единственный шанс на жизнь. Больные плачут, им тяжело, им больно, но они хотят жить и поэтому стараются. Стараются дышать, регулярно переворачиваются на живот, на один бок, потом на другой, выполняя все указания врачей. При этом они продолжают принимать огромное количество антибиотиков, спазмолитиков, гормонов и других лекарств, которые нужны для лечения пневмонии и других осложнений коронавирусной инфекции.

В таком состоянии больной может провести день, неделю и даже больше. Если повезет и организм будет отвечать на лечение, через определенное время лёгкие начнут восстанавливаться, маску СРАР снимут, и лечение продолжится дальше. Но так везёт не всем, далеко не всем.

Как подключают пациента к аппарату ИВЛ

— Очень часто даже в положении «на животе», даже с маской СРАР, даже при назначении лучших антибиотиков и других лекарств больному лучше не становится. Он продолжает задыхаться, при этом частота дыханий может доходить до 30 и более в минуту (попробуйте, каково это, делать вдох-выдох каждые 1,5–2 секунды). Не забывайте, что все это время (часы, дни) у пациента ощущения такие, как будто он только что взбежал по лестнице на 9 этаж за минуту. Он говорит врачу, что ему тяжело дышать, что он задыхается, что он боится умереть и что хочет жить.

На данном этапе (а иногда и раньше) у врача не остаётся другого выбора, кроме как подключить пациента к аппарату ИВЛ (искусственной вентиляции лёгких).

Как это происходит? Больного вводят в состояние, подобное наркозу во время операции: он засыпает и перестает чувствовать боль и вообще что-либо. После этого ему в горло (в трахею) вводится пластиковая трубка, которая подключается к аппарату и через которую аппарат вентилирует лёгкие (то есть дышит за пациента).

Для медицинского персонала при этом начинается самый тяжёлый период: больного на ИВЛ по несколько раз в день переворачивают со спины на живот, с живота на бок, потом снова на спину и по новой. При этом некоторые больные (больше половины, а то и 2/3) весят за 100 кг (а были и по 150, и по 200). И переворачивают их не специально подготовленные, физически крепкие люди, а санитарки, медсестры и врачи. Да да, стокилограммовых пациентов переворачивают женщины, причем одного больного нужно переворачивать по 4-5 раз в день, а таких больных в отделении реанимации обычно от 2 до 5–6, иногда и больше.

Если интубированному больному повезет, его организм ответит на лечение и его лёгкие начнут восстанавливаться, через несколько дней его отключат от аппарата ИВЛ и снова поставят на маску СРАР, затем на обычную маску. При этом не исключено, что пациенту может снова стать хуже и его снова подключат к ИВЛ, после чего все начнется заново.

«Спит и не понимает, что умирает»

— Но есть и другой сценарий: несмотря на лечение, несмотря на усилия врачей, несмотря на СРАР и ИВЛ, состояние пациента продолжает ухудшаться, поражение лёгких прогрессирует, сатурация продолжает падать, и падать, и падать. И сделать уже нельзя ничего. «Положительный» (не то слово, совсем не то, но другого подобрать не могу) момент во всем этом лишь тот, что пациент при этом находится с медикаментозном сне, не чувствует невыносимой одышки и вообще ничего не чувствует, не страдает. Он спит и не понимает, что умирает. А он умирает.

Из-за недостатка кислорода в первую очередь отмирают клетки мозга, потом отказывают другие органы, и под конец происходит остановка сердца, и «завести» его уже не удается даже во время реанимации. Человек умер, для него страдания закончились.

А для дежурного врача наступает один из самых тяжёлых (по моему мнению) моментов: он берет телефон, набирает записанный в истории номер, и.

— Здравствуйте, вам звонит врач из реанимации по поводу пациента *******, кем вы ему приходитесь? К сожалению, вынужден сообщить, что ваша мама (ваш папа, ваша бабушка, ваш дедушка, ваша сестра, ваш брат, ваш сын, ваша дочь) скончалась.

Как реагируют люди на такой звонок? Рассказывать не буду, сами догадываетесь. А врач снова надевает костюм и идёт к следующему больному, бороться за следующую жизнь, понимая, что победят в этой битве не все.

Как умирает больной с ковидом. К сожалению, в последние недели случаев заражения коронавирусной инфекцией становится.

Важно ли для умершего, что станет с его телом?

Не так давно я дописала цикл статей, где делилась личным опытом жизни после смерти. По итогам у многих читателей возникли вопросы, и сейчас я на них отвечаю.

Сегодня отвечу на один из самых популярных вопросов, задала его Валентина:

Расскажите, пожалуйста, важно ли для умершего, как его похоронили? Кремирование-не приносит страданий? Имеет ли значение, где находится урна с прахом? И как лучше вести себя оставшимся родным, чтобы облегчить жизнь ушедшего близкого человека?

Поделюсь своими взглядами на эту тему. Хочу, на всякий случай, уточнить : мои слова не истина в последней инстанции. Я всего лишь рассказываю то, что знаю и вижу.

Я помню многие прошлые жизни и смерти, а ещё иногда могу «чувствовать» умерших людей и общаться с ними (хоть делаю это и не очень часто) . В общем, большинство моих знаний — на основе личного опыта.

А теперь, собственно ответ на вопрос…

Для начала — немного теории.

Смерть человека — это окончательный «разрыв» между его физическим телом и тонкими телами.

В течении жизни тоже случается, что тонкие тела отделяются на время, и «гуляют сами по себе» (к примеру, во время глубокого сна). Но между ними и физическим телом всегда сохраняется связь, которая выглядит как серебристая нить.

Нечто похожее изображено на этом рисунке

Так вот, в момент смерти она рвётся, и тонкие тела «отвязываются» от тела окончательно. Тем не менее, ОЧЕНЬ редко случается так, что человек сразу после смерти «улетает» далеко от тела и больше не возвращается. Обычно первые дни умерший часто бывает возле него.

Большинство людей интересует, где и как их похоронят, и на похоронах они присутствуют.

В этот момент они находятся не совсем в нашем мире, а как бы на уровень выше — в Астрале.

Астрал — это огромный «слой реальности», наиболее близкий к нам. В местах так называемого «соприкосновения» он отражает наш мир, хоть и с небольшими искажениями. Поэтому умершие прекрасно могут наблюдать и своё бывшее тело, и родственников.

Вообще, если взять идеальный вариант развития событий, то после нескольких первых дней (о них подробнее чуть позже) и церемонии прощания умерший больше не интересуется прошлой оболочкой. Психологически и энергетически он свободен от неё.

Поэтому то, что произойдет с его телом в дальнейшем, для него уже не имеет значения.

Захоронение или кремация — разницы по сути нет.

НО!! Это самый лучший вариант, и так бывает далеко не у всех. У некоторых долгое время остаётся частичная «привязка» к бывшему телу.

Что это за привязка и откуда она берётся? Сейчас подробно расскажу.

Дело в том, что у каждого из нас есть так называемое эфирное тело. Это своеобразная «прослойка» или проводник энергии между обычным телом и тонкими (астральным, ментальным и так далее). В норме эфирное тело разрушается в течении нескольких дней после смерти.

Первые дни, пока оно еще есть, к физическому телу невольно притягивает, и с ним ощущается связь.

Но бывает, что эфирное тело распадается гораздо дольше, и это чревато определёнными последствиями.

Читать еще:  Памятник праведному Иоанну Кронштадтскому открыт в Вашингтоне

Когда такое может случиться? В тех случаях, когда у человека есть чрезмерная привязанность ко всему материальному — вещам, деньгам, удовольствиям и так далее.

После смерти такой человек будет всеми силами «цепляться» за земной мир, и бояться удалиться от него. Он может волноваться за своё имущество, жалеть об удовольствиях, пытаться кого-то проконтролировать и так далее.

Для того, чтобы умершего не «уносило» в более дальние области Астрала, и он мог максимально долго наблюдать наш мир, ему нужен определённый вид энергии. Её остатки все ещё остаются в его прошлом физическом и эфирном теле.

Поэтому намерение такого человека будут неосознанно направлено на то, чтобы эфирное тело как можно дольше не распадалось, и позволяло ему «подпитаться» этими остатки энергии.

И это желание в итоге может исполниться! Эфирное тело не распадëтся совсем, а как бы превратится в тонкие энергетические «нити», которые будут привязывать человека к бывшему физическому телу и земной реальности.

Плюсов у подобного состояния почти нет, одни минусы. Во-первых, нарушается естественный ход событий после смерти: человек не поднимается в «верхние» области Астрала или на Тот Свет, а долго «болтается» в нашем мире.

Во-вторых, та небольшая связь с телом, которая остаётся, может приносить не самые приятные ощущения. В Астрале у человека все так же остаются чувства, просто они немного другие, чем в нашем мире.

Поэтому при наличии связи с бывшим телом он может чувствовать дискомфорт от того , что его физическая оболочка распадается. Это не сильное страдание, а ощущение похожее на фантомную боль и небольшое неудобство.

Рано или поздно, это, естественно заканчивается. Потенциал бывшего тела иссякает, да и сам человек понимает, что тратит зря время и надо двигаться дальше. Тем не менее, определенное время и силы на тот момент уже потрачены в никуда.

На всякий случай повторюсь — такое бывает далеко не у всех! А лишь у тех, кто чересчур привязан к земному миру и стремится удержаться рядом всеми силами.

К чему я сейчас все это рассказала? Читатели, наверное, уже догадываются — наличие «привязки» к физическому телу возможно лишь тогда, когда оно остаётся долго после смерти. То есть при захоронении.

При кремации такое невозможно. Пламя уничтожает физическое и эфирное тело полностью, и «прикрепиться» к ним больше нельзя.

Конечно, при большом желании и изобретательности человек и в этом случае может «зависнуть» близко к нашему миру. Но шансов сделать это неосознанно у него гораздо меньше.

Неприятных ощущений у умерших кремация не вызывает. У некоторых может быть лишь психологический дискомфорт, что вот так сразу «их» больше нет.

Но, с другой стороны, это помогает гораздо быстрее осознать, что тело — всего лишь одна из оболочек, и личность прекрасно сохраняется и существует и без него…

Есть ещё одна причина, по которой лично я считаю кремацию более удачным вариантом. Даже при условии, что тонкие оболочки вскоре отлетают от бывшего тела и человек им больше не интересуется, всё равно кладбища — источник не самой хорошей энергии.

При распаде тел возникают «вибрации» низкого порядка, которые могут ослаблять живых людей. Если бывать на кладбищах изредка, то это влияет не очень сильно, а вот если часто — могут начаться проблемы со здоровьем и самочувствием…

Урны с прахом такой энергией не обладают. Конечно, их лучше не ставить там, где кто-то часто бывает или живёт, но в целом их энергетика почти не действует на живых людей.

… Надеюсь, я смогла ответить на вопрос Валентины. На последнюю часть вопроса, а именно:

Как лучше вести себя оставшимся родным, чтобы облегчить жизнь ушедшего близкого человека?

я довольно подробно ответила в прошлой статье, ссылка на неё ниже:

Напоследок хочу пожелать всем читателям и их близким долгих и счастливых лет жизни. А тем, кто ушёл от нас — хорошего существования в других мирах…

Так или иначе, с теми кто нам дорог мы обязательно встретимся! А пока этого не случится, нужно вспоминать об ушедших близких с любовью и благодарностью за то, что они были в нашей жизни.

Уочи светског првенства: Треба ли се плашити руских фудбалских хулигана?

Global Look Press

После жестоких сукоба између руских и енглеских навијача на Првенству Европе 2016. у Француској, западни медији скрећу пажњу на могуће опасности на међународном фудбалском турниру који треба да се одржи у Русији. Међутим, руски фудбалски хулигани ће Шампионату 2018. имати много мање шансе да понове свој „подвиг“ из Француске. Ево из којих разлога.

1. Полиција држи вође навијача под строгом контролом

Једна од најчуднијих идеја које износе енглески медији када говоре о руским навијача је претпоставка да иза свега тога стоји руска власт. Једини аргумент који се обично користи је порука коју је на Твитеру написао заменик председника Државне думе Игор Лебедев 2016. године: „Одлично момци, само тако!“

Не видим ништа страшно у тучи фудбалских навијача. Наши момци су одлични, само тако!

„Да је Мутко био са навијачима на трибини, и он би се тукао“.

Члан извршног комитета РФС Игор Лебедев о тучи на трибинама после меча Енглеска – Русија.

Не вижу ничего страшного в драке фанатов. Наоборот, молодцы наши ребята. Так держать!https://t.co/g4ZKsFPDTt

Идеја да руска влада сноси одговорност за понашање својих навијача у иностранству, или да жели исти такав развој догађаја на својој територији делује помало сулудо. Руске власти очигледно држе на оку вође навијачких група уочи овогодишњег Светског првенства чији је Русија домаћин, што никако не иде у прилог евентуалним плановима хулигана да направе било какав испад.

Као пример се може навести Александар Шпригин, бивши лидер Сверуског савеза навијача. То је група која стоји иза руско-енглеских туча 2016. године. Шпригин је већ неколико пута ухапшен у Москви уочи мечева руске Премијер лиге. У једном тренутку је запалио свој аутомобил и био је држан у кућном притвору за време Купа конфедерација.

Александар Шпригин, председник Руске националне асоцијације фудбалских навијача.

Такође можемо поменути Алексеја Јерунова, једног од тројице руских навијача који су у Француској доспели у затвор после насиља на Евру 2016. Да је истина оно што говори енглеска штампа он би по повратку у Русију био дочекан као херој, а њему је, заправо, под притиском власти одузета улога руководиоца Клуба навијача московске Локомотиве.

Јерунов и Шпригин су само двојица од преко 300 хулигана којима је већ забрањен приступ стадионима уочи Светског првенства. Тај списак се попуњава, али једна ствар је јасна: Федерална служба безбедности (ФСБ) тачно зна ко су најопаснији људи и све ће учинити како би их овог лета држала даље од навијача.

2. Казне за хулигане су много оштрије

Уколико појединим навијачким групама ипак пође за руком да уђу на стадионе, последице изазивања хаоса на утакмицама ће у њиховој сопственој земљи бити далеко озбиљније.

За почетак, у априлу 2017. године Државна дума је објавила да ће се нереди на трибинама кажњавати новчаном казном од 20.000 рубаља (350 долара) и седмогодишњим забранама путовања по Русији, што значи да ти навијачи неће моћи да подржавају свој клуб у гостима, чак ни у Русији, а поготову у иностранству.

Поред тога, руски хулигани нису много ризиковали у нередима у Француској, док у Русији кривично гоњење често подразумева и отпуштање са посла. Како је признао један од московских навијача Спартака (представио се као Дмитриј) 2017. за телевизијску мрежу France 24, „У нашој земљи забрана путовања значи да се можете поздравити са својим послом, каријером и личним развојем“.

Фанатични руски навијачи могу бити жестоки и неумољиви, али многи од њих воде ултраконзервативни начин живота са многим ограничењима. „Фудбалски фанатизам је само заменио некадашње уличне туче“, рекао је за The Sun хулиган који се представио као Вадим, позивајући се на стогодишњу традицију песничења по селима. Другим речима, фанатични навијачи који учествују у тучама често су патриотски и патријархално настројени.

С обзиром на ту околност, многе хулигане може обуздати могућност да остану без извора средстава за издржавање деце.

Можда препознајете чувеног хулигана Василија Степанова у енглеским медијима познатијег као „Василиј убица“. Један новинар је питао Василија где ће он бити за време Светског фудбалског првенства и добио следећи одговор: „Ја нисам глуп. Највероватније ћете ме затећи како играм шах са својом петогодишњом ћерком“.

По свему судећи, чак и најбруталнији руски хулигани ће имати довољно разлога да „прескоче“ Светско првенство 2018.

3. У Русији хулигани нису популарни

За просечног грађанина Русије Светско првенство се више асоцира са гостопримством, него са самим фудбалом.

Фудбал у Русији јесте популаран и сами људи се окупљају да подрже своју репрезентацију када она добро игра. Па ипак, архетипски руски поклоник фудбала је далеко од оног расположења које испољавају фудбалски хулигани. Када фудбалска репрезентација Русије губи, Рус углавном слегне раменима, у смислу: „Ма то није ни битно, у хокеју смо свакако бољи“.

Тиме се делимично може објаснити и привидно блага реакција Русије на насиље на Евру 2016. Енглески медији су мислили да се Руси поносе поступцима руских хулигана, а то је заправо било ограђивање од свих тих догађаја када је 147 милиона људи колективно рекло, „Зашто ми треба да се стидимо због наших хулигана? Наш тим је изгубио од Велса са 3:0, тако да ни тај спорт ни његови навијачи не заслужују нашу пажњу“.

Наравно, од руске репрезентације се на Светском првенству не очекује много, али сама чињеница да је Русија домаћин првенства значи да се овога пута Руси морају побринути и потрудити како земља не би била приказана у лошем светлу.

На крају крајева, у Русији живи преко 147 милиона људи, а фанатичних навијача има свега пар хиљада. Ако је неопходан стереотип који се може применти на све грађане Русије онда је то патриотизам, а не насиље. Чак и „најмодернији“ прозападно настројени Рус ће бранити своју земљу ако је било ко „само пипне“. Русија има репутацију гостопримљиве земље и њени житељи се труде да тако и остане.

Сви грађани Русије знају да би сваки негативан догађај на Светском првенству покопао шансе да се раскринкају предрасуде присутне у западним медијима. Ко зна, можда ће се хулигани из тог разлога и сами повући.

Свако, па и делимично копирање материјала Russia Beyond без писмене дозволе и линка на оригинални текст објављен на веб-сајту Russia Beyond третира се као грубо кршење закона о ауторским правима Руске Федерације. Russia Beyond и медијски холдинг RT задржавају право реаговања на сличне противправне радње и покретања судског поступка.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector