0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Знак свыше? Что думают католические священники о пожаре в Нотр-Даме

Знак свыше? Что думают католические священники о пожаре в Нотр-Даме

Полная же реставрация памятника, по оценке экспертов, займет от пяти до десяти лет. Это передает РИА Новости.

Что произошло?

Храм загорелся в 15 апреля вечером. Сначала обрушился 96-метровый шпиль, затем часть кровли и часы. В тушении было задействовано около 400 пожарных, им удалось спасти фасад, каркас, башни и большую часть интерьеров собора. Произведения искусства, алтарь, крест, орган и одна из главных христианских реликвий – терновый венец Христа – также не пострадали.

Парижане, глядя на полыхающий собор, признавались, что не верят своим глазам. Кто-то молился, стоя на коленях, кто-то рыдал, кто-то возмущался.

Фото: IreneMCarretero / Twitter

Причина возгорания

Как сообщали французские СМИ, возгорание может быть связано с реставрационными работами – часть здания закрывали строительные леса. Следователи проверяют версию о том, что пожар в соборе начался с возгорания на лесах.

Пожар в соборе Парижской Богоматери не был предумышленным, заявил журналистам прокурор Франции Реми Эйтс. По предварительным данным, возгорание произошло случайно, подчеркнул Эйтс. Прокуратура открыла расследование в связи с неумышленным причинением ущерба при возгорании.

Фото: РИА Новости

Представитель компании Europe Échafaudage, занимавшейся ремонтными работами, Жюльен Ле Бра утверждает, что рабочими, осуществлявшими реставрацию собора Парижской Богоматери, все меры безопасности были соблюдены.

«Все, что я могу сказать к настоящему времени, так это то, что в момент начала пожара ни один из сотрудников моей компании не находился на месте», — приводит газета Figaro слова Ле Бра.

Пока оценить ущерб невозможно, однако уже сейчас свою помощь в восстановлении собора и сборе средств на его реставрацию предложили международные организации и крупные мировые компании, а главы стран выразили готовность поддержать Францию лучшими реставраторами.

Что с реликвиями?

В понедельник Париж начал готовиться к Пасхе. В Страстную пятницу, 19 апреля, в Нотр-Дам де Пари должна была состояться торжественная церемония выноса Тернового венца Спасителя. Эту святыню христианского мира в еще строящийся собор в 1239 году привез король Франции Людовик Святой. Венец демонстрировали лишь раз в месяц. Все остальное время она хранилась в специальном сейфе. Он и спас реликвию от огня.

Пока неизвестно, удалось ли спасти Владимирскую икону Богоматери, подаренную собору патриархом Московским Алексием II в 2007 году.

Пасхальную службу 21 апреля перенесли из сгоревшего Нотр-Дама в церковь Сен-Сюльпис, сообщил викарий парижской архиепархии Филип Марсе.

Спасенные реликвии. Фото: РИА Новости

«Знак свыше?»

Собор сгорел за неделю до католической Пасхи, но участник конференции католических епископов Франции Оливье Дюма не верит, что в этой трагедии есть «знаки свыше».

– Мы знаем, что там [на крыше собора] проводился ремонт. И этот огонь связан с ним, – сказал он в разговоре с РИА Новости еще в тот момент, когда в здании бушевало пламя.

Работы начались летом 2018 года. Католическая церковь давно просила французские власти выделить деньги на спасение собора.

– Этот монумент принадлежит Франции. Так что государство сначала должно озаботиться его восстановлением, а потом подключатся и Католическая церковь, и все французы, — отметил Оливье Дюма.

Фото: РИА Новости

В 2017 году эксперты подсчитали, что на сохранение здания требовалось 150 миллионов евро. Для сбора средств даже создали специальный фонд. Было решено начинать реставрацию, именно поэтому знаменитый шпиль Нотр-Дама почти год был окружен лесами.

В 1905 году правительство Франции отняло у Церкви собор, объявив его национальным достоянием. Позднее святыню передали в пользование священнослужителям. Священники считают, что реставрация должна лечь на плечи властей.

Фото: РИА Новости

Сколько займет реставрация?

Пожарным удалось спасти фасад и башни, а также некоторую часть интерьера храма.

Парижане единодушны в том, что один из главных символов города и всей Франции нужно как можно скорее восстановить. А вот за чей счет и кто виноват в трагедии, предстоят жаркие споры.

Французский архитектор Руди Риччиотти сообщил, что вернуть собор к его первоначальному виду реально, однако это требует значительных усилий и времени.

– Я думаю, что это возможно, – сказал Риччиотти, добавив, что восстановление собора может занять от 5 до 10 лет.

По его словам, во Франции есть компетентные эксперты, способные справиться с этой задачей. Однако говорить об убытках, нанесенных зданию пожаром, сейчас невозможно, чтобы определить масштаб ущерба, необходимо заключение комиссии.

Фото: РИА Новости

Послание Папы Римского Франциска

В специальном послании, которое глава Римско-католической церкви направил во вторник архиепископу Парижа Мишелю Опети, он отметил, что разделяет печаль верующих столичной архиепархии, всех жителей Парижа и граждан Франции.

Папа Франциск отметил, что пожар серьезно повредил не просто историческое здание, но «национальный символ Франции, дорогой сердцам парижан и французов в разнообразии их убеждений». Он выразил надежду на то, что благодаря восстановительным работам и мобилизации всех сил собор Нотр-Дам сможет вновь представить во всей красоте и останется «знаком веры тех, кто его построил, церковью-матерью епархии, архитектурным и духовным достоянием Парижа, Франции и человечества».

Фото: РИА Новости

История собора

В античные времена на месте собора Парижской Богоматери находился галло – римский храм, посвященный богу Юпитеру, с приходом христианства храм уступил место базилике. В 1163 году заложили фундамент собора, а в 1345-м закончили. Сначала были построены хоры, а затем, между 1180 и 1245 годами, были добавлены главный фасад и башни, пристроенные по инициативе епископа Эда де Сулли. Под руководством архитектора Жана из Шелл были возведены капеллы в нефах и в хорах.

Мелкие косметические работы велись вплоть до XVIII века. По легенде, местный кузнец Бискорне, которому поручили выковать узорные врата, никак не мог справиться с заказом и обратился за помощью к самому дьяволу. Тот помог в обмен на его душу.

Собор Парижской Богоматери – «сердце» Парижа. Он возвышается над домами острова Сите – в центре города. Это одна из самых посещаемых достопримечательностей мира — 13 миллионов туристов в год.

В 13 — 14 века Нотр-Дам был сосредоточением духовной власти Парижа, из стен семинарии собора вышло шесть епископов Франции, но в последствии он уступил первенство другим епархиям города с центрами в соборах Реймс и Сен-Дени.

Во время пожара обрушился шпиль – это самая «молодая» часть памятника, его возвели только во второй половине XIX века.

Соборы в Германии, пострадавшие от пожаров

Весь мир с ужасом наблюдал, как пламя пожирает парижский собор Нотр-Дам. Это чувство было знакомо немцам на протяжении веков, когда многие из их самых значительных церквей становились жертвами огня.

В истории Германии насчитывается множество храмов, разрушенных за последнее тысячелетие, включая несколько ранних деревянных соборов, которые были уничтожены в результате войн или стихийных бедствий в раннем средневековье.

Источник: bild.de

Средние века

Значительным был пожар, охвативший Кельнский собор в 1248 году во время строительных работ. В рамках восстановления центральной части сооружения, огонь фактически использовался для сноса его второй половины. В результате пламя вышло из-под контроля, оставив тлеющие руины. Только благодаря отваге местных жителей, реликвия собора, Рака трех царей-волхвов (Dreikönigsschrein), была спасена. Строительство готического здания, которое сегодня является визитной карточкой Кельна, было начато после того, как остыли угли.

Тридцатилетняя война

Период наибольшего опустошения немецких храмов перед Второй мировой войной пришелся на 17-й век. Тридцатилетняя война привела не только к разорению бесчисленных культовых сооружений на германских землях, но и к депопуляции, голоду и экономическим кризисам. В результате многие прекрасные церкви пришли в упадок.

Бременский собор (Bremer St. Petri Dom) снова пережил разрушительный пожар в 1660 году, спустя около двух десятилетий после потери одной из башен в результате обвала. Шпайерский собор (Speyerer Dom) на юго-западе Рейнланд-Пфальца в 1689 году был разграблен и подожжен французами, вследствие чего была разрушена почти половина здания.

Читать еще:  В Хельсинки была украдена икона Богородицы

В 1662 году храм в Пассау был полностью уничтожен пламенем, что привело к созданию впечатляющего кафедрального собора Святого Стефана (Dom St. Stephan). В принципе, вторая половина века была отмечена бумом новых грандиозных барочных зданий, заменивших ветхие, полуразрушенные церкви.

Вторая мировая война

Немецкие церкви, построенные вблизи крупных населенных пунктов, подвергались большой опасности во время Второй мировой войны. Возможно, самой известной из церквей, утраченных во время военных пожаров, была Фрауэнкирхе (Frauenkirche) в Дрездене, разрушенная авиацией союзников 13 февраля 1945 года. Руины оставались памятником ужасам войны на протяжении десятилетий, прежде чем храм был реконструирован в 2005 году.

Рядом с Мемориальной церковью кайзера Вильгельма, в начале берлинской Курфюрстендамм был городской собор. В 1944 году зажигательное устройство застряло на вершине купола. Пожарные не смогли добраться до него, и впоследствии большая часть купола рухнула.

Кафедральный собор в Калининграде (Königsberger Dom) также имеет непростую историю. Он сгорел после двух ночных налетов Королевских ВВС в 1944 году, и в течение почти 50 лет, был восстановлен на частные пожертвования. Немецкие изгнанники из бывшей Восточной Пруссии способствовали реконструкции, несмотря на то, что сами не могли посещать службы в новом соборе.

Источник: bild.de

Еще одной жертвой бомбардировок в июле 1944 года стала великолепная Штифтскирхе (Stiftskirche) в Штутгарте. Огонь охватил здание, когда на город обрушилась комбинация взрывчатых и зажигательных устройств. Следующий рейд в том же году, в сентябре, уничтожил то, что осталось от храма. Однако, многие статуи были спасены, и теперь занимают почетное место в реконструированной церкви.

К счастью, сегодня по всей Германии как верующие, так и не религиозные люди понимают важность исторических церквей. С их помощью часть наследия страны будет жить на протяжении веков.

Какой урон нанесен собору

Мир с горечью признал, что Нотр-Дам понес безвозвратные потери и в ночь на 16 апреля судьба собора висела на волоске: об этом говорили все, от пожарных и архитекторов до мировых лидеров.

«Он горит так, будто сгорит дотла» – прокомментировал первые кадры полыхающего собора в Париже президент США Дональд Трамп. Заместитель мэра Парижа Эммануэль Грегуар позже назвал повреждения колоссальными.

А специалист в области истории архитектуры Джереми Мелвин в своей колонке для CNN сравнил пожар с пламенем, уничтожившим британский парламент в 1834 году – тогда в Британии тоже сгорел не только национальный символ, но и ряд лучших образцов английского средневекового искусства.

«Однако потеря для архитектуры, которую представляет собой разрушение – пусть даже частичное – собора Нотр-Дам, пожалуй, еще более трагична», — отметил Мелвин.

По предварительным данным, полностью уничтожены либо могли серьезно пострадать такие объекты собора Парижской Богоматери:

Шпиль собора: полностью разрушен, на глазах всего Парижа обрушился в первые часы после возгорания. Он был возведен в XIX веке в ходе реставрационных работ в Нотр-Даме – вместо утраченного, разрушенного еще в 1789 году во время Великой французской революции. В XIX столетии на восстановление здания, шпиля, разбитых скульптур и статуй ушло 23 года.

Основная часть шпиля был сделана из дуба, его высота достигала 96 метров.

Крыша и кровельные сооружения: крыша обрушилась на две трети, уникальные деревянные кровельные конструкции и интерьеры сгорели практически полностью, сообщает CNN со ссылкой на Патрика Шове, ректора собора (священника, отвечающего за богослужения в храме).

Конструкции кровли, изначально сооруженные из дуба, включали в себя балки, возраст которых датируется XII столетием – фактически это были части самого первого каркаса собора. Большая часть сгоревших деревянных интерьеров была ненамного моложе и датировалась XIII веком, что делало собор Парижской Богоматери уникальным для истории сооружением.

Каркас его крыши называли «лесом»: готический стиль требовал высоких сводчатых потолков из крепкого дуба. Чтобы возвести их, в окрестностях средневекового Парижа вырубили 21 гектар леса – около 13 тыс. деревьев, причем возраст некоторых достигал сотен лет.

Вся эта деревянная конструкция, теперь уничтоженная огнем, поддерживала свинцовую кровлю весом 210 тонн – большая ее часть обрушилась.

Две башни: пострадали при пожаре. В первые часы операции по спасению собора Парижской Богоматери руководители пожарной службы французской столицы высказывали опасения о судьбе знаменитых башен храма – в какой-то момент даже прозвучали предположения, что спасти удастся в лучшем случае лишь одну из них.

Однако выстояли обе, хотя огонь, очевидно, нанес им серьезный ущерб. Эти сооружения – знаковая часть собора не только потому, что оставались высочайшей точкой Парижа до возведения Эйфелевой башни. Они также являются колокольнями: в них находится знаменитая «семья» колоколов Нотр-Дам де Пари, каждый из который имеет свое имя. Их судьба на данный момент также неизвестна.

Розы-витражи: уцелели, но серьезно пострадали, по предварительным данным.

Знаменитые стеклянные витражи Нотр-Дама – его визитная карточка. Многие из них были потеряны в предыдущих пожарах и разрушениях собора, однако до наших дней дошли три витражных окна-розы XIII века, украшавших три главных фасада собора. Их диаметр составляет от 10 до 13 метров, витражи состоят из десятков отдельных панелей.

Первые фото из собора после пожара, свидетельствующие о целостности как минимум одной «розы»:

Орган: вероятно, пострадал. Как сообщает французское издание L’Obs, инструмент был поврежден водой во время тушения пожара. В то же время 16 апреля заммэра Парижа Эммануэль Грегуар отметил в комментарии французскому каналу BFMTV, что орган уцелел.

Главный орган собора Парижской богоматери — один из наиболее известных музыкальных инструментов в мире. Первый большой орган был установлен в храме в самом начале XV века.

Неоднократно достраивался и реконструировался, однако многие из его труб датировались разными периодами эпохи Средневековья.

Должность титулярного органиста Нотр-Дама – одна из самых престижных в музыкальном мире.

Многочисленные скульптуры, статуи и картины: могли существенно пострадать. Когда-то, согласно многовековой традиции, лучшие художники и скульпторы преподносили свои творения в дар собору ежегодно. Так храм стал настоящим музеем средневекового искусства

И хотя часть шедевров впоследствии переместили в другие музеи Франции, в Нотр-Даме оставались сотни ценнейших предметов искусства. Среди них — серия из более чем 70 полотен (каждое — высотой около 4 м), рассказывающая о деяниях апостолов. Работы датировались XVII-XVIII столетиями и были выполнены членами Королевской академии живописи и скульптуры в Париже.

Во время пожара 15 апреля удалось эвакуировать лишь часть коллекции собора. «Внутри удалось спасти несколько картин, но большие полотна было сложно снять, как вы понимаете», — рассказал ректор собора Нотр-Дам Патрик Шове.

Франция теряет свое прошлое в церковных пожарах

Всю неделю после пожара в соборе Святых Петра и Павла в Нанте взбудораженная Франция считала, сколько же в ней за последние годы горело соборов, и, кажется, сбилась со счета. Впрочем, и тех цифр и деталей, что всплыли в ходе трагической инвентаризации, хватает, чтобы вспомнить страшную строчку Поля Валери: «Цивилизации — смертны».

Прошла пора соборов кафедральных? К сожалению, нынешние катастрофы во французских церквях — это не из мюзикла про соборы: другой жанр. Горят они по-настоящему, а не в рифму, кроме того, поскольку многие из этих соборов богаче музеев, в них пропадают абсолютно уникальные предметы искусства. Взять тот же нантский собор Святых Петра и Павла, который попал в реестр памятников аж за 29 лет до того, как его достроили в 1891 году (строить начали в 1434-м).

В ходе субботнего пожара 18 июля 2020-го в нем погибли витражи XVI века, орган XVII (похоже, из лучших в мире), хоры XVIII и картина Ипполита Фландрена, ученика великого Энгра, увидев которую мэтр неоклассицизма XIX столетия сказал так: «Нет, мой друг, живопись не пропала». Теперь пропала: она висела над распределительным электрощитом, и шансов на спасение у нее не было. Слава богу, крестятся прихожане, что выстояли надгробия герцога Франциска II и его супруги Маргариты де Фуа — последних правителей независимой Бретани электрощит все-таки пощадил.

«Национальное достояние (patrimoine) — это нефть Франции»,— сказал недавно известный телеведущий, и это правда. Страна зарабатывает на своих готических соборах колоссальные деньги и давно это знает, не случайно служба охраны исторических памятников в стране возникла на век раньше Министерства культуры. Пламенеющую готику, отдавая должное поздней, классической и примитивной, едут смотреть в Шартр, Амьен, Тур, Реймс, Страсбург, Руан, Париж, Орлеан — почти каждый город страны украшен собором, вопрос только в том, насколько удалось его сохранить. Тот же Нантский собор ехали смотреть в столицу бретонских герцогов со всего света. И вот чуть было не потеряли. Кто следующий?

Читать еще:  Папа Римский призвал христиан к единству

А всего за минувший 2019-й в церквях по всей Франции было зарегистрировано 875 актов вандализма. Публицисты, верующие и неверующие, эксперты, реставраторы, просто граждане ломают голову: да что это с нами? Неужто от такого наследия можно отказываться?

Гуляет идея — закрыть, ограничить посещения, вход сделать платным, как вход в те же музеи (в Англии такое уже практикуется). «Будет хуже»,— предупреждают специалисты, обращая внимание на то, что в церквях без прихожан, а стало быть, без присмотра и вовсе воруют колокола на переплавку. Преподаватель и историк искусства Матье Лурс объясняет: закрывать нельзя, «соборы и церкви — это живые здания», они существуют, пока в них ходят, а значит, подвергаются риску. Получается, что меняться надо самим. Как? О том, как в XXI веке, который кажется себе самодостаточным, государству и обществу вылечиться от безразличия к своим истокам, идет непростая дискуссия, в которой слышны отголоски многих российских споров.

«Огонек» поговорил с одним из участников этой французской полемики — основателем авторитетного сетевого еженедельника La Tribune de l’Art Дидье Рикнером, историком искусства и активистом охраны исторического наследия.

— МВД заявило, что пожар в соборе Святых Петра и Павла в Нанте начался не из-за преднамеренного поджога. И тем не менее складывается впечатление, что на протяжении нескольких дней медиа только и делали, что искали виновного. Почему найти его стало так важно, это реакция на то, что соборы вспыхивают один за другим?

— Давайте уточним. Министр внутренних дел сказал, что «в настоящий момент ничто не говорит о преступном деянии», и сделал он это заявление на третий день после пожара в Нанте.

Дидье Рикнер, издатель сетевого журнала La Tribune de l’Art

Теперь по сути. Если вы когда-либо были во Франции, то не могли не заметить — у нас невероятно любят обсуждать всевозможные теории заговора. Многие, к примеру, до сих пор считают, что и пожар в Нотр-Даме (собор Парижской Богоматери горел всю ночь с 15 на 16 апреля 2019-го.— «О» ) был результатом поджога. Это не имеет ничего общего с действительностью — возгорание произошло во время реставрационных работ. Но логика-то понятна: раз церкви горят, значит, кто-то их поджигает. Вот только для профессионалов этот вывод никуда не годится, потому что анализ настоящих причин произошедшего в нем отсутствует.

То же и в случае с пожаром в Нанте. Следствие уже показало: следов взлома собора нет, как нет и следов бензина или какой-то иной горючей смеси. И главное, на что мало кто обратил внимание: пожар начался утром и огонь распространился из трех очагов, одним из которых был электрический распределительный щит. То есть нет улик, которые указывали бы на преднамеренный поджог, напротив, есть улики, которые указывают на несчастный случай, аварию. Учитывая, что и ризничий собора Святых Петра и Павла говорил, что в здании были проблемы с электричеством, причину пожара следует искать в этом. Но, конечно, гораздо проще снова искать виновного: мы любим заговоры. Как специалисту мне кажется, это несерьезным. И, на мой взгляд, далеко не все профессиональные медиа искали причину пожара в поджоге, это скорее удел Twitter и других социальных сетей.

— Первым о пожаре в соборе Нанта сообщил местный житель. Получается, что люди реагируют на огонь оперативнее пожарной сигнализации…

Витражи XVI века утрачены безвозвратно

— Да, пожарных приехать заставила не сигнализация, о пожаре сообщил человек, оказавшийся рядом с собором. Это говорит, на мой взгляд, только о том, что в соборе не было необходимой системы оповещения о возгорании. В парижском Нотр-Даме она, кстати, сработала, другое дело, что никто так и не понял, из-за чего это произошло, то есть проблема была в системе наблюдения. Что же касается Нанта, то в соборе, как нам объясняют, была система пожарной сигнализация, но она, очевидно, не сработала.

— На ваш взгляд, в чем причина таких сбоев системы охраны памятников во Франции? Ведь она считалась едва ли не лучшей в мире?

— Я бы назвал две причины. Первая — это законодательство об охране исторических памятников: его поступательно разрушает одно правительство за другим, причем особенно в этом преуспело правительство при президенте Макроне. Вторая — это то, как организовано наблюдение в самих соборах. Одно, впрочем, вытекает из другого: поскольку правительство не выделяет достаточно средств, у нас нет системы надзора. В итоге мы имеем пожары в Нотр-Даме и соборе Нанта. Это прямая ответственность государства (исторические соборы во Франции — собственность государства, церковь лишь использует их.— «О» ), но оно от нее отказалось. Ему просто плевать. Когда год и три месяца спустя после шокирующего пожара в Нотр-Даме становится очевидно, что у нас до сих пор те же проблемы с безопасностью в уникальных соборах,— это попросту возмутительно.

— В редакционном комментарии о нантском пожаре газета Le Figaro назвала цифру: только в прошлом году 875 французских церквей так или иначе подверглись вандализму. Можно ли доверять этой жуткой статистике? И о каком именно вандализме идет речь?

— Прежде всего речь об осквернении ниш со святыми, причем часто, к сожалению, это дело рук сатанистов, которые проводят черные мессы. Следующие по частоте повреждения — это пожары и порча по вине молодежи, которая лезет в церкви, чтобы что-то украсть, либо пьяниц. Немало случайных возгораний. Наконец, сейчас Франция находится в состоянии настоящего психоза, связанного с исламистским терроризмом, с ситуациями в неблагополучных районах больших городов. Глядя на все это, люди говорят: «Они жгут церкви». Только это не так. Да, осквернения церквей и отдельные случаи имеют место, но нельзя утверждать, что большинство из них связано с исламистами. Во Франции есть проблема радикализма, но она не выражается в вандализме по отношению к соборам. По меньшей мере, на данный момент.

— Как бы то ни было, но после пожара в парижском Нотр-Даме средневековые соборы — жемчужина французской культуры и исторического наследия — в центре внимания. Просто трудно понять, почему столь пристальное внимание ничего не меняет и церкви продолжают гореть?

— По-моему, дело в том, что историческое наследие нашему нынешнему правительству до лампочки. Оно его не интересует.

Изменится ли что-то после назначения нового министра культуры (на Розлин Башло надеются многие деятели культуры Франции.— «О» ), даже не знаю. Возможно. Но прежний министр Франк Риестер был совершенно незаметен. В общем, на культуру нет средств, у тех, кто за нее отвечает, все меньше полномочий, а главе государства, по большому счету, нет дела до этого. Добавьте, что во Франции всегда были в дефиците толковые управленцы, и вы получите объяснение происходящему. Посмотрите на тот же Париж: прошло всего четыре месяца после снятия карантина, а у нас по-прежнему мало людей, сдавших тест на коронавирус, мало кто носит маски… То же с соборами: пожар шокировал; власти заверили, что меры приняты и подобное не повторится, а в итоге так ничего и не сделано. Грустно, но факт.

— Какие реставрационные работы пройдут в соборе Святых Петра и Павла?

— По счастью, огонь почти не затронул статуи. Поэтому прежде всего будут работать с камнем, который пострадал от огня: укрепят трибуну для органа, который выгорел полностью, подновят здание. Говорят и о восстановлении точной копии органа, что, на мой взгляд, сомнительно… Как я настаивал на том, что нужно в точности восстановить шпиль Нотр-Дама, так же я убежден, что восстанавливать старинный орган — абсурд. Можно установить в соборе современный орган, который впишется в его внутреннее убранство. Картина уничтожена, о ней и речи нет. Витражи тоже уничтожены, о них тоже речи нет. Восстановление самого собора будет не столь сложным — продолжительным, дорогостоящим, но довольно простым. А вот отреставрировать исчезнувшие произведения искусства невозможно.

Пожарные спасли собор. Но их вызвал прохожий, а не сигнализация

Фото: Stephane Mahe, Reuters

— Если ситуация так печальна, как вы говорите, не стоит ли разделить обязанности по охране памятников между Министерством культуры и общественными организациями, может, даже на добровольной основе?

— Смотрите, охраной исторического наследия во Франции занимается не только государство, но и различные организации по охране исторического наследия, фонды, которые собирают средства для восстановления и поддержания памятников в надлежащем состоянии, коммуны, города, департаменты, иными словами, местных источников финансирования тоже немало.

Читать еще:  Две иконы обретут сегодня кузбасские православные

Проблема состоит в том, что государство недостаточно участвует в этом процессе. Оно выделяет на восстановление объектов исторического наследия около 300 млн евро в год — на то количество памятников, которым располагает Франция, этого недостаточно. Чтобы изменить положение дел, я выдвинул две инициативы. Во-первых, увеличить налог на проживание для туристов на 1 евро за человека — выходит по 7 евро за неделю каникул. Не бог весть какая сумма, а они пойдут на реставрацию того, что смогут увидеть те же туристы. Во-вторых, вспомним, что 1,8 процента дохода от всех ставок на различные виды спорта во Франции идут на его развитие. Почему бы не применить эту схему к историческому наследию? Скажем, вычитать определенную сумму только из выигрышных ставок Francaise des jeux (FDJ — подотчетная Минфину компания, которая контролирует главные лотереи и спортивные пари во Франции.— «О» ). Думаю, это только привлечет новых игроков. Если к налогу на проживание и вычету из FDJ вы прибавите 300 млн евро в год от государства, то получится около миллиарда евро в год. Вот тогда серьезные средства на восстановление памятников действительно будут. Конечно, не одно государство занимается памятниками, есть и другие организации, но давать деньги на восстановление — его прерогатива, его долг. Как и обеспечение законодательной защиты памятников: во всем мире это правило, а во Франции охранное законодательство, напротив, как шагреневая кожа постоянно скукоживается.

Как стало известно, в ночь с 25 на 26 июля, служитель-волонтер руандийского происхождения признался в поджоге храма. Мотивы не сообщаются. Как и то, на каком основании случайному человеку была доверена безопасность уникального памятника. Есть основания полагать, что точка в этом деле еще не поставлена.

Чем уникален и знаменит собор

В числе наиболее известных отличительных черт парижского собора — три огромных витражных окна-розы, восходящие к XIII веку. На данный момент неизвестно, уцелела ли в результате пожара хоть одна из них.

В храме хранится одна из наиболее почитаемых христианских реликвий — терновый венец Христа. Его удалось спасти от уничтожения. Здесь также находится один из самых больших в мире органов. Он насчитывает 111 регистров и около 8000 труб.

Взоры многочисленных посетителей приковывают две готические башни, венчающие западный фасад собора. Высота обеих башен — 68 метров, причем Северная массивнее Южной. Чтобы попасть на самый верх, откуда открываются панорамные виды на Париж, надо преодолеть 387 ступеней.

Другая отличительная черта собора Парижской Богоматери — гаргульи и химеры. Эти фантастические существа (смесь из нескольких животных) венчают торчащие концы балок собора. Самая известная из химер — Стрикс, полуженщина-полуптица, находится на вершине собора, она подпирает голову руками.

В соборе установлены 10 колоколов. Самый большой — Эммануэль — весом 23 тонны установлен на южной башне в 1685 году. В 1944-м именно звон Эммануэля возвестил об освобождении Парижа от нацистов.

Знаменитый шпиль Нотр-Дама изначально был установлен в XII веке. Он претерпел много изменений, во время Французской революции был демонтирован, в 1860-е восстановлен. Его высота составляла 96 метров. Пожар 15 апреля 2019 года уничтожил шпиль.

В 2013 году прошли официальные торжества в честь 850-летия собора. На колокольне установили девять новых колоколов общей стоимостью около двух миллионов евро.

Президент Франции Эммануэль Макрон уже пообещал, что восстановлением Собора займутся «лучшие таланты современности». Во Франции объявлен национальный сбор пожертвований на реконструкцию – по предварительным оценкам, на работы уйдет минимум 10 лет.

«Ужасно видеть огромный пожар в соборе Парижской Богоматери в Париже. Возможно, следует применить пожарные самолеты, чтобы потушить огонь. Необходимо действовать незамедлительно!» – написал в твиттере Дональд Трамп. К сожалению лидера Белого дома, в экстренных службах заявили, что тушить огонь при помощи авиации нельзя из-за риска обрушения здания.

So horrible to watch the massive fire at Notre Dame Cathedral in Paris. Perhaps flying water tankers could be used to put it out. Must act quickly!

«С глубокой грустью наблюдаю события в Париже. Мне очень жаль видеть символ Франции и нашей европейской культуры в огне. Наши мысли направлены к нашим французским друзьям», – опечалилась трагедии канцлер ФРГ Ангела Меркель.

BREAKING: People singing hymn outside burning Notre Dame. Moving video. pic.twitter.com/V5iraZyrxr

— Breaking News Global (@BreakingNAlerts) April 15, 2019

Посыл Меркель про «символ Франции и европейской культуры в огне» подхватили многие колумнисты. Так, главный редактор русского издания Esquire Сергей Минаев увидел в уничтожении Норт-дам де Пари символ падения Парижа перед наплывом иммигрантов. «Год за годом Париж захватывала орда дикарей. Неверно было бы написать, что это орда иной культуры и иного вероисповедания. Ее скорее характеризует отсутствие культуры и отсутствие веры. Орда тупых, необразованных, зачастую плохо говорящих на французском самцов и самок. Без работы, без целеполагания, десятилетиями живущая на социал или воровством, торговлей наркотиками.

С каждым годом Париж нравился мне все меньше и меньше. Город стал совершенно чужим и в этом смысле произошедшая сегодня трагедия очень символична. Конечно, можно было бы предположить, что курил на лесах рабочий (и наверняка мигрант), но я обойдусь без подобных допущений. Величайший Собор Старого Света попросту устал смотреть, как город на глазах власти-куколда насилует тупая орда. Устал и сгорел со стыда», – написал Минаев в телеграм-канале.

Причина пожара

Причина пожара пока остается неясной. Часть собора была закрыта лесами. Возможно, возгорание началось из-за нарушения техники безопасности во время реставрационных работ.

Прокуратура Парижа начала расследование о неумышленном причинении ущерба из-за пожара в соборе, пишет Reuters.

Отмечается, что возможной причиной пожара могла стать случайность. Следователи уже допросили строителей, ведущих работы в соборе.

Президент Франции Эммануэль Макрон вместе с супругой вошли в собор, когда с потолка еще сыпались искры. Он поблагодарил пожарных и пообещал, что одна из важнейших культурных достопримечательностей столицы будет восстановлена.

Великий чикагский пожар (1871)


В результате пожара в Чикаго с лица земли были стерты целые кварталы

Пожар, от которого пострадал Чикаго 8–10 октября 1871 года, до сих пор считается самой известной катастрофой в городской истории. Он начался в хлеву дома № 137 по улице ДеКовен-стрит, где жила семья О’Лири, при этом единого мнения о причине возгорания нет. По самой невероятной версии, здание загорелось в результате метеоритного дождя, по другой — находящаяся в хлеву корова опрокинула керосиновую лампу. Более прозаичный вариант предполагает, что лампу опрокинул вор, забравшийся в хлев, чтобы украсть молоко. Наиболее же вероятной причиной является неосторожность игроков в кости, которые устроили пожар случайно.

Прибывшие на место возгорания пожарные не предприняли необходимых мер, чтобы предотвратить распространение огня на соседние здания. В итоге погибло около 300 человек, еще треть жителей города осталась без крова. Одним из чудом уцелевших зданий стала Чикагская водонапорная башня, превратившаяся в символ трагедии. На месте дома О’Лири впоследствии построили Чикагскую пожарную академию.

Церковь Зачатия Анны, что в Углу (середина XVI в.)

Фото www.flikr.com, Fiorellinoo

М. «Китай-город», Москворецкая набережная, 3

Впервые церковь «Зачатиа, что на Востором углу» упоминается в летописи в связи с пожаром 1493 года. Тогда деревянный храм полностью сгорел. Впервые как каменная постройка храм указан в Переписной книге 1626 года. Предполагается, что его начали строить после очередного пожара в 1547 году.

В 1920-х годах храм закрыли. В здании располагались конторские и туристические учреждения. Убранство внутренней части храма было безвозвратно утрачено.

В 1994 года храм вернули Русской Православной Церкви. Храм освящен, но из-за строительства богослужения в нем не проводятся.

Что сейчас с собором Парижской Богоматери?

Группа экспертов заканчивает работу над цифровой платформой, которая поможет в реставрации собора. Однако споры о его внешнем виде продолжаются: архитекторы и служители церкви настаивают на детальном воспроизведении облика здания, экс-директор Лувра предлагает подумать о туристах и обустроить подземный вход.

Вокруг здания возведены вторые леса, но из-за эпидемии коронавируса процесс восстановления святыни временно заморожен. Однако Эммануэль Макрон придерживается старого обещания: восстановить собор за пять лет. Подобных взглядов придерживается и куратор реконструкции Жан-Луи Жоржелен: в беседе с France Info он заявил, что 16 апреля 2024 года в Нотр-Даме прозвучит христианский гимн Te Deum.

Первая служба в соборе Парижской Богоматери прошла через два месяца после пожара, 10 апреля — вторая, пасхальная. Сегодня же, в 20:00 по местному времени, в сердце Парижа прозвучит колокол Эммануэль — в память о потере годичной давности и в знак стойкости страны перед испытаниями.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector