0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

В Загребе состоялась заупокойная служба по Иосипу Броз Тито

Югославия.net. Спорное наследство маршала Тито

Руки прочь от Ядрана

11 июня 1980-го, уже через месяц после кончины маршала Иосипа Броз Тито, прозвучал первый звонок о подготовке Югославии к распаду. Руководство Союза коммунистов Хорватии в тот день предложило коммунистическому Союзу уже всей Югославии обсудить вопросы расширения политических и экономических прав всех республик пока ещё единой страны.

Речь шла об учреждения отдельных республиканских консульств и торгпредств за рубежом, а также о возможности обсудить вопрос о предоставлении Косово статуса республики. Последнее стало для Белграда настоящим шоком. И эти инициативы Загреба не были сугубо хорватскими, их фактически «поручили» Хорватии руководители Боснии и Герцеговины и полукриминальные косовско-албанские группировки.

В Белграде вскоре созвали соответствующее совещание, но участвующие в его работе власти СФРЮ тянули время, пытаясь «замотать» те вопросы во всевозможных дискуссиях и уточнениях правовых вопросов. На совещание не было решено ничего конкретного, но стимул к расширению национал-сепаратизма неожиданно оказался очень мощным. (подробнее см. «После Тито был потоп. Тяжёлое наследие хозяина Югославии»).

Однако на этом совещании практически не обсуждались, к примеру, давние претензии властей Боснии и Герцеговины на часть побережья Адриатики (Ядрана). На протяжении 70-х и начала 80-х годов из Сараево регулярно, но безуспешно требовали у Белграда изменить в пользу Боснии и Герцеговины непропорционально обширную территорию адриатического побережья Хорватии, которая фактически блокировала от моря соседнюю республику.

Исторически сложилось так, что еще с времён владычества Габсбургов у Боснии и Герцеговины был выход к Адриатике на протяжении всего лишь 20 км, который, однако «упирался» в хорватские острова и полуострова. В ответ на требования боснийского руководства власти в Загребе, столице Хорватии, прямо угрожали выходом из СФРЮ, чего явно опасались в Белграде. Под угрозой хорватского сепаратизма территориальные претензии Боснии и Герцеговины к Загребу регулярно отвергались.

Наследство распавшейся империи Габсбургов оказалось таким, что свыше 80% всего адриатического побережья королевской и послевоенной Югославии оказалось в составе Хорватии. Её не без труда слегка урезали в пользу Словении – к северу от полуострова Истрия, а также Черногории, неизменно лояльной к Сербии и Белграду как центру единой Югославии. Сербия и Черногория попытались отобрать у хорватов и Дубровник (древнюю Рагузу), населённый в основном отнюдь не хорватами, но успеха не добились.

Хорватское адриатическое побережье неизменно привлекало Запад, причём не только с точки зрения туризма. Оно впоследствии оказалось очень «удобным» и на предмет прямого военного вмешательства в Югославии. К тому же «прибрежный» фактор позволил Загребу в 1990-1991 гг. блокировать внешнеторговые перевозки распадавшейся СФРЮ, ибо свыше 80% морских и около трети речных портовых мощностей страны расположено опять же в Хорватии.

Загреб – не Белград

Сербия не желала признавать турецкого господства, традиционно тяготела к России, а летом 1914 года бесстрашно ввязалась в схватку с огромной Австро-Венгерской империей. В состав которой тогда входили Хорватия и даже Босния с Герцеговиной, аннексированные Веной всего за несколько лет до мировой войны. Для официального Белграда, монархического или же социалистического, всегда были характерны центростремительные тенденции.

А вот Загреб традиционно смотрел, да и теперь смотрит в основном на Запад, причём весьма агрессивно отстаивает свои особые позиции не только в регионе, но даже и в единой Европе. Так что вряд ли стоит удивляться, что именно Хорватия по целому ряду причин оказалась в буквальном смысле, главным «застрельщиком» распада Югославии (подробнее см. «Когда ушёл Тито. Наследство и наследники»).

Наиболее демонстративно хорватский сепаратизм поддерживали Германия и Ватикан. Последнее вполне понятно с учётом того, что в четырёхмиллионной Хорватии 86% верующих – католики, причём такие же ортодоксальные, как, например, поляки. Характерна в этой связи точка зрения Петра Фролова, советника-посланника Российской Федерации в Боснии и Герцеговине в 2015-18 гг.:

П. Фролов обратил особое внимание на тот факт, что параллельно с поддержкой католиков «своё» ухитрились получить и «правоверные» совсем иного толка:

Согласитесь, показательно, как «удалённые» мусульмане Боснии простимулировали совершенно немыслимую, на взгляд прямолинейных западных политиков, смычку Тегерана и Эр-Рияда. В целом разношерстной, зато дееспособной антиюгославской коалиции в каком-то смысле можно даже позавидовать.

Интересно, как оценивал хорватские претензии на самостоятельность авторитетный сербский политик Добривое Видич, которого И. Б. Тито считал то ли соперником, то ли потенциальным преемником. Д. Видич дважды был послом Югославии в СССР, потом возглавлял Скупщину – парламент единой СФРЮ, и не раз предупреждал стареющего «хозяина Югославии» об опасности хорватского сепаратизма. Уже после смерти маршала Тито он писал:

Это, на взгляд Видича, было среди прочего обусловлено и тем, что сам Иосип Броз Тито был по национальности хорватом, хотя и строил единую страну, опираясь прежде всего на Сербию и сербов во всех югославских республиках. Как-либо менять специфический национальный расклад пришедшие к власти «интернационалисты» либо не решались, либо просто не хотели. Не исключено, как считал Видич, что это случилось «в силу резко усилившегося хорватского сепаратизма, всё активнее проявлявшегося вскоре после Тито и властями Хорватии».

Последний рейс Биедича

В завершение важная, но малоизвестная деталь: 18 января 1977 г. на белградском аэродроме Батайница маршала Иосипа Броз Тито, начинавшего свой последний визит в Ливию, провожали Джемал Биедич с супругой. Боснийский коммунист Биедич был на тот момент не только главой единого югославского органа власти — Союзного Вече, но и председателем Скупщины, а также неформальным лидером Союза коммунистов Югославии. Тито благополучно отбыл в гости к полковнику Каддафи, а супруги Биедич отправились домой, в Сараево, на самолёте Learjet 25.

Этот рейс оборвался катастрофой: небольшой лайнер бизнес-класса внезапно врезался в гору Инац на северо-востоке Боснии. Погибли Джемал Биедич и его жена Разия, коллеги по работе Зийо Аликалфич и Смайо Хрла, пилоты Стеван Лека и Мурат Ханич. По официальной версии, причиной катастрофы стали погодные условия, но сразу распространились слухи и версии насчёт «организованной» катастрофы.

Домыслы изрядно подогревались тем, что Дж. Биедич, босняк родом из Герцеговины, не поддерживал ни местных, ни хорватских, ни албано-косовских сепаратистов. К тому же в руководстве СФРЮ он курировал взаимоотношения федеративной республики с Албанией – не только сталинистской, но и откровенно антититовской.

Биедичу удавалось почти невозможное — не доводить противоречия до обострения. Именно его политическая активность способствовала в середине 70-х годов развитию транспортных и общеэкономических связей между обеими странами. По тем же версиям, к катастрофе вполне могла быть причастна подпольная исламо-экстремистская группировка небезызвестного Алии Изетбеговича.

С середины 70-х годов она действовала и на боснийских землях и далеко за их пределами, например, в Косово. Её руководитель, босняк и ультраисламист покруче деятелей «Аль-Каиды» (запрещена в России), встал во главе Боснии и Герцеговины уже позже — с 1991 по 1996 годы. Но об этом деятеле, а также о «предателе» Франьо Туджмане — в нашем следующем очерке.

«Тито, с тобой было лучше»

14 января 1953 года состоялась инаугурация президента Югославии Иосипа Броза Тито. Маршал, который в условиях противостояния между Москвой и Западом выстроил «чудо-систему» — в фотогалерее “Ъ”.

Иосип Броз Тито родился 7 мая 1892 года в селе Кумровец, в Хорватии, в то время входившей в состав Австро-Венгрии. Однако после того, как в 1945 году он встал во главе социалистической Югославии, день рождения товарища Тито начали отмечать 25 мая, причем как государственный праздник — День молодости

После возвращения на родину после службы в армии и участия в Гражданской войне в России в 1920 году Тито стал членом коммунистической партии Югославии (КПЮ). Однако скоро она была запрещена, а все ее члены подверглись репрессиям

Работая в 1925-1926 годах на судоверфи в Кралевице, Тито создал коммунистическую партийную организацию. Участвовал в профсоюзном движении, после переезда в Загреб стал секретарем местного обкома Коммунистической партии Югославии. Многократно арестовывался, 21 февраля 1929 года был приговорен к 5 годам и 7 месяцам каторжных работ. В 1934 году по истечении срока работ занял одну из ключевых руководящих должностей в КПЮ, но спустя год переехал в Москву (оттуда была его первая жена Пелагея Белоусова), где в течение двух лет работал в Коминтерне под псевдонимом Фридрих Фридрихович Вальтер. Затем он вернулся в Югославию и возглавил КПЮ

Москва и Белград подписали договор о дружбе и ненападении 5 апреля 1941 года, а уже на следующий день немецкие войска вошли в Югославию. Вскоре страна была оккупирована. 27 июня 1941 года Политбюро ЦК КПЮ приняло решение о создании партизанских отрядов, руководить которыми назначили Тито. Первые четыре месяца он осуществлял руководство из подполья в Белграде. Он носил тогда советскую пилотку, прозванную впоследствии титовкой; впоследствии она стала составной частью военной формы югославской армии

За время войны немцы провели против партизанских отрядов семь крупных операций, однако ни одна не увенчалась успехом. В ноябре 1943 года Тито было присвоено звание маршала. За месяц до окончания войны, в апреле 1945 года, Тито ездил в Москву, где его принимали с особыми почестями, а также первым из иностранцев наградили советским орденом «Победа»

Фото: AP / Pool/John Phillips

Вскоре после окончания войны была провозглашена Демократическая Федеративная Республика Югославия, а Тито занял пост премьер-министра и министра иностранных дел. 15 января 1953 года Иосип Броз Тито стал первым президентом Югославии. По плану Тито, страна должна была стать централизованной федерацией, основанной на принципах «пролетарского интернационализма»

Охлаждения в отношениях между СССР и Югославией наметились в 1948 году из-за намерения Тито вести страну «особым курсом» во внешней и внутренней политике. Новый югославский лидер пытался сохранить независимость как от НАТО, так и от СССР. Основным принципом титоизма было то, что каждое государство должно само определять средства достижения коммунизма

Читать еще:  Как достичь духовной чистоты и где найти своего духовника

Потепление в советско-югославских отношениях наметилось лишь после прихода к власти в СССР Никиты Хрущева (второй слева), который посетил Югославию в 1955 году. Но взаимопонимания во внешней политике не было: хотя Тито одобрил вторжение советских войск в Венгрию в 1956 году, он выступал против советских насильственных способов подавления инакомыслия. Оккупацию Чехословакии странами Варшавского договора в 1968 году он осудил

Несмотря на обособленность от других стран соцлагеря, репрессии в Югославии тоже проводились, хотя и менее масштабные. Например, бывший член ЦК КПЮ, литератор Милован Джилас, был осужден за критику руководства ФНРЮ за приостановку демократических преобразований в стране и позиции Тито по поводу венгерских событий

На фото с одним из сооснователей Движения неприсоединения, президентом Египта Гамалем Абдель Насером (крайний слева)» aria-hidden=»true»> На фото с одним из сооснователей Движения неприсоединения, президентом Египта Гамалем Абдель Насером (крайний слева)»>

В годы правления Тито Югославия стала одним из ключевых участников Движения неприсоединения, объединявшего государства, не участвующие в военных блоках
На фото с одним из сооснователей Движения неприсоединения, президентом Египта Гамалем Абдель Насером (крайний слева)

Маршал Тито был авторитарным правителем, но ему удалось добиться в Югославии самого высокого среди стран социалистического лагеря уровня жизни и экономического развития

Тито был женат четыре раза. Его последней жене Йованке (на фото) в середине 1970-х были предъявлены обвинения в антигосударственной деятельности, в том числе в шпионаже в пользу СССР, раскрытии государственной тайны и подготовке переворота. Существует версия, что обвинения были сфабрикованы группой заговорщиков, манипулировавших Тито, во главе которых стояли Стане Доланц и Никола Любичич. Так как судить первую леди государства было неудобно, ее посадили под домашний арест. Под арестом она провела 25 лет и была освобождена только в 2000 году

В 1980 году Иосип Броз Тито впал в кому после того, как в результате тяжелой болезни ему были ампутированы обе ноги. В этом состоянии он провел более 100 дней и скончался в Любляне в ночь на 4 мая 1980 года

После смерти Тито еще несколько лет по всей СФРЮ 4 мая в 15.05 (именно в это время врачи клинического центра в Любляне зафиксировали смерть вождя) в память о покойном маршале завывали сирены машин и фабричные гудки. Продолжал широко отмечаться и официальный день его рождения — 25 мая

Фото: AP / Heribert Proepper

Когда после десятилетия вражды наследники СФРЮ перешли к мирной жизн, вспомнили и о покойном маршале. Правда, теперь его день рождения отмечается намного скромнее. В мемориальный комплекс «25 мая» в элитном белградском районе Дедине, где захоронен Тито, в день его рождения приходят тысячи людей. Ностальгия по титовским временам, когда СФРЮ процветала, а югославы жили на широкую ногу, все еще жива в бывших югославских республиках

Иосип Броз Тито родился 7 мая 1892 года в селе Кумровец, в Хорватии, в то время входившей в состав Австро-Венгрии. Однако после того, как в 1945 году он встал во главе социалистической Югославии, день рождения товарища Тито начали отмечать 25 мая, причем как государственный праздник — День молодости

После возвращения на родину после службы в армии и участия в Гражданской войне в России в 1920 году Тито стал членом коммунистической партии Югославии (КПЮ). Однако скоро она была запрещена, а все ее члены подверглись репрессиям

Работая в 1925-1926 годах на судоверфи в Кралевице, Тито создал коммунистическую партийную организацию. Участвовал в профсоюзном движении, после переезда в Загреб стал секретарем местного обкома Коммунистической партии Югославии. Многократно арестовывался, 21 февраля 1929 года был приговорен к 5 годам и 7 месяцам каторжных работ. В 1934 году по истечении срока работ занял одну из ключевых руководящих должностей в КПЮ, но спустя год переехал в Москву (оттуда была его первая жена Пелагея Белоусова), где в течение двух лет работал в Коминтерне под псевдонимом Фридрих Фридрихович Вальтер. Затем он вернулся в Югославию и возглавил КПЮ

Москва и Белград подписали договор о дружбе и ненападении 5 апреля 1941 года, а уже на следующий день немецкие войска вошли в Югославию. Вскоре страна была оккупирована. 27 июня 1941 года Политбюро ЦК КПЮ приняло решение о создании партизанских отрядов, руководить которыми назначили Тито. Первые четыре месяца он осуществлял руководство из подполья в Белграде. Он носил тогда советскую пилотку, прозванную впоследствии титовкой; впоследствии она стала составной частью военной формы югославской армии

За время войны немцы провели против партизанских отрядов семь крупных операций, однако ни одна не увенчалась успехом. В ноябре 1943 года Тито было присвоено звание маршала. За месяц до окончания войны, в апреле 1945 года, Тито ездил в Москву, где его принимали с особыми почестями, а также первым из иностранцев наградили советским орденом «Победа»

Фото: AP / Pool/John Phillips

Вскоре после окончания войны была провозглашена Демократическая Федеративная Республика Югославия, а Тито занял пост премьер-министра и министра иностранных дел. 15 января 1953 года Иосип Броз Тито стал первым президентом Югославии. По плану Тито, страна должна была стать централизованной федерацией, основанной на принципах «пролетарского интернационализма»

Охлаждения в отношениях между СССР и Югославией наметились в 1948 году из-за намерения Тито вести страну «особым курсом» во внешней и внутренней политике. Новый югославский лидер пытался сохранить независимость как от НАТО, так и от СССР. Основным принципом титоизма было то, что каждое государство должно само определять средства достижения коммунизма

Потепление в советско-югославских отношениях наметилось лишь после прихода к власти в СССР Никиты Хрущева (второй слева), который посетил Югославию в 1955 году. Но взаимопонимания во внешней политике не было: хотя Тито одобрил вторжение советских войск в Венгрию в 1956 году, он выступал против советских насильственных способов подавления инакомыслия. Оккупацию Чехословакии странами Варшавского договора в 1968 году он осудил

Несмотря на обособленность от других стран соцлагеря, репрессии в Югославии тоже проводились, хотя и менее масштабные. Например, бывший член ЦК КПЮ, литератор Милован Джилас, был осужден за критику руководства ФНРЮ за приостановку демократических преобразований в стране и позиции Тито по поводу венгерских событий

В годы правления Тито Югославия стала одним из ключевых участников Движения неприсоединения, объединявшего государства, не участвующие в военных блоках
На фото с одним из сооснователей Движения неприсоединения, президентом Египта Гамалем Абдель Насером (крайний слева)

Маршал Тито был авторитарным правителем, но ему удалось добиться в Югославии самого высокого среди стран социалистического лагеря уровня жизни и экономического развития

Тито был женат четыре раза. Его последней жене Йованке (на фото) в середине 1970-х были предъявлены обвинения в антигосударственной деятельности, в том числе в шпионаже в пользу СССР, раскрытии государственной тайны и подготовке переворота. Существует версия, что обвинения были сфабрикованы группой заговорщиков, манипулировавших Тито, во главе которых стояли Стане Доланц и Никола Любичич. Так как судить первую леди государства было неудобно, ее посадили под домашний арест. Под арестом она провела 25 лет и была освобождена только в 2000 году

В 1980 году Иосип Броз Тито впал в кому после того, как в результате тяжелой болезни ему были ампутированы обе ноги. В этом состоянии он провел более 100 дней и скончался в Любляне в ночь на 4 мая 1980 года

После смерти Тито еще несколько лет по всей СФРЮ 4 мая в 15.05 (именно в это время врачи клинического центра в Любляне зафиксировали смерть вождя) в память о покойном маршале завывали сирены машин и фабричные гудки. Продолжал широко отмечаться и официальный день его рождения — 25 мая

Фото: AP / Heribert Proepper

Когда после десятилетия вражды наследники СФРЮ перешли к мирной жизн, вспомнили и о покойном маршале. Правда, теперь его день рождения отмечается намного скромнее. В мемориальный комплекс «25 мая» в элитном белградском районе Дедине, где захоронен Тито, в день его рождения приходят тысячи людей. Ностальгия по титовским временам, когда СФРЮ процветала, а югославы жили на широкую ногу, все еще жива в бывших югославских республиках

Маршал Иосип Броз Тито умело стращал Запад возможным вхождением в Варшавский договор — и получал огромные кредиты, он пугал Москву присоединением к НАТО — и ему давали дешевую советскую нефть. «Чудо-система» Тито могла существовать лишь в условиях резкого противоборства между Москвой и Западом. Поэтому, когда в начале 90-х это противостояние завершилось, канула в лету не только Республика Югославия — ушла в прошлое эпоха Тито. И теперь о ней вспоминают только 25 мая, в день официального празднования его дня рождения. Тысячи людей приходят на его могилу с плакатами «Тито, с тобой было лучше».

Коммунист и кардинал ведут посмертный бой за Югославию

В Хорватии соперничают культы Иосипа Броз Тито и Алоизие Степинаца

Об авторе: Андрей Львович Мельников – ответственный редактор «НГ-религий».

Место погребения кардинала Степинаца стало одним из центров католического паломничества. Фото Depositphotos/PhotoXPress.ru

В хорватской столице есть место, где слышится испанская речь и латиноамериканские лица встречаются едва ли не чаще, чем европейские. Это Каптол, район старого Загреба, где находятся кафедральный собор Вознесения Девы Марии и резиденция католического примаса Хорватии. По площади, исторически представлявшей центр католической жизни края, постоянно перемещаются группы паломников, прибывающих в этот, в общем-то, не самый популярный у туристов город.

С давних времен огромный католический мир ощущал свою сопричастность самым отдаленным окраинам, и разбросанные по Старому и Новому Свету католические народы чувствовали взаимное притяжение. Так происходит и сегодня, когда видишь, какой интерес у паломников из-за океана вызывает духовный центр этой европейской периферии.

У католической святыни Загреба есть своя особенность. Здесь находится погребение кардинала Алоизие Степинаца, архиепископа Загребского в 1937–1960 годах, то есть и во времена печально известного фашистского режима усташей, развязавшего геноцид против сербов, евреев и цыган. Знают ли об этом верующие с другого конца мира? Или для них кардинал Степинац прежде всего блаженный Католической церкви, беатифицированный папой Римским Иоанном Павлом II в 1998 году, и этого паломникам достаточно? В настоящее время идет процесс канонизации архиепископа.

Читать еще:  Какую тайну Христос не выдал первосвященнику перед смертью

В загребском соборе все говорит о том, что хорваты ничуть не смущены неоднозначным прошлым кардинала, и здесь царит простодушный культ Степинаца. В апсиде здания, под высокими готическими сводами, находится его гробница, украшенная скульптурным изображением духовного лидера хорватов, лежащего на смертном одре в архиепископском облачении. У гробницы лежат листочки с напечатанной молитвой, обращенной к покойному кардиналу. В разных частях нефа размещено еще несколько изображений кардинала, на одном из которых Загребский архиепископ получает благословение от самого Христа.

Нынешним летом Церковь занялась изучением исторической роли Алоизие Степинаца. Священнослужители и историки из Сербии и Хорватии собрались 12 июля в Ватикане, чтобы дать оценку деятельности кардинала. В январе с.г. после визита митрополита Сербской православной церкви Амфилохия (Радовича) в Ватикан стало известно, что по его просьбе папа Франциск согласился на создание комиссии, в которую вошел сам сербский митрополит. Работу совместной комиссии координирует президент Папского совета исторических наук, французский священник и баск по происхождению Бернар Ардура. В состав комиссии вошли епископы Сербии и Хорватии. Планируется, что работа комиссии продлится около года.

Ее задача – выработать единую для сербов и хорватов точку зрения на личность Степинаца, которого сербы считают виновником насильственного обращения православных в католицизм, а хорваты – жертвой коммунистического режима Иосипа Броза Тито, который хотел оторвать Хорватскую церковь от Ватикана. Когда к власти после Второй мировой войны пришел Тито, кардинал был обвинен в коллаборационизме и отсидел пять лет (из 16 присужденных) в тюрьме. Понтифики, предшествовавшие Франциску, Иоанн Павел II и Бенедикт XVI, отрицали участие Степинаца в поддержке усташей и даже называли его мучеником.

Бриюнские острова – не только природный заказник, но и заповедник Югославии времен Тито. Фото автора

И вот на днях суд в Хорватии отменил тот самый вердикт, который был вынесен Степинацу при Тито. Разгорается дипломатический скандал между Сербией и Хорватией.

Трение по поводу Степинаца произошло также между Сербией и Евросоюзом. В июне в Европейском парламенте прошли выставка и конференция «Хорватский святой Алоизие Степинац». После этого Сербия отозвала своего посла при ЕС. МИД страны охарактеризовал мероприятие как «выставку о военном преступнике Степинаце, который был приговорен к 16 годам тюрьмы за преступления против сербов в фашистско-усташеском Независимом государстве Хорватия».

Скандальное мероприятие организовано католическими общественниками Хорватии, но и священнослужители от них не отстают. В мае с.г. в проповеди, которая в прямом эфире транслировалась по хорватскому телевидению, настоятель доминиканского монастыря в городе Сплит Лука Прцела подверг резкой критике президента Хорватии Колинду Грабар-Китарович, которая заявила, что Независимое государство Хорватия «не было независимым, а являлось преступным». Еще один католический священник Никола Мате Рошчич, выступивший в Сплите на мессе для молодежи, заявил, что конец Второй мировой войны стал началом «смертельного угнетения хорватов» коммунистическим режимом Иосифа Броза Тито.

Надо сказать, что не все хорватские клерикалы разделяют эту точку зрения. Богослов Драго Пилзел призвал иерархов выступить с осуждением высказываний священников, касающихся фашистской Хорватии. Пилзел считает, что Католическая церковь в Хорватии вообще редко выступает с осуждением режима усташей и не высказывается положительным образом об антифашистском движении.

Протест против реабилитации режима усташей приобретает также форму демонстративной ностальгии по временам Тито. В январе с.г. в храме Святого Марка, который располагается в самом сердце старого Загреба, была совершена заупокойная месса по Тито, хотя лидер социалистической Югославии был атеистом. Богослужение организовал хорватский журналист Воислав Маззокко. Он назвал состоявшееся поминовение «небольшим социальным экспериментом», отметив, что эта идея появилась после того, как 28 декабря 2015 года в Загребе хорватские националистические организации совершили богослужение памяти лидера фашистского Независимого государства Хорватия Анте Павелича.

Надо сказать, что в нынешней независимой Хорватии сохраняют добрую память о Тито, по крайней мере на мемориальном уровне. На Бриюнских островах в Адриатическом море, где Тито создал некое подобие рая для себя и функционеров Компартии, находится музейный комплекс в честь маршала, где на слегка пожелтевших стендах прославляются достижения югославского лидера, и одно из главных – его отказ подчиниться Сталину. По крайней мере, такое пояснение дал гид группе англоязычных туристов из разных стран, с которыми изучала экспозицию и моя семья.

Со старых фотографий смотрит на посетителей маршал в разных образах: вот Тито на ловле рыбы, вот вытачивает деталь на станке, а здесь Тито держит на руках девочку с букетом цветов и большим бантом, а там Тито-охотник задумался над тушей подстреленного им оленя.

Не выдержав монотонности мемориальных залов, я сказал своим: «Пойдем отсюда, у нас своих вождей достаточно!» И тут же поймал укоризненный взгляд гида. Хоть гид был англоязычный, а сказанные по-русски слова, кажется, понял.

Рука Тито застыла в вечном партийном приветствии на портретах и памятниках, украшающих его любимые зеленые острова, Степинац лежит под тяжелым мрамором в загребском соборе. Обоих своих сынов хранит в сыром чреве хорватская земля.

Островки роскоши маршала Тито

Югославия во времена маршала Тито не слишком подходила под лекало стран социалистического лагеря. Москва выговаривала Тито за чрезмерную независимость, а государственные деятели, короли и знаменитости всего остального мира не уставали с ним любезничать.

И, как выяснил корреспондент Би-би-си Фрэнк Партридж, когда все эти деятели приезжали к нему в гости, он непременно удивлял их своим решительно некоммунистическим поведением.

Иосип Броз Тито умер в 1980 году

Отчалив от облюбованного туристами северо-западного побережья Хорватии, через 20 минут паром приходит на Бриюни, состоящий из 14 островов архипелаг, ставший в последние 30 лет жизни Иосипа Броз Тито его личным парком развлечений.

В отдельные годы югославский руководитель проводил на этих островах по шесть месяцев. Он ухаживал здесь за садом, рыбачил и вел роскошнейший образ жизни, который его подданные и представить себе не могли. Вернее, не могли бы — если б знали о том, что там происходит.

Но подавляющее большинство не знало. Потому что острова были закрыты для всех, за редким исключением, в которое входил очень узкий круг строго отбираемого обслуживающего персонала, а также гости из особого списка — настолько яркие представители бомонда, что тягаться с этим списком было бы нелегко и американскому президенту.

И, поскольку в стране о банкетах и вечеринках Тито практически никто не знал, общественного недовольства по этому поводу тоже не наблюдалось.

Лидер-плейбой

Большинству югославов нравилось, когда их президент откровенно рисовался перед теле- и фотокамерами, нарядившись в очередной двубортный костюм с нью-йоркской Пятой авеню и пыхтя толстой сигарой по соседству с кем-то из мировых лидеров.

Самый удивительный экспонат музея островов Бриюни — фотоподборка приехавших с визитами очень важных персон, улыбающихся в компании очаровательного, харизматичного руководителя, государственная смекалка и персональная мощь которого на 40 лет задержала исторически неизбежную дезинтеграцию Балкан.

1954 год — Хайле Селассие I , император Эфиопии. Двумя годами позже — президент Египта Насер и руководитель Индии Неру; они подписывают декларацию, положившую начало Движению неприсоединения, которое процветает до сих пор и в которое входят более 100 стран. Вот — 1972 год — королева Елизавета II ; год спустя — канцлер ФРГ Вилли Брандт; еще через пять лет — король Иордании Хуссейн.

Но Тито умел всерьез относиться не только к работе, но и к отдыху. В круг его близких друзей входили Ричард Бартон и Элизабет Тейлор, Софи Лорен и Джина Лоллобриджида.

Слоны Ганди

На острова Бриюни приезжало немало красивых женщин, визиты которых остались за рамками объективов официальных фотографов.

Они подходили к острову на катере, и Тито встречал их на своем «Кадиллаке» 1950-х годов, который подарил ему президент США Дуайт Эйзенхауэр, и отвозил их в одну из четырех роскошных вилл, прятавшихся среди деревьев.

Через четыре года после смерти Тито, в 1984-м, Бриюни открылись для широкой публики — впервые за сотни лет, со времен вспышки малярии, приведшей к эвакуации.

В 1893-м острова купил австрийский промышленник, нанял бактериолога, нобелевского лауреата, который помог ему вывести комаров, — и превратил острова в великолепное убежище от остального мира для себя и своих друзей. Сюда подвели водопровод и электричество, а ландшафт был полностью обновлен: виллы, лужайки, сады, субтропические деревья, зоопарк, первый в континентальной Европе корт для гольфа на 18 лунок, казино.

К концу 1940-х, когда на Бриюни положил глаз маршал Тито, неприглядное наследие на состоянии островов оставили великая депрессия, итальянское владычество и мировая война, но югославский лидер все равно объявил эту территорию своей официальной летней резиденцией — и взялся за восстановление ее былого величия.

Виллы были перестроены, зоосад превра тился в сафари-парк, зверей для которого жертвовали главы разных государств: были здесь шетландские пони, подаренные британской королевой, и два слона от Индиры Ганди.

Сегодня главный остров архипелага — национальный парк, по которому туристов возит мини-железная дорога. Виллы, которые теперь принадлежат правительству Хорватии, используются редко, но уход за ними остается совершенно безупречным.

На любимой маршалом Тито вилле «Биела» сохраняется его гимнастический зал в подвале — с пустым бассейном, с джакузи и сауной. Другой дом, вилла «Ядранка», знаменита японским искусством и свитками, а вилла «Брианка» отделана аргентинским мрамором и украшена экзотическими сувенирами из дружественных неприсоединившихся стран.

Берлога антигероя

Но ничто не сравнится с четвертой виллой, «тайным бриллиантом» Тито, домом, о котором не знал практически никто за пределами его ближайшего окружения. Она находится на соседнем острове Ванга, на который и сегодня пускают только тех, кто имеет специальное разрешение от властей в Загребе.

Атомная бомба Тито: как Югославия пыталась разработать ядерное оружие

Ядерные взрывы над Хиросимой и Нагасаки стали трагическим финалом Второй мировой войны. Три месяца спустя Югославия превратилась из монархии в федеративную республику.

Новосозданное коммунистическое государство возникло на заре новой, атомной эпохи.

В марте 1946 года президент Югославии Иосип Броз Тито получил посылку из тогда еще «братского» Советского Союза. В посылке была книга американского физика и дипломата Генри де Вольфа Смита «Атомная энергия».

Книга была опубликована через несколько дней после того, как на Японию были сброшены две атомные бомбы, а Тито интересовался использованием атомной энергии в военных целях.

Читать еще:  В ИК-6 Липецка будет открыта молельная комната для мусульман

Посылку отправил из Москвы югославский физик и химик Павле Савич, старый товарищ Тито. Он приложил к посылке письмо, которое сейчас хранится в государственном архиве в Белграде.

Среди прочего, в письме говорится: «Если бы вы, товарищ Маршал, заложили основы нашей науки, как вы это сделали с армией и государством, то тогда мы через короткое время были бы среди лучших».

Гонка вооружений

Логично, что тоталитарное государство, такое как Югославия, хотело вступить в клуб ядерной энергетики, говорит историк Драгомир Бонджич, автор книги «Между амбициями и иллюзиями: ядерная политика Югославии 1945-1990».

Бонджич напоминает, что Тито в ходе холодной войны оказался между двумя противоборствующими блоками.

«Западный блок был идеологически неприемлем, а русские в некотором смысле были более серьезным противником после конфликта 1948 года (между Москвой и Белградом)», — напоминает Бонджич.

Кто и когда проводил испытания ядерного оружия:

  1. США — 16 июля 1945 года.
  2. СССР — 29 августа 1949 года.
  3. Великобритания — 3 октября 1952 года.
  4. Франция — 13 февраля 1960 года.
  5. Китай — 13 октября 1964 года.
  6. Индия — 18 мая 1974 года.
  7. Пакистан — 18 мая 1998 года.
  8. Северная Корея — 9 октября 2006 года.

Именно в 1948 году Тито сказал Сталину свое историческое «нет» и отказался признать Советский Союз лидером коммунистических стран.

Отношения между двумя странами накалились до предела.

Югославские власти стали предупреждать народ, что бывший «братский» СССР стал смертельным врагом, а от Иосифа Сталина можно было ожидать еще одну войну, говорит Бонджич.

«Это была борьба за выживание, быть или не быть. Югославское руководство было готово ко всему», — говорит он.

Правообладатель иллюстрации MUZEJ ISTORIJE JUGOSLAVIJE Image caption Тито (слева) опасался возможного вооруженного конфликта с СССР

Известие о том, что у Сталина есть атомная бомба, достигло Тито в августе 1949 года, еще до того, как Москва официально заявила, что успешно провела свое первое ядерное испытание.

«В тот момент наличие атомной бомбы было гарантией безопасности», — говорит Бонджич.

Но вне зависимости от желаний Тито научно-технические возможности тогдашней бедной и слаборазвитой Югославии не соответствовали его амбициям.

«Паша, вернись домой»

Югославское руководство было убеждено в том, что в их руках был козырь в разработке ядерного оружия — ученый по имени Павле Савич.

«Он знал об этом больше, чем кто-либо в Югославии, и он был очень важен, среди прочего, потому что был редкой птицей — интеллектуалом в партийных рядах», — говорит Бонджич.

Он был членом компартии еще до войны, а во время войны был шифровальщиком народно-освободительной армии. Савич пользовался большим доверием со стороны Тито.

До войны он занимался исследованиями во Франции при Институте радия в Париже, также известном как Институт Кюри.

Научный журналист Слободан Бубневич говорит, что молодой физик Савич участвовал в исследованиях атомных ядер, которые предшествовали открытию ядерного деления — процесса, необходимого для разработки атомной бомбы.

Бубневич говорит, что Савич информировал будущее югославское руководство о значимости физики и о «чудесной силе атомного ядра» еще в годы войны, когда мало кто в мире об этом знал.

«Это происходило в партизанских лагерях в боснийских горах, где лидеры будущей Югославии слушали лекции об атомах, и это происходило до того, как стало известно, что в рамках Манхэттенского проекта американцам удалось создать первую атомную бомбу», — говорит он.

После окончания войны Савич работал в СССР с советским ученым Петром Капицей. До разрыва своих отношений со Сталиным там его навестил сам Тито.

В мемуарах Павле Савича рассказывается, как однажды Тито сказал ему: «Паша, вернись домой, чтобы создать наш собственный институт».

Уже в следующем 1948 году по решению Президиума СФРЮ в Белграде началось строительство Физического института, ныне известного как Институт ядерных исследований «Винча».

Многие из югославских ядерщиков, также как и Савич, воевали во время войны.

«Они рассматривали создание института как продолжение борьбы за защиту созданной ими страны», — говорит Бубневич.

По его словам, после разрыва отношений со Сталиным власти социалистической Югославии не жалели денег на развитие науки, в особенности ядерной физики.

В 1950-х годах в Югославии были преобразованы средние школы и созданы первые математические гимназии.

Правообладатель иллюстрации MUZEJ ISTORIJE JUGOSLAVIJE Image caption Тито в институте ядерных исследований «Винча» в 1958 году

Успехи югославских ученых наряду с индустриализацией страны в последующие десятилетия можно считать чудом, считает историк Бонджич.

«Югославская наука внесла большой вклад в развитие страны — от промышленности до медицины», — говорит он.

Но больше всего в работе ученых была заинтересована югославская армия.

«Помимо разработки боевых самолетов, главным достижением был танк M-84, разработка которого объединила физиков из всех югославских республик», — объясняет он.

Политическое руководство было крайне заинтересовано в таких осязаемых результатах научных исследований, пригодных для военного использования.

При этом оставались надежды на развитие ядерного оружия.

Урановая лихорадка и проект «Козара»

Югославия была слишком бедна и технологически неразвита для создания атомной бомбы, утверждает профессор Бонджич.

«Несмотря на экономический подъем 1950-х годов, Югославия осталась бедной страной, у которой не было финансовых возможностей для развития экономики, не говоря уж о надеждах стать ядерной державой», — говорит он.

Само строительство института «Винча» сопровождалось постоянными проблемами.

Инспекция обнаружила, что работа не выполнялась в срок, что организация работ оставляла желать лучшего, что ощущался дефицит квалифицированной рабочей силы. Кроме того, были серьезные проблемы с приобретением необходимого оборудования.

Официально Югославия заявляла, что выступает за разоружение и за исключительно за мирное использование ядерной энергии.

Бонджич проанализировал архивные материалы и говорит о трех моментах в истории Югославии, когда желание руководства заполучить свою собственную атомную бомбу было, по его словам, налицо.

«Это период начала конфликта с СССР в конце 1940-х годов, затем период конца 1950-х и начала 1960-х, — говорит он. — Третий момент был в 1974 году, когда Индия провела свое первое ядерное испытание».

Наука и секретные службы

Контроль за ядерной программой осуществлялся секретной службой Югославии, и для этого был даже создан Директорат по координации работы научных институтов.

Институт ядерных исследований возглавил Стеван Дедьер, выпускник Принстонского университета, где он изучал ядерную физику.

Считается, что таким образом Тито хотел контролировать работу Павла Савича.

Позднее Дедьер утверждал, что в дополнение к плохим технологическим условиям, которые препятствовали разработке Югославией атомной бомбы, работе мешали ложные научные предположения Савича.

«В Югославии эта технология была неизвестна. Кроме того, ощущалась нехватка ядерных материалов, например, урана, которые необходимы для ядерных разработок как в мирных, так и военных целях», — говорит Бонджич.

Правообладатель иллюстрации MUZEJ ISTORIJE JUGOSLAVIJE Image caption Тито посетил выставку ядерной энергии на Белградской ярмарке в 1960 году

Главной задачей стали поиски урановой руды на территории Югославии.

«В 1950-х годах по всему миру началась «урановая лихорадка», но в свободных капиталистических странах поисками занимались открыто. В газетах можно было увидеть рекламу, где объяснялось, что делать и к кому обращаться, если вы обнаружите уран», — говорит Бонджич.

Но в Югославии эти поиски были засекречены. Партия и правительство считали, что это будет более эффективно. Однако все оказалось наоборот.

После безуспешных попыток найти достаточно богатую руду Дедьер и Савич подвергли критике засекреченность поисков. В их докладе впервые упоминается желание югославского руководства разработать ядерное оружие.

«Они призвали отказаться от этой идеи. Согласно этому документу 1953 года, разработка ядерного оружия является ошибкой в существующих условиях», — говорит Бонджич.

К середине 1950-х годов в Югославии была создана Федеральная комиссия по атомной энергии.

К этому времени число физиков-ядерщиков увеличилось, укрепилось международное сотрудничество в этой сфере.

После смерти Сталина отношения с СССР улучшились, и с помощью Москвы в «Винча» был построен первый ядерный реактор.

В начале 1960-х годов в горах Стара Планина был открыт урановый рудник, на который возлагались большие надежды. Но сырья оказалось недостаточно, и рудник был закрыт уже в 1965 году.

Однако Слободан Бубневич считает, что югославские ученые тогда могли бы создать атомную бомбу.

«В Югославии был урановый рудник, были советское ядерное топливо, реактор и химический завод, где можно было извлекать из породы радиоактивные изотопы», — утверждает он.

Но, добавляет Бубневич, Югославия была небольшой страной, а для разработки ядерного оружия требуется много времени.

Драгомир Бонджич говорит, что к тому времени уровень теоретических знаний югославский физиков резко возрос, и они могли понимать, как произвести ядерный взрыв.

«Но они сами признавали, что на практике они этого сделать не могут, из-за, например, нехватки технически подготовленного персонала. Они понимали этот процесс в теории, но совершенно не знали, как именно сконструировать бомбу», — продолжает он.

Помощь Движения неприсоединения

Ядерная программа была практически заморожена к концу 1960-х годов, так как она была слишком дорогостоящей, и на ее развитие требовалось слишком много времени.

Но в 1974 году Индия провела свои первые ядерные испытания. Это привлекло внимание Тито и его коллег в югославском руководстве. В Индию была направлена делегация югославских ученых.

В рамках Движения неприсоединения обмен научными достижениями в целях поддержания мира был обычной практикой.

Идея состояла в том, чтобы организовать визит в Индию, познакомиться с ее достижениями в области ядерной энергетики в надежде, что Индира Ганди поделится информацией о том, как создавать оружие.

Югославскую делегацию приняли тепло, подробно рассказали о проблемах и достижениях в области «мирного атома», но про ядерное оружие индийская сторона ничего не говорила.

В итоге Югославия отказалась от разработки ядерного оружия и стала продвигать на международной арене идею разоружения, в особенности ядерного.

Архивы

Некоммерческая организация «Инициатива по предотвращению ядерной угрозы» (NTI) в своих докладах упоминает планы Тито по разработке ядерного оружия и ядерную программу Югославии.

В 2010 году при финансовой поддержке США и NTI оставшиеся от югославской ядерной программы радиоактивные материалы были вывезены в Россию.

Однако большая часть югославских архивов все еще недоступна для исследователей. Особенно это касается архивов Федерального агентства государственной безопасности, в которых могут быть ответы на многие вопросы о ядерной программе Югославии.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector